Почти одновременно — 30 марта и 2 апреля — суды в Пскове и Москве продлили срок содержания под стражей для двух зампредов партии «Яблоко» — Льва Шлосберга* и Максима Круглова, обвиняемых в «фейках об армии».

Круглов находится в СИЗО с начала октября 2025 года, Шлосберг — с начала декабря 2025 года. В обоих случаях, требуя раз за разом продлевать их содержание под стражей, следствие приводит почти одни и те же аргументы.

Защита их опровергает — но суд не реагирует на ее доводы. Не реагирует и апелляционная инстанция (13 апреля Псковский областной суд по делу Шлосберга отказал в удовлетворении апелляционной жалобы, а сегодня, 21 апреля, Мосгорсуд оставил под стражей и Круглова).

Подобное происходит, как правило, и в других судах.

Но эти две истории очень показательны.

Но в открытом доступе на соответствующем сайте находится (принимавшееся тоже в открытом режиме) постановление Псковского областного суда от 11 февраля 2026 года по апелляционной жалобе Льва Шлосберга на предыдущее продление содержания его под стражей. При этом и аргументы следствия, и доводы защиты Шлосберга, как уже сказано, практически не меняются (на апрельских заседаниях повторялось то же самое).

Каждый может сам решить, какие из аргументов убедительнее.

Главный довод следователя — невозможно закончить предварительное следствие и «провести ряд следственных и процессуальных действий» в установленный (заметим, что уже не раз продленный) срок.

К тому же, сообщает следствие, Лев Шлосберг обвиняется в «тяжком преступлении, направленном против общественной безопасности и порядка и против государственной власти», которое «характеризуется повышенной степенью опасности» и за которое предусмотрено лишение свободы сроком до 10 лет. А еще он неоднократно привлекался к административной ответственности по разным статьям. Наконец, он включен в реестр «иностранных агентов», имеет «связи за границей» и «находится под влиянием иностранных источников». И потому должен и дальше сидеть в СИЗО.

Лев Шлосберг и его защитник (адвокат Владимир Данилов) возражают: и уже проведенные следственные действия, и предстоящие можно было закончить в срок, который Лев Шлосберг уже провел в СИЗО и под домашним арестом. Причем для выполнения всех этих действий нет и не было никакой необходимости держать Льва Шлосберга под стражей.

«Тяжкое преступление», вменяемое Льву Шлосбергу, — это публикация 25 февраля 2022 года в канале «Лев Шлосберг» репоста издания «Дейли Миррор». Что следствие расценивает как «фейки об армии» по статье 207.3 УК РФ. Да еще и с мотивом «политической ненависти» (что делает преступление тяжким).

Однако следствие не представило суду доказательств, что пост разместил именно Лев Шлосберг, — публикации в его канале размещаются не только им, но и другими администраторами.

Между тем существует постановление пленума Верховного суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий». В котором сказано, что заключение под стражу допускается только после проверки судом причастности лица к совершенному преступлению, суд должен проверить наличие конкретных доказательств причастности лица к инкриминированному преступлению и дать им в решении оценку. Но этого не сделано — Псковский городской суд (который продлевал содержание Шлосберга под стражей) ничего не проверял и не оценивал, ибо доказательства причастности именно Льва Шлосберга не были представлены следователем.

Более того, указанный пост был, как уже сказано, размещен 25 февраля 2022 года. На тот момент в российском законодательстве еще не было статьи о «фейках» — она появилась только 4 марта того же года.

Это установлено и статьей 54 Конституции, и статьей 9 УК РФ, где говорится, что «преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий».

Отрицать эти нормы невозможно — но суд обходит этот аргумент, как и другие перечисленные выше, стороной.

Суд указывает на «особую сложность уголовного дела», которая заключается в «необходимости проведения экспертиз в иных субъектах РФ» и «проверки доводов обвиняемого об администрировании телеграм-канала и страницы в социальной сети, используемых для совершения преступлений, иными лицами» — но для всего этого нет необходимости держать Шлосберга в СИЗО.

Суд повторяет довод следователя о привлечении Шлосберга к административной ответственности и о его «иноагентстве» — но этот довод, в соответствии и с указанным постановлением пленума Верховного суда № 41, и в соответствии со статьей 97 УПК РФ, не является снованием для продления содержания под стражей. К тому же у Шлосберга истекли годичные сроки с момента его привлечения по «административкам», и он считается «непривлеченным».

Суд делает вывод о «наличии достаточных оснований полагать, что лицо может скрыться от следствия и суда, продолжить преступную деятельность и воспрепятствовать производству по делу». И «засиливает» довод суда первой инстанции о том, что «более мягкая мера пресечения на данном этапе не будет в должной мере обеспечивать законопослушное поведение обвиняемого, в том числе, в части возможности продолжения им преступной деятельности».

Между тем ни (уже «погашенная») административная ответственность, ни «иноагентство» не являются «преступной деятельностью» и по закону не могут быть основаниями ни для избрания, ни для продления содержания под стражей.

Никоим образом «воспрепятствовать производству по делу» Шлосберг, находясь, например, под домашним арестом (как это и было с июня по декабрь 2025 года) или даже под подпиской о невыезде, не может.

Никаких нарушений режима домашнего ареста с его стороны не было, и не было никаких попыток скрыться от следствия и суда (следователь Васильев это в судебных заседаниях подтверждал).

Никаких сведений о том, чтобы Лев Шлосберг или его родственники угрожали свидетелям по делу, суду не представили. К тому же все свидетели давно допрошены.

Если же говорить о якобы «нахождении под влиянием иностранных источников», то под ним, как и в других случаях, Минюст понимает общение Льва Шлосберга с «иноагентами» при отсутствии иностранного финансирования, что само по себе абсурдно, но невозможно опровергнуть в российских судах.

Однако, как уже сказано, по закону это не основание держать человека под стражей или полагать, что он скроется от следствия и суда. Отказ ему в изменении меры пресечения — это, по сути, введение для «иноагентов» еще одной ступени лишения прав, не записанной в законе.

19 февраля 2026 года председатель Верховного суда РФ Игорь Краснов выступал на совещании судей судов общей юрисдикции, арбитражных и военных судов. Где сказал следующее:

Несложно сравнить это выступление Игоря Краснова — и решения псковских судов, оставляющих под стражей Льва Шлосберга.

На том же совещании выступал президент России Владимир Путин — и заявил, что «постановления пленума Верховного суда — так же, впрочем, как и решения Конституционного суда, — должны иметь силу высочайшего повеления».

Как к постановлению пленума ВС № 41 отнеслись псковские суды, уже написано.

А еще в ноябре 2025 года, давая интервью «Российской газете», Игорь Краснов заявил: «В своих решениях суды должны ориентироваться исключительно на закон и практику Верховного суда России, а не на губернаторов, полномочных представителей и федеральных инспекторов. Какое-либо внешнее влияние на судей должно быть исключено».

Вот только в «деле Шлосберга» это влияние весьма вероятно — потому что хорошо известно отношение и к нему, и к «Яблоку» со стороны псковской администрации и ее первых лиц. В какой степени они могут влиять на суд, неизвестно, но судебные решения пока что направлены в сторону отрицания требований президента и председателя Верховного суда РФ…

В ту же сторону — и почти по тем же основаниям — направлены и судебные решения по делу Максима Круглова, тоже зампреда «Яблока», в 2019–2024 годах — главы фракции «Яблока» в Мосгордуме.

Его обвиняют по той же статье УК, что и Льва Шлосберга, — за два поста в интернете, сделанных весной 2022 года. И с октября 2025 года держат в СИЗО, уже в пятый (!) раз продлевая этот срок.

Вот и на этот раз Замоскворецкий суд Москвы рассмотрел ходатайство следователя о продлении Круглову срока содержания под стражей еще на 24 дня начиная со 2 апреля.

На каком основании? А вот на каком: якобы находясь на свободе, Круглов может оказать давление на свидетелей и склонить их к изменению уличающих его показаний.

А еще он якобы получит возможность скрыться от органов предварительного расследования и суда либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Ведь — о ужас! — он имеет шенгенскую визу, что «позволит ему беспрепятственно покинуть территорию РФ».

Наконец, держать Максима Круглова в СИЗО необходимо потому, что нужно завершить следственные действия, — для которых полугода оказалось недостаточно. А уголовное дело имеет особую сложность, которая связана с необходимостью проведения «большого объема следственных и процессуальных действий, оперативно-разыскных мероприятий и длительностью и сложностью судебных экспертиз».

Максим Круглов и его адвокаты в суде опровергли все эти аргументы, назвав их домыслами следователя.

Потому что в деле три тома, одна психолого-психиатрическая экспертиза и один свидетель. Потому что никакого «давления» на свидетеля Круглов оказать не может. Потому что Круглов никогда не скрывался от следствия и вообще никогда до задержания не вызывался следователем. И за полгода проведено с его участием всего два следственных действия, так что дело никак невозможно признать «сложным»: для всего, что было сделано за полгода, хватило бы и месяца. Но его намеренно держат в изоляции в СИЗО. А заграничный паспорт, на наличие которого постоянно указывает следователь, находится у самого следователя, — а потому ссылки на шенгенскую визу безосновательны…

Как и Лев Шлосберг, Максим Круглов обвиняется в ненасильственном преступлении. И к его делу в такой же степени применимо упомянутое постановление пленума Верховного суда № 41. И все сказанное президентом и председателем Верховного суда.

Но, как и Лев Шлосберг, Максим Круглов остается в СИЗО.

Потому что это «в интересах следствия», с которыми соглашаются суды.

Потому что

С некоторыми это получается.

Со Львом Шлосбергом, Максимом Кругловым, их коллегой по партии Константином Смирновым, калининградским адвокатом Марией Бонцлер и другими — нет.

Михаил Ахматский

* Внесен властями РФ в реестр «иноагентов».