Накануне завершения карантина я написал начальнику СИЗО заявление с просьбой о дальнейшем нахождении в одиночной камере: «Психологически устойчив. Тестирование в психологической лаборатории СИЗО № 1 прошел. Дополнительный стресс от пребывания в одиночной камере не испытываю. Позиция согласована с адвокатом». Мое заявление было удовлетворено.

Понимание необходимости именно такого решения пришло ко мне уже на первой неделе моего обитания в СИЗО. Я понял, что одиночное заключение будет для меня благом.

Опираться в решении такой задачи надо в первую очередь на самого себя, свои внутренние возможности. Из внешних сил нужны поддержка родных и друзей и книги.

Достижение баланса внутреннего и внешнего требует работы человека над собой. Нужно внимательно и спокойно самому посмотреть на свой внутренний мир. Понять его состояние — насколько сильным оказался удар несвободы, что болит, что тревожит, что требует настройки или даже перенастройки.

Никто не может сделать эту тактичную работу лучше, чем сам человек. Никто не знает тебя лучше, чем ты сам.

Я понял, что мне важно сохранить и защитить свое внутреннее пространство. И в этом личном деле мне не нужны другие люди внутри тюрьмы.

Тюрьма как вместилище несвободы оставляет человеку возможность остаться свободным наедине с собой.

Комната размером 2,5 х 4,5 метра — это моя временная территория, круглосуточное бытование на которой должно быть доступно только мне. Это сейчас мой дом. Необходимо так организовать мою жизнь в этом ограниченном пространстве, чтобы всё в нем помогало мне устоять и остаться свободным человеком внутри себя. Одиночное заключение помогает сформировать личное пространство человека в условиях несвободы и так защищает человека.

Примечательная особенность одиночества как формы психологической защиты в условиях несвободы состоит в том, что способность гармонично жить в одиночестве — это само по себе свойство свободного человека.

Для человека интеллектуального склада одиночество — это не бремя и не наказание, это — возможность. Возможность привести себя в порядок. Возможность восстановить душевное равновесие. Возможность настроиться на другой образ жизни. Возможность размышлять, не отвлекаясь ни на кого другого. Это — большая ценность.

Для внутренней тишины важна и внешняя тишина. Человеческое общение должно быть широким ровно настолько, насколько оно внутренне востребовано. Я понял, что в новой жизненной ситуации мне более всего важен разговор внутри себя. Но не только.

В пространство одиночной камеры, естественно, входят письма и книги. Голос в письме звучит яснее в тишине одиночной камеры. Книги наполняют одиночное заключение безграничным пространством литературы. Для культуры не существует тюремных стен и стен вообще.

Очень важное достоинство одиночного заключения — это возможность быть собой наедине с собой. Ни перед кем не нужно надевать маску — ни силы, ни защиты, ни показного спокойствия. Человеку бывает грустно, и при одиночном заключении не нужно ни от кого это состояние скрывать. Можно читать письмо родного человека и заплакать — и никому не нужно видеть эти слезы. Возможность сохранения естественности состояния человека в одиночном заключении избавляет его от вынужденной искусственности внешнего образа, необходимости «держать лицо» и тратить моральные силы на эту постороннюю необходимость.

Безусловно, любые прямые аналогии неточны и рискованны, но стремившиеся в заповедную глушь создатели скитов и монастырей, часто уходившие в земную неизвестность в полном одиночестве, искали не просто уединения, но саму возможность остаться духовно свободными в максимальном удалении от многолюдья.

Основатель ближайшего к Пскову монастыря Савва Крыпецкий даже путь к своему пристанищу проложил через болото — чтобы не могла пройти эту преграду нога случайного человека.

Творчество в абсолютном большинстве случаев предполагает физическое одиночество автора, которое, по сути, становится соавтором мастера.

Современная жизнь разрушает гуманитарный феномен одиночества как естественного состояния человека духовного (и это не религиозная категория). Всепроникающая безостановочная коммуникация делает одиночество почти невозможным, и это сильно влияет на психику, образ мыслей и жизни человека.

Зависимость от обременений внешнего мира может заглушить в человеке его способности и таланты, оставить невоплощенными идеи и замыслы, украсть бесценное время общения с близкими и человеческого переживания.

Одиночное заключение в Псковском тюремном замке позволило мне сопоставить личное пространство жизни и окружающий это пространство мир, напомнив о том, что существо человеческого бытия не должно быть предопределено внешними обстоятельствами, в том числе непреодолимой силы.

Я никогда не боялся одиночества, сколько себя помню. Сейчас я понял, что одиночество в несвободе открывает человеку возможность не сбиться с дороги к свободе.

Псковский тюремный замок

* Минюст РФ считает политика «иноагентом».