54-летний Маск был вызван в Париж главой отдела по борьбе с киберпреступностью для дачи показаний в ходе свободного заслушивания (audition libre). Этот формат предполагает, что вызванный человек может изложить свою версию событий, однако его нельзя удерживать силой — в отличие от режима задержания, он вправе уйти в любой момент. Впрочем, если в ходе такого заслушивания появляются серьезные основания, процедура может быстро перейти в задержание или более формальный статус с участием следственного судьи.

Как и предсказывало подавляющее большинство экспертов, Маск в итоге не явился. Явки не ждала по-настоящему и курирующая расследование прокуратура Парижа, которая 20 апреля «приняла к сведению неявку первых вызванных лиц», решив не упоминать имени Маска. И добавила: «Их присутствие или отсутствие не является препятствием для продолжения следствия».

«Повестки на проведение свободных заслушиваний 20 апреля 2026 года в Париже господину Илону Маску и госпоже Линде Яккарино были направлены в их качестве фактического и юридического руководителей платформы X на момент рассматриваемых событий», — сообщала в своем коммюнике прокурор Парижа Лор Беккюо 3 февраля, в день проведения обысков в парижском офисе X.

«Нацелившись лично на Илона Маска и Линду Яккарино как на «фактических и юридических управляющих», прокуратура Парижа атакует верхушку пирамиды. Для магистратов уголовная ответственность больше не может растворяться в сложной структуре транснациональных корпораций», — отметило французское издание La Tribune.

Список подозрений в адрес богатейшего человека мира поражает.

сгенерированного Grok, ИИ-инструментом, интегрированным в X в декабре 2024 года.

Французский левый журнал Marianne привел один показательный пример: публикация, созданная этим инструментом и просмотренная почти миллион раз во Франции, опровергала преступный умысел газовых камер.

Помимо Маска, «около десяти руководителей» американской компании, включая Линду Яккарино, занимавшую пост генерального директора до лета 2025 года, также вызваны на «свободные» допросы на этой неделе, по данным Le Monde. По сведениям BFMTV, Яккарино вызвали на 24 апреля.

Адвокат, специализирующийся на праве в сфере интеллектуальной собственности и цифровых технологий, Мария Беррада, в комментарии Le Parisien оценила, что несмотря на формальное отсутствие юридических последствий этой неявки для Маска, он зря упустил эту «возможность ответить на обвинения и снять с себя ответственность» «в серьезном уголовном процессе по делам о киберпреступности».

Официально расследование ведется по следующему перечню подозрений (он был обнародован прокурором Парижа в том же коммюнике от 3 февраля):

• соучастие в хранении изображений несовершеннолетних порнографического характера;
• соучастие в распространении, предложении или предоставлении доступа к таким изображениям в составе организованной группы;
• посягательство на изображение личности (дипфейк сексуального характера);
• отрицание преступлений против человечности (негационизм);
• мошенническое извлечение данных из автоматизированной системы обработки данных в составе организованной группы;
• искажение функционирования автоматизированной системы обработки данных в составе организованной группы;
• управление незаконной онлайн-платформой в составе организованной группы.

На сегодняшний день ни платформе X, ни его руководству, включая Маска, еще не предъявлено уголовных обвинений. Но это может измениться в любой момент.

История расследования

Х давно дает французскому правосудию законные поводы для разбирательства. Поводов становилось все больше. Согласно исследованию некоммерческой организации AI Forensics, X предоставляла компаниям доступ к крайне конфиденциальной информации о политических, сексуальных и религиозных предпочтениях пользователей. По данным Le Monde, после покупки Маском соцсеть сменила инструмент обнаружения порнографического контента, из-за чего такие материалы стали блокироваться на 80% реже. Следователи расценили это как «преднамеренный» маневр. Новый скандал разразился, когда в X появились тысячи сексуальных монтажей, сгенерированных Grok на основе реальных фотографий реальных людей.

Всемирно известная организация по защите журналистов (упоминать ее название запрещают нынешние законы РФ), подавшая первую жалобу на X еще в 2024 году, в январе 2026-го направила новую, туда же — в отдел киберпреступности прокуратуры Парижа. «Мы подали первую жалобу, потому что фальшивый контент, использующий оформление и фотографии (нашей организации) и его руководителей, использовался — и до сих пор используется — для пропаганды Кремля. Помимо подмены личности, речь идет о распространении дезинформации. Смысл этой второй жалобы — обвинить платформу в незаконном администрировании, в рамках уголовного права», — объясняет Антуан Бернар, директор этой организации по адвокации, в комментарии журналу Marianne.

Расследование в отношении действий компании и ее руководства было открыто в январе 2025 года после заявлений депутатов Эрика Ботореля (созданная Макроном партия «Возрождение») и Артура Делапорта (Социалистическая партия). Оба осудили «сокращение многообразия мнений» в X с момента ее покупки Маском и заподозрили попытки иностранного вмешательства через манипуляции алгоритмами. 12 января прокурору Парижа было направлено два сообщения на основании статьи 40 французского УПК*.

В ноябре дело было расширено после обнаружения антисемитских публикаций и материалов, отрицающих Холокост. В январе 2026 года к расследованию добавились подозрения в создании и распространении детской порнографии и несогласованных дипфейков.

Расследование ведется отделом по борьбе с киберпреступностью прокуратуры Парижа совместно с жандармским подразделением UNCyber и при участии Europol, уточняла в феврале госпожа Беккюо. Следственные действия были поручены Генеральному управлению национальной жандармерии.

Реакция Маска

В ходе расследования Маск неоднократно оскорблял французское правосудие. Компания всегда отрицала совершение каких-либо правонарушений и осудила расследование как «мотивированное политическими соображениями» и основанное на «искаженном применении французского права». Обыск 3 февраля X расценила как «давление», «постановку» и «злоупотребление процедурой».

В конце марта, когда прокуратура Парижа направила уведомление в SEC (американский регулятор фондового рынка) по подозрению в возможной «искусственной оценке стоимости» X,

Это не первый раз, когда Маск нападает на судебные решения, которые ему не нравятся. В 2024 году он призывал к смещению вице-президента Верховного суда Бразилии Александра де Мораеса после блокировки аккаунтов консервативных инфлюенсеров в X.

Он также атаковал судей, выступавших против «реформ» департамента DOGE, которым он руководил несколько месяцев, пока не разошелся с Трампом.

Противостояние Парижа и Вашингтона

«Франция всегда была на передовых позициях в вопросах цифрового регулирования. Европейский союз также проявляет активность», — подчеркивает в газете Le Parisien адвокат Александр Лазарег. Но над расследованием нависла угроза ответных мер со стороны США.

В письме от 17 апреля, опубликованном на следующий день газетой Wall Street Journal, Министерство юстиции США уведомило французских прокуроров об отказе оказывать им помощь. В двухстраничном документе Управления по международным делам Минюста французская сторона обвинялась в «ненадлежащем использовании судебной системы для вмешательства в деятельность американского бизнеса». «Это расследование направлено на использование системы уголовного правосудия Франции для регулирования общественного пространства, предназначенного для свободного выражения идей и мнений, что противоречит Первой поправке к Конституции Соединенных Штатов», — говорится в письме. В нем также отмечается, что запросы о помощи (их было три) «представляют собой попытку втянуть Соединенные Штаты в политически ангажированное уголовное разбирательство».

Ответ был направлен в отдел международного сотрудничества Минюста Франции. Прокуратура Парижа заявила, что не получала этого письма, — узнала о нем «через прессу». «Необходимо напомнить, что Конституция Франции гарантирует разделение властей и независимость судебной власти. Уголовные расследования проводятся исключительно под руководством судей», — ответили в ведомстве.

«Мы благодарны Министерству юстиции за то, что оно отклонило эту попытку прокурора в Париже принудить нашего генерального директора и нескольких сотрудников к даче показаний. Мы надеемся, что парижские власти теперь одумаются, признают, что здесь нет никаких правонарушений, и прекратят свое беспочвенное расследование», — заявил представитель компании xAI, юридически владеющей платформой X.

Угроза ответных мер уже обретала конкретные очертания. В конце декабря 2025 года под американские санкции попал Тьерри Бретон — бывший французский еврокомиссар, стоявший у истоков Закона ЕС о цифровых услугах (DSA — The Digital Services Act). В феврале французские СМИ сообщали, что президент Макрон направлял специальное письмо президенту Трампу с просьбой снять санкции с нескольких европейских граждан, включая Бретона. Пятью месяцами ранее представитель Госдепартамента США назвал Йоанну Брусс (зампрокурора Парижа, главу отдела по борьбе с киберпреступностью — J3) «прокурором-активистом».

Эрик Боторель, инициатор сигнала, повлекшего открытие расследования против X, напротив, высоко оценивает работу Йоанны Брусс** и отдела J3 в противостоянии с технологическими гигантами: «Эти последние понимают только язык силы. В условиях бездействия Европейской комиссии в сфере регулирования платформ именно НКО и национальные суды сегодня обеспечивают соблюдение европейского права».

Сам Боторель тоже уже пострадал от американцев — был исключен в феврале из состава парламентской группы, посещавшей с визитом Белый дом.

«Будущее этого дела решается между Парижем и Вашингтоном», — полагает экономическое издание Challenges. Примечательно, что Дональд Трамп, ради которого французское руководство уже сдвинуло даты июньского саммита «Большой семерки» в Эвиане, до сих пор не дал «четкой гарантии» своего присутствия (при всем понимании, что означает это словосочетание применительно к Трампу). «Пока американцы ничего не отменяли, но что будет завтра, мы не знаем», — подчеркнул источник «Новой газеты» во французском дипломатическом ведомстве. Чтобы привлечь главу Белого дома в Эвиан президент Макрон даже пригласил его на помпезный ужин в Версаль на следующий день после саммита.

Все это совсем не значит, что французские прокуроры будут руководствоваться политическими соображениями в своем расследовании против Маска и X. По крайней мере, у нас нет никаких юридических оснований для таких предположений.

Другие расследования. Реакция Павла Дурова

Французская прокуратура находится в авангарде борьбы с интернет-гигантами: помимо X, она уже ведет расследования в отношении Telegram, стриминговой платформы Kick, TikTok, онлайн-ритейлера Shein, криптовалютной платформы Binance, канадского стартапа Sky ECC… Однако Маск — цель другого уровня, до сих пор — как видно из ответа Минюста США — пользующаяся поддержкой как минимум части американского государственного аппарата.

После неявки Маска прокуратура Парижа особо подчеркнула, что «органы юстиции других стран также начали расследования в отношении X», и уточнила, что передала материалы дела генеральному прокурору Калифорнии, прокурору Нью-Йорка и «различным европейским прокуратурам». В конце января Европейская комиссия открыла собственное расследование в отношении X в рамках DSA — из-за распространения обнаженных изображений несовершеннолетних, сгенерированных Grok. Аналогичные расследования начали Испания и британский регулятор ICO.

Дуров также заявил, что французская прокуратура де-факто не является независимой, поскольку «прокуроры во Франции назначаются, смещаются и продвигаются по службе правительством».

«Я сам нахожусь под аналогичным расследованием во Франции: более десятка обвинений, каждое из которых предусматривает до 10 лет тюрьмы. Горжусь тем, что стою рядом с Илоном Маском и другими, ставшими мишенью кампании Макрона против цифровых прав. Во Франции Макрона само нахождение под следствием стало новым Орденом почетного Легиона», — нарочито пафосно заявил Дуров, расследование против которого ведется во Франции с августа 2024 года.

И раскритиковал способ, с помощью которого, по его словам, «Европейский союз и Великобритания регулируют социальные сети»:
«предлагают руководителям компаний тайные сделки, чтобы цензурировать инакомыслие; если те отказываются — против них возбуждают уголовные дела; когда общество возражает, заявляют, что это «все ради защиты детей»».

Журналист и специалист по новым технологиям Жак Энно в комментарии France info объяснил смысл допроса: «Это необходимо для того, чтобы выяснить, как получилось, что в X появились нарушения неприкосновенности личности, отрицание преступлений против человечности, расизм, использование конфиденциальных данных пользователей для таргетированной рекламы. Для одной социальной сети этого уже немало, и интересно посмотреть, что они скажут в свою защиту. Тем более что они рискуют довольно серьезными суммами: до 6% от мирового оборота».

Когда ведущий France Info сравнил противостояние французского правосудия и мировых (в основном — американских) технологических гигантов с борьбой «Давида против Голиафа» (видимо, не по результату, а по соотношению сил. — Ю. С.), Энно заметил: «Глава Telegram стал немного более сговорчивым с французскими властями после того, как был арестован и заключен под стражу».

Выйдя из-под стражи, Павел Дуров, надо сказать, перестал стесняться в выражениях, регулярно выдвигая обвинения против президента Франции (помогшего ему ранее с получением французского гражданства — по данным СМИ).

Возможные последствия

В теории Маску может грозить длительное тюремное заключение и крупные штрафы. Европейские регламенты предусматривают санкции до 6% от годового мирового оборота компании.

Le Monde оценивает стратегию прокуратуры так: «Преследуя г-на Маска, столичная прокуратура сделала двойную ставку». Следователи представляли обыск как «конструктивный шаг с целью гарантировать соответствие платформы X французским законам», а свободные слушания — как возможность «изложить меры по приведению в соответствие, которые планируется принять». Эта стратегия напоминает проверку на прочность, начатую с Дуровым: задержанный и привлеченный к ответственности, в том числе за игнорирование судебных запросов, основатель Telegram в итоге начал отвечать на требования следователей. Однако поскольку Маск не принял никаких «мер по приведению в соответствие» с начала расследования, исход этого противостояния менее очевиден».

«С юридической точки зрения прокуратура также ступает на неизведанную территорию. Среди прочего она подозревает г-на Маска в манипулировании алгоритмом его социальной сети и поэтому преследует его за «фальсификацию функционирования» компьютерной системы.

Эти слова из Уголовного кодекса никогда не использовались с момента их появления в законе в 1988 году. «Неиспользованный ресурс», который тем не менее является многообещающим, согласно анализу, написанному в феврале 2025 года профессором права Мишелем Сежаном и внимательно изученному следователями. Это применение права вызывает споры среди юристов, но, по-видимому, подкрепляется двумя недавними решениями Кассационного суда», — писало издание.

«С 2025 года прокуратура может привлекать руководителя платформы за сознательное содействие размещению незаконного контента», — отмечает в комментарии Le Parisien адвокат Александр Лазарег. Самое сложное — доказать «умышленный» характер действий руководителя.

La Tribune фиксирует и более широкий контекст: «Поединок ведется и на поле индустриальных рычагов». Франция находится в ситуации парадоксальной зависимости: правительство пытается привлечь Tesla для строительства заводов по производству аккумуляторов, а спутниковая группировка Starlink стала «жизненно важным инструментом связи для «белых зон» и некоторых объектов оборонной инфраструктуры». Если дело завершится обвинительным приговором, Маск — по мнению La Tribune — может пойти на жесткий технологический «развод», лишив Францию критически важных услуг.

Если Маск продолжит игнорировать французское правосудие, у прокуратуры — теоретически — есть несколько «рычагов», включая требование о выдаче международного ордера на арест. Тогда миллиардер станет персоной нон грата — по меньшей мере в Европе: под угрозой ареста при сходе с трапа самолета.

Экзистенциальное противостояние Европы и США

Может, по мнению Дурова, это «ГУЛАГ», но действительно, в отличие от США, Европа придерживается значительно более строгого подхода к использованию персональных данных, манипуляциям информацией и регулированию платформ. Макрон обозначил свою позицию еще в первой (программной европейской) Сорбоннской речи 2017 года: «Сегодня этот континент цифровой сферы не имеет норм или, точнее, действует закон сильнейшего. И именно Европе предстоит определить рамки регулирования, чтобы не подчиняться закону сильнейшего, который к нам импортируется».

Во второй Сорбоннской речи (2024) он развил эту мысль: «Способность создать общественный, демократический, цифровой порядок является для нас вопросом выживания. <…> Потому что сегодня, по сути, навязываются две модели. Есть англосаксонская модель, которая фактически выбирает делегирование этого жизненного пространства частному выбору. <…> Затем есть другой выбор — выбор контроля: перед лицом этого беспорядка, этой аномии вводится контроль. Это государственный захват — модель Китая. Гуманистическая модель, которую должна развивать Европа — это модель, которая создает демократический порядок, прозрачный, лояльный, где мы обсуждаем правила и где мы их выбираем».

Президент добавил: «Мы должны гораздо более ревностно «рецивилизовать» это цифровое пространство. Там, где мы запрещаем расистские высказывания, антисемитские высказывания, разжигание ненависти, мы должны с такой же силой запрещать их в цифровом пространстве, где презумпция анонимности ведет к растормаживанию ненависти. Это цивилизационная и демократическая битва. Мы должны вести ее как европейцы».

The Wall Street Journal суммирует: «Это расследование является одним из ряда сигналов растущего трансатлантического конфликта по поводу того, как — и должны ли — крупные технологические компании, такие как TikTok, Instagram (входящий в корпорацию Мета, запрещенную в РФ и признанную экстремистской. — Ред.) и X, модерировать онлайн-высказывания. Европейские регуляторы усиливают применение нового арсенала правил модерации контента, в то время как администрация Трампа и другие официальные лица США обвиняют европейцев в попытках подавить инакомыслие не только на своем континенте, но и во всем мире».

«Дело Маска», похоже, может стать отправной точкой судебного и дипломатического противостояния мирового масштаба.

* Статья 40: «Любое государственное должностное лицо или чиновник, которые при исполнении своих служебных обязанностей узнают о совершении преступления или проступка, обязаны немедленно уведомить об этом прокурора Республики и передать ему всю информацию, протоколы и документы, касающиеся этого факта».

**«Возглавляя отдел по борьбе с киберпреступностью прокуратуры Парижа с 2021 года, вице-прокурор с юношеской внешностью — она родилась в 1985 году — слывет новым шерифом цифрового Дикого Запада, не колеблясь выписывая ордера на арест технологических гигантов. До вызова Илона Маска ее отдел инициировал расследование, приведшее к аресту и предъявлению обвинений Павлу Дурову, основателю Telegram», — пишет о ней журнал Le Nouvel Obs.