Есть веселая поговорка: в футбол мало кто играет, но все в нем понимают, а в шахматы играют все, но мало кто в них по-настоящему разбирается. В каждой шутке, как известно, есть доля шутки, а правда в том, что в прошлом веке футбол и шахматы были одинаково популярны. В Грузии так уж точно. Подойди на улице в Зугдиди или Батуми, в Поти или Тбилиси к любому прохожему и спроси, кто такие Нона Гаприндашвили и Нино Гуриели, Нана Александрия и Нана Иоселиани, — и услышишь в ответ рассказ с тостом. А уж про Майю Чибурданизде, ставшую в десять лет чемпионкой республики среди школьников, а в тринадцать получившую звание международного мастера, знали в Советском Союзе даже далекие от древней индийской забавы граждане — от мала до велика…

Но то было давно… Кстати, уже после развала СССР с колоритной темноволосой дамой произошел поразительный эпизод после соревнований в Перми. Ее, вы не поверите, арестовали на перекрестке «бдительные» милиционеры, посчитав женщину кавказской национальности в черном одеянии и без вида на жительство опасной персоной. Пятикратная чемпионка мира отнеслась тогда к «казусу» спокойно и с юмором: «Ребятки в погонах, безусловно, погорячились. Но, будем честны, грузинские шахматистки винить должны себя: уступили первенство китаянкам, вот нас и не признают…»

Сама же уроженка Кутаиси, взобравшись на Олимп в семнадцать (!), не отдавала личную корону чертову дюжину лет.

…Любой шахматист — своего рода гений. Управляют конями и слонами и перемещают ферзя и ладью на черно-белой доске люди, которые помнят сотни своих и чужих партий и за минуту прокручивают в уме десятки вариантов возможных комбинаций и их последствий. Они способны гипнотически предвосхищать, и предлагают такие оригинальные головоломки, что, кажется, придумать их реально, только обладая каким-то высшим разумом…

Однако и среди гроссмейстеров встречаются редкие фокусники. Совсем не от мира сего. Или, точнее, существующие в своей необыкновенной и неподвластной системе координат. Уникальной пришелицей с другой планеты и являлась Майя Чибурданидзе.

Когда-то она сказала:

Впрочем, обладательница четырех «Шахматных Оскаров» (1984‒1987), приходившая уже в зрелом возрасте на турниры в широкополой шляпе, виртуозно «молчала» и триумфально «терпела».

Терпеть она научилась еще в школе, куда ее в порядке исключения и по просьбе мамы приняли в пять лет вольнослушательницей. Над малышкой, не достававшей на уроках ногами до пола, часто подтрунивали. Не добавляло ей вистов даже то, что она свободно писала и читала, решала задачки с трехзначными числами и легко заучивала наизусть огромные поэмы… Майя очень хотела повзрослеть. И помогли ей в этом волшебные деревянные фигурки, которые она полюбила с первого взгляда. Дочка агронома и педагога быстро вникнет в суть сказочных продвижений скромных пешек и еще до того, как постигнет все тактические премудрости, начнет огорчать опытных противников. Как-то раз в редакции «Кутаисской правды», где собирались усатые знатоки шахмат, сообразительная девчушка из Дворца пионеров со смехом учинила полный разгром серьезным и важным дяденькам…

В двенадцать (!) лет Майю включат в состав сборной страны на традиционный матч СССР — Югославия. Подобрать соперницу по возрасту не получилось, и ее отправили на битву с Властой Калхбреннер. Сенсации не ждали, но она случилась: школьница в комбинационном и ярко атакующем стиле разнесет 22-летнюю экзаменаторшу со счетом 4-0. Свидетель такого поворота — гроссмейстер Борислав Ивков (первый в истории чемпион мира среди юношей) — назовет Майю «Фишером в юбке». И дальше чудо с белыми бантиками было уже не остановить.

В тринадцать она за явным преимуществом выиграет свой дебютный международный турнир в Брашове, в пятнадцать — первенство СССР среди девушек. А в 1978-м Майя, преодолев претендентский барьер, схлестнется за главный шахматный титул с великой Ноной Гаприндашвили. Специалисты были уверены, что молоденькая конкурентка не сдюжит против несокрушимой королевы. Но схватка двух землячек, продолжавшаяся в Пицунде с 18 августа по 5 октября, завершилась досрочной победой семнадцатилетней Чибурданидзе, не допускавшей грубых ошибок и элегантно отвечавшей на все наскоки Гаприндашвили. И надо было видеть, как Нона Терентьевна, находившаяся на вершине с 1963 года, тепло обняла и поцеловала новую императрицу.

Императрица и ее дружные «войска» еще четыре раза изящно защищали титул в сражениях с Наной Александрией, Ириной Левитиной, Еленой Ахмыловской и Наной Иоселиани. И только китаянке Се Цзюнь в 1991-м удастся «разоружить» Чибурданидзе. Через 48 месяцев она попробует вернуться на трон, но в матче претенденток уступит Жуже Полгар…

Тем не менее шахматы, по ее мнению, утратившие из-за компьютерных программ романтичность и азартную борьбу характеров, кардиолог по образованию не бросила. И довольно долго продолжала периодически участвовать (и небезуспешно) в различных состязаниях.

…Сильно подкосит Майю смерть мамы, которая почти три десятка лет сопровождала ее на турнирах. А гибель брата Реваза, и научившего ее когда-то двигать резные «статуэточки», подтолкнет ее к вере. В одном из интервью она молвит: «О Боге я не забываю ни на минуту». Сама шахматистка чудом выживет после страшнейшей автомобильной аварии в Элисте в 1998-м…

Но поскольку я начал коротенькое повествование о девятикратной победительнице шахматных Олимпиад (пяти — в составе сборной СССР и четырех — под флагом Грузии) с прибаутки, то ею же и закончу. Однажды Михаила Таля спросили: «Как вы расцениваете шансы Чибурданидзе стать чемпионом мира среди мужчин?» Михаил Нехемьевич отреагировал тут же: «Во всяком случае, выше, чем мои — стать чемпионкой мира среди женщин!» И Майе Григорьевне, пусть и не завладевший мужской короной, но неоднократно ставившей мат джентльменам на крупных зарубежных турнирах, саркастическая фраза эта очень нравилась…