Комментарий · Политикапри поддержке соучастников

Глаголы — сжечь!

ФСБ пытается запретить журналистам писать об армии и космосе

Этот материал вышел в № 111 от 4 октября 2021
Читать номер
Этот материал вышел
в № 111 от 4 октября 2021
15:13, 2 октября 2021Фариза Дударова, корреспондентка
views

25987

15:13, 2 октября 2021Фариза Дударова, корреспондентка
views

25987

ФСБ утвердила перечень сведений, за сбор и распространение которых могут грозить статус «иностранного агента» и уголовная ответственность. Список состоит из 60 пунктов, ни один из них не является государственной тайной, однако, по мнению спецслужб, эти сведения могут быть использованы иностранными государствами, иностранными гражданами и международными организациями «против безопасности России».

«Новая» поговорила с ведущим юристом Центра защиты прав СМИ Галиной Араповой (организация признана «иностранным агентом») и юристом правозащитной организации «Солдатские матери» Антоном Щербаком о том, чем приказ ФСБ грозит журналистам и НКО, которые так или иначе работают со сферой военно-гражданских отношений и космической отраслью.

Петр Саруханов / «Новая газета»

В декабре 2020 года Госдума в третьем чтении приняла поправки в закон «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих свобод человека, прав и свобод граждан РФ» (исторически известный также как «закон Димы Яковлева», принят в 2012-м году). Согласно поправкам, статус «иностранного агента» могут получить физические лица и организации, занимающиеся «целенаправленным» сбором сведений в области военной и военно-технической деятельности РФ, получение которых иностранными государствами и гражданами может быть «использовано против безопасности» России.

Так, согласно этой поправке, гражданин России или иного государства перед тем, как заняться сбором сведений из перечня ФСБ, должен самостоятельно обратиться в Минюст с заявлением о его включении в реестр «иностранных агентов». Если он этого не сделает, ему грозит уголовная ответственность.

Некоторые пункты из перечня, утвержденного приказом ФСБ № 379 от 28 сентября 2021 года, выглядят так:

  • сведения об оценке и прогнозах развития военно-политической, стратегической обстановки;
  • сведения о соблюдении законности и «морально-психологическом климате» в войсках;
  • сведения о прохождении гражданами России военной службы;
  • информация о закупках, проводимых армией — товаров, работ, услуг для нужд войск, в том числе сведения о единственных поставщиках товаров, работ, услуг;
  • персональные данные о военнослужащих и членах их семей;
  • сведения о целевых программах «Роскосмоса», сведения о порядке, сроках и объемах финансирования компании;
  • сведения о проблемах, в том числе финансово-экономических, сдерживающих развитие «Роскосмоса».

Фактически это накладывает огромное количество ограничений на журналистов, которые, например, пишут материалы о дедовщине в армии, потому что в перечне есть отдельный пункт о «морально-психологическом климате» в войсках. То же самое касается профильных комитетов и правозащитных организаций, работающих в сфере военно-политических отношений.

Читайте также

Читайте также

Военная тайна

ФСБ сформирует еще один подотряд «иностранных агентов»

«Боюсь, если у журналиста есть хоть какое-то иностранное финансирование или «организационно-методическая помощь» от иностранного источника (напомню, что к ним относятся и российские «НКО-иноагенты», и друзья из других стран, приславшие деньги на подарок на день рождения), то ему лучше вообще этой тематикой не заниматься. Поскольку несколько пунктов приказа прямо относят дедовщину к сведениям, распространение которых теперь сопряжено со статусом «иностранного агента», а если не поставишь себя сам на учет в Минюсте, то это сразу же влечет риск уголовной ответственности и лишение свободы до пяти лет.

Теперь темы дедовщины, убийств и суицидов в армии станут темами умолчания», — говорит юрист Центра защиты прав СМИ Галина Арапова.

Командующий армией во время подхода к журналистам по окончании очередного этапа военных учений. Фото: РИА Новости

По мнению Араповой, для организаций, которые защищают права военнослужащих, срочников и их родителей, этот приказ может грозить «более высокими рисками», чем просто «плашка «иноагента». Так, персональные риски будут теперь и у отдельных сотрудников и юристов, которые работают в таких НКО, потому что их могут признать физическими лицами, выполняющими функцию «иностранного агента»: «При наличии у НКО или у сотрудников лично иностранных денег у них будет еще и риск уголовной ответственности просто в случае продолжения работы в этой сфере. Выполнение этой работы связано как раз с целенаправленным сбором сведений о преступлениях в армии и их расследованиях».

Сотрудники профильных организаций не смогут публиковать пресс-релизы, вести сайты и социальные сети и, как отмечает юрист, даже выступать в судах, так как эти судебные процессы не относятся к числу закрытых: «Следовательно, попадание судебных решений в базу ГАС «Правосудие» автоматически сделает эту информацию публичной со всеми вытекающими последствиями для участников процесса, предоставивших доказательства и информацию в суд. Участники процесса будут бояться давать комментарии прессе, пресса, соответственно, будет избегать освещения таких дел. Возникнет информационный вакуум вокруг проблематики преступности в армейской среде и дедовщины как частного случая. Отсутствие такой информации, правда, не станет решением проблемы, может быть, напротив, станет благотворной почвой для их процветания», — говорит Арапова.

На это указывает и юрист правозащитной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Антон Щербак. По его словам, о том, что этот перечень рано или поздно будет принят, в организации знали, поэтому и к возможному переформатированию деятельности они были готовы.

«Солдатские матери СПб» с 1991 года занимаются защитой прав призывников, военнослужащих, граждан, проходящих альтернативную гражданскую службу, и членов их семей. Щербак отмечает, что этот закон приведет к тому, что люди будут еще сильнее бояться отстаивать свои права, а возможно, и вовсе перестанут обращаться в профильные организации: «За последние семь лет мы отмечаем сокращение обращений [к нам], но, по официальной статистике, за последние полгода сначала военная прокуратора, а потом и военное следственное управление отметили, что на треть выросло количество насильственных преступлений, самоубийств и оставление частей.

Мы-то найдем себе применение [если нас закроют], но в минусе от этого общество в целом и те родители, дети которых останутся один на один с системой».

Комментируя перечень сведений ФСБ, Щербак отмечает, что теперь стать «иноагентом» сможет кто угодно: если мать военнослужащего, который пострадал в армии, получает помощь от какого-то иностранного благотворительного фонда и при этом делится историей своего сына, то она может быть внесена в реестр. Так как чуть ли не каждая формулировка в перечне имеет очень широкое толкование. Например, пункт об «организационно-методической помощи» от иностранного лица или государства не объясняет, что под этой помощью подразумевается. Если журналист пишет текст, так или иначе связанный с военной или космической сферой, и при этом берет для него комментарий у какого-то иностранного специалиста, он может быть внесен в реестр.

aloe-tibet.ruрекламарекламаУзнать большеУзнать больше

Читайте также

Читайте также

Отряд не заметил

В течение суток в воинской части на Урале погибли два солдата-срочника

«Боюсь, к организационно-методической помощи может быть отнесено все что угодно иностранное. Возможно, я утрирую, но на ум приходит и иностранное программное обеспечение, которым мы пользуемся при работе с информацией онлайн. Кто знает, тут для нас уготованы большие сюрпризы, и изначально с такой формулировкой заложены безграничные возможности толкования и применения этой нормы властями. В условиях широчайшей международной интеграции, обилия иностранной компьютерной техники и преимущественно иностранного производства сотовых телефонов, а также безопасного программного обеспечения использование в работе всего этого вполне могут расценить как «организационно-методическую помощь». Очень опасный и крайне нечеткий по своей формулировке термин, который вряд ли будет соответствовать требованиям качества закона в понимании стандартов Европейской конвенции, да и в понимании нашего Конституционного суда», — предполагает Галина Арапова.

Еще одна сложность этого перечня в том, что до конца неясно, имеет ли он «обратную силу». Например, до того, как ФСБ опубликовала свой список, человек занимался сбором сведений, которые в нем указаны, возможно ли признание его «иностранным агентом»? Юрист Антон Щербак считает, что возможно: «В самом законе прямо об этом не говорится, но теоретически за использование сведений, собранных до принятия перечня, можно попасть в реестр. Там же так хитро все сделано: у нас сейчас нет иностранного финансирования, но вот, консультируя военнослужащего, мы собираем о нем информацию, которую запрещает этот перечень, т. е. номер воинской части, Ф. И. О. военнослужащего, кстати, личные и персональные данные там отдельным пунктом идут, расположение части. Мы это все собираем, и, например, если при такой работе какой-то человек из Испании, как это было с одной небезызвестной организацией, скинет нам небольшие деньги в качестве доната, то нас признают иностранными агентами».

Галина Арапова отмечает, что по общим правилам уголовная ответственность не должна применяться к событиям и действиям, которые имели место до их криминализации, то есть до введения в УК части 3 статьи 330.1 УК РФ.

«Обратите внимание, что речь идет не столько о публикации [сведений], сколько о сборе таких данных, которые при их получении могут быть использованы иностранными субъектами против безопасности РФ.

То есть не обязательно целенаправленно передавать сведения кому-то, достаточно того, что они находятся в открытом доступе, и в случае их попадания в руки иностранцев, о чем вы можете даже не знать, они гипотетически могут быть использованы во вред России. То есть все тут в сослагательном наклонении. Будут ли применять санкцию к ситуациям, когда сведения были собраны и опубликованы до введения уголовной ответственности, а после введения уголовной ответственности не были удалены из открытого доступа и, таким образом, все еще, оставаясь доступными, могут быть получены иностранцами и использованы против безопасности России, трудно сказать. Не исключаю. Формулировка закона формально это позволяет применять и так», — отмечает Арапова.

По словам юриста «Солдатских матерей», эти расплывчатые формулировки приводят к тому, что деятельность многих организаций становится невозможной: «Теперь смогут существовать только те НКО, которые говорят так, как надо властям, а над теми, кто действительно работает во благо людей, висит дамоклов меч».

Этот материал вышел благодаря поддержке соучастников

Соучастники – это читатели, которые помогают нам заниматься независимой журналистикой в России.


Вы считаете, что материалы на такие важные темы должны появляться чаще? Тогда поддержите нас ежемесячными взносами (если еще этого не делаете). Мы работаем только на вас и хотим зависеть только от вас – наших читателей.

#фсб #запреты #роскосмос #космос #минобороны #российская армия

важно

10 минут назад

В России отменили массовые мероприятия из-за ситуации с COVID-19

выпуск

№ 111 от 4 октября 2021

Slide 1 of 6
№ 111 от 4 октября 2021

Топ 6

1.
открытое письмо

«Настоящие голоса попали в черный ящик» Открытое письмо членов электронного избиркома Алексею Венедиктову, руководителю общественного штаба по наблюдению за выборами

views

135632

2.
Интервью

«Сильная власть не бегает за тетеньками моего возраста» Интервью самарской пенсионерки Людмилы Кузьминой, которую Минюст признал «иноагентом»

views

122727

3.
Сюжеты

«Он родится кривой и косой. Давай делай аборт» Минздрав обяжет онкобольных беременных женщин лечиться по месту регистрации. Это решение может обернуться катастрофой

views

100697

4.
Расследования

Осколочные гранты Что известно о деле вице-президента Сбербанка Марины Раковой и о ней самой

views

100649

5.
Колонка

Про Венедиктова и ненависть Абсолютно личная колонка

views

78781

6.
Интервью

Боты с правом решающего голоса Член избиркома дистанционного электронного голосования Николай Колосов — о «потемкинской деревне» для наблюдателей

views

76282

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera