Репортажи · Политика

Судья: «Устала на это смотреть — приветики передаются, поцелуйчики»

На процессе по делу братьев Магомедовых сильно не хватает наблюдателей от РСПП. И очень много издевательств над подсудимыми и зрителями

Этот материал вышел в № 93 от 23 августа 2021
Читать номер
Этот материал вышел
в № 93 от 23 августа 2021
14:05, 20 августа 2021Вера Челищева, репортер, глава отдела судебной информации
views

68816

14:05, 20 августа 2021Вера Челищева, репортер, глава отдела судебной информации
views

68816

Суд по делу братьев Магомедовых. На фото: Зиявудин Магомедов. Фото: Вячеслав Прокофьев / ТАСС

В старом здании Мещанского суда, что на Каланчевской улице в Москве, неугодных предпринимателей каких-то 16-17 лет назад еще судили исключительно за «экономику»: например, как руководителей ЮКОСа — за «уход от налогов». Шли годы, текли сроки. Потом здание разрушили, проехались по нему экскаватором и построили на его месте современный судебный комплекс. И сегодня новых неугодных предпринимателей здесь продолжают судить, но уже не только за «экономику», а вкупе с особо тяжкой 210-й статьей УК — «организация преступного сообщества и участие в нем». Прогресс, как видите, не только в архитектуре.

Сегодня всем мало-мальски крупным предпринимателям пришивают к «экономике» эту утяжеляющую их положение и будущие сроки 210-ю статью, формулировки которой позволяют следствию абсолютно любую коммерческую организацию рассматривать как «преступное сообщество». Верный и надежный способ неотвратимой долгой «посадки».

Дело братьев Магомедовых — яркий пример. И бизнес уже отобран, и сидят до приговора уже свыше трех лет, но не оставляет ощущение, что они уедут в колонию надолго.

Процесс над Зиявудином Магомедовым, основателем группы компаний «Сумма», его братом Магомедом Магомедовым и бизнес-компаньонами с апреля идет в 333-м зале Мещанского суда. Помимо 210-й — обвинения в хищениях (ч. 4 ст. 159 УК РФ) и растрате (ч. 4 ст. 160 УК РФ) чужого имущества в особо крупном размере, выделяемого по заключенным (планируемым к заключению) государственным контрактам и коммерческим договорам.

Процесс идет незаметно и тихо, хоть слушания и открытые. На август выпало всего четыре дня заседаний. Прессы нет. Может, оттого некоторые приставы считают себя вправе относиться к подсудимым в «аквариуме» как к животным в загоне.

На улице 28 градусов жары. В «аквариуме» пять человек предпринимателей.

Хоть в зале и кондиционер, в стеклянную клетку холодный воздух проникает слабо. На просьбу арестантов открыть большую форточку «аквариума» сотрудник службы судебных приставов, уверенный в себе молодой человек, отрезает: «Не положено».

— Но нам тут нечем дышать, — объясняет Зиявудин Магомедов.

— Не положено, говорю. Собака может к вам запрыгнуть (в форточку?Ред.). Еще вопросы есть? — довольный собой спрашивает пристав и сам отвечает: — Вопросов нет.

На просьбу адвокатов открыть большую створку «аквариума», чтобы хотя бы доверителям было удобнее общаться с защитой, пристав ответил:

— В СИЗО будете общаться.

Зиявудин Магомедов в Мещанском суде. Фото: Вячеслав Прокофьев / ТАСС

Мелкий административно-властный ресурс молодого стража порядка распространился и на жен арестантов, пришедших поддержать мужей.

Жена одного из арестантов на расстоянии 5 метров от «аквариума» до начала заседания, улыбаясь, махала мужу рукой. Он улыбался в ответ. «Женщина, отойдите!» — пресек молчаливый диалог пристав, словно это общение двоих запрещено законом.

— Но мы даже не разговариваем… — робко проговорила жена.

— Вопросы еще есть? Вопросов нет.

Вот в зал уверенно вошли три женщины-судьи. Почему-то еще в коридоре во время прохода тройки публика то ли по собственной инициативе, то ли по чьей-то прихоти вставала с мест, приветствуя шелест мантий.

Председательствующая — судья Олеся Менделеева. За ее плечами — процесс «Седьмой студии» и не менее громкий обвинительный приговор по этому делу, криминализировавший театральный процесс как таковой.

Прокуроров тоже трое. Солирующий — Борис Непорожный. В его послужном списке — процесс по Улюкаеву, где обвинитель лично просил для экс-министра 11 лет колонии якобы за вымогательство взятки у Сечина. И вот теперь процесс братьев Магомедовых.

— Ваша честь, прошу принять меры, — первым делом заявил Непорожный, вложив в свой голос чувство тревоги. Меры нужно было принять в отношении слушателей, точнее слушательниц, а конкретнее — все тех же жен арестантов. Прокурору показалось подозрительным, что одна из женщин перед началом заседания, стоя у входа в зал, через адвокатов что-то передавала на словах мужу.

— Адвокаты курсируют от «аквариума» к этим слушателям, а потом эти слушатели выходят в коридор, где ожидают свидетели, и могут надавить на них, — предупреждал прокурор. Судья Менделеева тревогу обвинителя молниеносно разделила, впрочем, ее раздражение вызывали иные нюансы.

— Да я уже устала на это смотреть! Сама каждый раз вижу — вечно перед началом заседания у двери кто-то стоит. Эти приветики, поцелуйчки в адрес «аквариума» передаются. Не доводите до скандала, имейте в виду: я могу и закрыть процесс!

— У моей жены сегодня день рождения, — устало отозвался из клетки Магомед Магомедов. — Я что, не мог ее поздравить через адвоката? Два года свидания с родными в СИЗО не дают.

Магомед Магомедов. Фото: РИА Новости

— Так, — раздражалась Менделеева, — встаньте, во-первых.

— Плохо себя чувствую.

— А справка есть?

— Есть, — так же устало проговорил Магомедов.

— Имейте в виду, — продолжала с напором судья, — никаких свиданий через дверь в перерывах! Все меня поняли? Я всех предупредила.

Пошли допросы. Свидетели обвинения — руководители и сотрудники различных организаций, связанных с «Суммой», за неделю их прошло через суд 14 человек, — ничего про «организованное преступное сообщество» не рассказывали, как и про хищения и растраты. Тогда прокурор Непорожный зачитывал их показания на следствии «ввиду глубоких противоречий». Показания были идентичны, разве что чуть более подробны, но прокурор был удовлетворен. На недоумение самих свидетелей, в чем противоречия, не отвечал, а вот уточняющие вопросы подсудимых к свидетелям гасил.

— Я задаю вопрос, не перебивайте меня, — говорил Зиявудин Магомедов обвинителю. Непорожный вспыхивал и требовал от суда сделать Магомедову замечание: «Подсудимый сказал, что прокурор не должен его перебивать! Все начинается с мелочей, Ваша честь. С мелочей!»

Госпожа Менделеева с мелочами боролась жестко и удовлетворяла любое требование обвинения.

Судья: «Подсудимый, говорить нужно только с моего разрешения. Не доводите до скандала».

Прокурор: «Ваша честь, обратите еще внимание: подсудимый Зиявудин Магомедов выслушивает ваше замечание сидя!»

Судья: «Защитники, объясните своему доверителю в перерыве, как себя надо вести. Не доводите до скандала».

И ни слова про то, что процесс должен быть равноправным для всех…

На следующий день по просьбе прокуроров судья Менделеева вывела из процесса адвоката одного из фигурантов — якобы ввиду его заинтересованности. И несмотря на то что коллеги юриста прямо в суде документально доказали отсутствие у него этой, да и вообще какой бы то ни было заинтересованности, судья показала адвокату на дверь.

…День третий. В коридоре возле зала суда слушатели снова встают, когда проходит тройка судей во главе с Менделеевой. И тройка не спешит сказать: «Граждане, зачем вы встаете? Мы же не в зале».

А вот прокурор Резниченко. В прошлом году он просил для Кирилла Серебренникова шесть реальных лет колонии, а еще раньше был обвинителем на заочном процессе по Уильяму Браудеру (девять лет колонии). И точно так же, как на предыдущих процессах, в 333-м зале он задавал вопросы свидетелям, раскачиваясь на стуле.

Впрочем, со свидетелями обвинения туго. Когда они не приходят, прокуроры читают материалы дела: договоры, соглашения, банковские выписки, счета-фактуры, протоколы обысков и выемок. Судья Менделеева в такие моменты часто смотрит в стол, читает что-то невидимое любопытному глазу, и на ее ярком молодом лице появляется улыбка. Когда же поднимает голову, то лицо сразу приобретает суровые черты и какое-то военное выражение.

Если вдруг кто-то из слушателей захочет выйти из зала раньше окончания, то его отправляют чуть ли не на гауптвахту. Меня тоже выгнали, когда я по совету пристава подняла руку. Судья Менделеева посовещалась шепотом с коллегами и потребовала:

«Пристав, выведите ее и больше не пускайте, раз ей неинтересно слушать!»

Читайте также

Читайте также

Знакомый репертуар

Как быть судье, если оснований для продления ареста нет, а продлить арест надо?

Пресс-служба Мещанского суда мою просьбу прояснить необычную практику проигнорировала. Пресс-служба Мосгорсуда была поставлена в известность, редакцию заверили, что работать на этом процессе я имею право.

— Маликов, маску наденьте, а то удалю! — а это председательствующая говорила адвокату. На этом процессе обращаться к подсудимым и защите по имени-отчеству не принято.

Редко проходят и сами заседания. Их регулярность: четыре дня процесса, месяц перерыва, четыре дня процесса, месяц перерыва. Все остальное время предприниматели в «Лефортово»…

В 333-м зале Мещанского суда очень не хватает не только журналистов, но и представителей Российского союза промышленников и предпринимателей. Тем более что глава РСПП Александр Шохин еще три года назад направлял в адрес генерального прокурора обращение с просьбой проверить законность и обоснованность возбуждения уголовного дела в отношении братьев Магомедовых по обвинению в организации преступного сообщества.

А еще в зале не хватает кого-то из представителей администрации президента, чей непосредственный начальник — Владимир Путин — в 2020 году лично внес в Госдуму поправки к 210-й статье УК, согласно которым правоохранительным органам нужно доказывать в каждом конкретном случае, что свои организации предприниматели изначально и умышленно создавали под незаконные цели.

«Учредители, участники, руководители, члены органов управления и работники организации, зарегистрированной в качестве юридического лица, и (или) руководители, работники ее структурного подразделения не подлежат уголовной ответственности по настоящей статье только в силу организационно-штатной структуры организации и (или) ее структурного подразделения и совершения какого-либо преступления в связи с осуществлением ими полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением организацией предпринимательской или иной экономической деятельности».

Все просто. Казалось бы, на законодательном уровне главой государства (Федеральный закон от 01.04.2020 № 73-ФЗ) все объяснено и проговорено: нельзя из предпринимателей просто так лепить ОПС. Доказывайте умысел.

Но… Никак не связанные с организованной преступностью братья Магомедовы и их бизнес-компаньоны по-прежнему под статьей 210, благодаря которой следствие и суды успешно обходят табу, предусмотренное другой статьей — 108 УПК (о запрете ареста предпринимателей). Хотя даже из предъявленного в окончательной редакции обвинения следует, что действия фигурантов были связаны с руководством ими как учредителями рядом организаций, осуществлявших предпринимательскую деятельность, взаимодействие между которыми обуславливалось организационно-штатной структурой и корпоративным устройством единого холдинга. При этом перечисленные в обвинении организации создавались задолго до инкриминируемых следствием деяний, регулярно представляли финансовую и налоговую отчетность, уплачивали налоги, имели открытые расчетные счета и денежные средства на них, штат сотрудников. И наконец, вплоть до 2018 года данные «особо опасные преступные» организации успешно реализовывали социально и общественно значимые проекты, за что получали государственные награды.

В их числе:

  • строительство нефтеналивного терминала в порту Приморска,
  • Балтийская трубопроводная система,
  • вторая очередь нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий океан»,
  • автодороги М21 «Волгоград», М29 «Дагестан», ЦКАД, «Новороссийск», М56 «Джалинда», Р215, М7 «Казань», «Цемдолина»,
  • реконструкция аэропорта Владикавказа, Большого театра в Москве, домов-музеев Петра Первого в Голландии и дагестанском Дербенте, кронштадтского Морского собора, ставшего главным храмом ВМФ.

Но, оказывается, все это строило «организованное преступное сообщество».

…Вот поэтому хорошо бы, если бы на процессе по делу братьев Магомедовых в зрительном зале среди слушателей иногда сидел глава РСПП Александр Шохин. Ведь целями деятельности РСПП, согласно его уставу, провозглашаются «свобода предпринимательства, развитие и поддержка правового статуса» бизнесменов, в том числе «путем осуществления общественного контроля за соблюдением законных прав и интересов предпринимателей». Впрочем, лет 16 назад представителей РСПП в здании Мещанского суда на процессе ЮКОСа тоже не наблюдалось. Многое в отечественном бизнесе с тех пор изменилось — в плане «развития и свободы предпринимательства». Но, как говорится, никогда не поздно что-то исправить. Например, сформировать консолидированную позицию бизнес-сообщества на примере конкретного кейса владельцев группы «Сумма». И донести до гаранта Конституции, что его поправки в 210-ю статью УК суды и следствие саботируют, как медведевские поправки в 108-ю статью УПК.

А пока процесс по делу братьев Магомедовых судьей Менделеевой после четырех дней слушаний снова отложен на месяц — до 13 сентября.

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#Зиявудин Магомедов

выпуск

№ 93 от 23 августа 2021

Slide 1 of 6
  • № 93 от 23 августа 2021

Топ 6

1.
Исследование

В расход идут одни старики Россия потеряла от пандемии до 6,4 трлн рублей. Бюджет спасли за счет рекордной избыточной смертности

views

390319

2.
Сюжеты

Арест со скоростью гиперзвука Что известно об очередном 70-летнем «шпионе»-ученом, изобретателе, генеральном конструкторе Александре Куранове

views

277608

3.
Кожа времени

Прогрессоры Никакая свобода и демократия не нужны афганскому крестьянину, если его дочь накрасит губы. Цивилизационная катастрофа XXI века в Афганистане

views

177095

4.
Сюжеты

Огонь по своим Крушение российского БЕ-200 — следствие турецких внутриполитических разборок?

views

134985

5.
Интервью

«Врачи не могут не заметить отравления фосфорорганическими веществами» Доктор Андрей Волна о том, что не вошло в его экспертизу двух историй болезней Навального: официальной и неофициальной

views

133882

6.
Комментарий

«Мам, я не могу это читать без словаря» Почему ребенка непременно надо убить русской классикой, задавить интерес к чтению танками? Мнение учителя

views

116861

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera