Колумнисты

Зачистка памяти

Поправка в Конституцию об «исторической правде» окончательно убивает свободомыслие в России: другой точки зрения, кроме официальной, больше не будет

Зал исторической правды, Музей Победы. РИА Новости

Этот материал вышел в № 63 от 19 июня 2020
ЧитатьЧитать номер
Политика99 293

Дина Хапаеваисторик и социолог, специально для «Новой»

99 29325
 

Вопреки 13-й статье Конституции 3-я поправка к 67-й статье призвана превратить миф о Великой Отечественной войне в пролог обязательной государственной идеологии. На фоне продления срока президентских полномочий до 2036 года поправка об «исторической правде» может показаться безобидной. Однако на ее значимость для законодателя указывает выбор даты для начала голосования — 25 июня, на следующий день после военного парада, назначенного на 24 июня, — то есть на дату знаменитого Парада Победы 1945 года.

В чем сила мифа о войне и зачем вписывать его в Конституцию?

Когда я говорю «миф о войне», я не имею в виду, что война не была историческим событием или что народ не страдал, не совершал подвигов и не переживал страшных бедствий и лишений. «Миф о войне» — это то, как память о Великой Отечественной сегодня эксплуатируется властью.

Миф о войне разжигает имперские амбиции: мы — великая держава, и Западу не тягаться с нами по части ратных подвигов. Они были всего лишь союзниками, а победителями — мы. Миф подпитывает старую мессианскую идею, что Россия, жертвуя собой, неутомимо спасала человечество — от татаро-монголов, Наполеона и, наконец, от фашизма.

А раз русский народ — мессия, что доказано избавлением мира от фашизма, то всякий, кто критикует нас и нашу историю, — фашист.

Миф о войне — заградительный миф, блокирующий размышления о сталинизме и его преступлениях. 3-я поправка должна законодательно обеспечить гражданам право на беспроблемную историю, которой нечего стыдиться. Нельзя будет напоминать россиянам о том, какой ценой маршалы победы брали безымянные высоты и как они обращались с гражданским населением. И, конечно же, о том, что один из пиков «непрерывного террора» пришелся как раз на годы войны.

Поправка узаконит забвение того, что делалось в ходе «освобождения Восточной Европы», о советизации  Польши, Чехословакии, Румынии, Болгарии, Венгрии — равно как и бывших советских республик, а теперь независимых государств. А ведь все они (ну почти все) распространяют «заведомо ложную информацию», будто бы два тоталитарных режима разделили между собой Восточную Европу, заключив пакт Молотова–Риббентропа в 1939 году.

Читатель может возразить: разве в поправке говорится именно о Великой Отечественной, а не о «защите отечества» вообще? Прочтем поправку:

«3. Российская Федерация чтит память защитников Отечества, обеспечивает защиту исторической правды. Умаление значения подвига народа при защите Отечества не допускается».

Но о каком еще «подвиге народа при защите Отечества» может идти речь? Едва ли авторы поправки переживают по поводу войны 1812 года — да и кому надо «умалять» ее значение? Иное дело Вторая мировая война — предмет острых споров. Не забудем и то, что после 1945 года российские солдаты (и военные советники) сражались в основном не «за Отечество» и не на родине, а в Будапеште, Праге, Вьетнаме, Египте, Сирии, Афганистане — а теперь на Украине и снова в Сирии…

Чтобы понять смысл поправки, надо вспомнить недавнюю историю чисток памяти. Важным шагом на пути введения исторической цензуры стала комиссия «по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России», созданная в 2009 году тогдашним президентом РФ Дмитрием Медведевым.

Причем фальсификацией истории признавались все те исторические факты, которые не укладывались в официальную советскую версию «Великой Победы».

Особое значение имело внесение в Уголовный кодекс статьи 354.1 в 2014 году. Эта статья представляет собой мемориальный закон, запрещающий «распространение заведомо ложных сведений о деятельности СССР в годы Второй мировой войны» с правом карать виновных лишением свободы на срок до пяти лет. Она налагает печать на уста тех ветеранов, историков, журналистов и просто граждан, интересующихся историей, чьи личные воспоминания или исследования могут бросить тень на сталинский режим и на то, что совершалось его именем во время войны.

По словам Николая Копосова, историка, изучающего мемориальные законы,

«закон, подобный российскому, существует только в Турции (статья 301 Уголовного кодекса), где можно попасть в тюрьму за обвинение турецкого государства в геноциде армян в 1915 году».

В других странах запреты на некоторые высказывания о прошлом защищают память жертв преступлений, совершенных данным государством, а отнюдь не память самих репрессивных режимов.

Идея законодательно защитить миф о войне возникла в 2007 году в связи с переносом «Бронзового солдата» — памятника советским воинам, павшим в Эстонии во время Второй мировой войны, из центра Таллина на военное кладбище. Российско-эстонский конфликт вокруг этого события стал значимой вехой войн памяти, начавшихся в Восточной Европе в 2000-е годы и остающихся с тех пор неотъемлемой частью международной политики в этом регионе.

Попытка вписать миф о войне в Конституцию свидетельствует о том, что власти рассматривают регулирование памяти как жизненно важную задачу. «Победобесие» отвлекает от проблем, которые сегодня переживает российское общество. На место внутренних трудностей и противоречий миф о войне подкладывает идею согласия власти и народа в мечтах об имперском величии.

Победобесие ведет к милитаризации страны, к мироощущению осажденной крепости, где  единение с властью против внешнего врага — неизбежная стратегия выживания.

И «если завтра война», то бесцветное сегодня может показаться таким же счастливым, как 21 июня 1941 года в фильмах про войну.

Конечно, поправка к Конституции — не статья Уголовного кодекса, на ее основании никого не посадишь. Но статья 354.1 уже есть, и едва ли приходится сомневаться, что поправка об исторической правде побудит правоохранителей пользоваться ею почаще. К тому же ее можно усовершенствовать, благо подобных предложений появилось немало — например, объявить приравнивание сталинизма к нацизму уголовным преступлением.

В результате принятия поправки злоумышленником окажется любой, кто позволит себе усомниться в официальной версии истории. Ибо кто и как будет устанавливать, что такое «историческая правда» и что является ее попранием? Уж не председатель ли Конституционного суда Валерий Зорькин, недавно обогативший наши знания о прошлом открытием, что крепостное право было «скрепой» русского общества?

В странах, где гарантированы демократические свободы, историческая истина устанавливается в ходе научных исследований и открытых дискуссий. Академическая свобода является важнейшим гарантом свободы слова.

Но было бы ошибкой думать, что авторы поправки больше всего обеспокоены разоблачениями историков и краеведов. Их главный враг — свободомыслие. Их цель — защитить власть от обманутых и обобранных ею граждан, подсунуть им «гордость победителей» вместо свободной и достойной жизни.

Спасибо, что прочли до конца

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

Топ 6

Яндекс.Метрика
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera