Интервью

«Генпрокуратура просто не передаст дело в суд»

Адвокат Крестины Хачатурян — о возможном прекращении преследования сестер

Фото: Сергей Карпухин / ТАСС

Этот материал вышел в № 11 от 3 февраля 2020
ЧитатьЧитать номер
Общество

Лилит Саркисянкорреспондентка отдела политики

 

Генеральная прокуратура обязала Следственный комитет переквалифицировать обвинение сестрам Хачатурян: сейчас Крестину, Ангелину и Марию Хачатурян обвиняют в убийстве отца группой лиц по предварительному сговору (ч. 2 ст. 105 УК РФ). Им грозит от 8 до 20 лет лишения свободы. Прокуратура утверждает: действия девушек, которые находились в длительной психотравмирующей ситуации, подходят под необходимую оборону (ст. 37 УК). Фактически это означает прекращение уголовного преследования девушек.

Следствие, однако, намерено обжаловать решение прокуратуры и проведет дополнительную психолого-психиатрическую экспертизу девушек. При этом защитник погибшего Хачатуряна Ольга Халикова считает, что мотивом убийства отца могло стать «хищение денежных средств». Корреспондентка «Новой» узнала у Алексея Липцера, адвоката старшей сестры Крестины, что означает конфликт СК с Генпрокуратурой и стоит ли ждать скорейшего прекращения уголовного дела.

Алексей Липцер. Фото: РИА Новости

— В конце декабря стало известно, что Генпрокуратура отказалась утвердить обвинительное заключение по делу сестер Хачатурян. Сейчас она потребовала от СК переквалифицировать обвинение.

Не так. 12 декабря было вынесено постановление заместителя генерального прокурора [Виктора] Гриня: он указал, что квалификация действий девушек по части 2 статьи 105 УК неверна. Что в действиях девушек усматривается необходимая оборона. Он вернул дело обратно на дополнительное расследование и исправление допущенных нарушений. Исходя из этого постановления, у Следственного комитета не было других вариантов, кроме как прекратить уголовное преследование.

Потому что действие в состоянии необходимой обороны — основание для прекращения уголовного преследования.

Следователи обжаловали это постановление [бывшему] генеральному прокурору [Юрию] Чайке. 27 декабря Чайка отказал им в удовлетворении жалобы и внес свои требования о назначении дополнительной психолого-психиатрической экспертизы и проверке доводов потерпевшей стороны о мотивах действий девушек. При этом, не отменяя предыдущего постановления, он отказал в жалобе следователей.

13 января дело пришло в Следственный комитет, они возобновили следствие. На этой неделе они нас вызвали, ознакомили с этими постановлениями и назначили проведение дополнительной экспертизы.

— Зачем нужна дополнительная экспертиза, если предыдущая уже установила невменяемость младшей из сестер — Марии — и ограниченную вменяемость старших девушек?

Потерпевшие [родственники Михаила Хачатуряна] же утверждают все это время, что на самом деле мотивом [убийства отца] были не преступления отца в отношении девушек, а то, что якобы они растратили 12 тысяч рублей и из-за этого решили его убить. Видимо, решили дополнительно проверить эту версию, чтобы исключить ее из дальнейших претензий со стороны потерпевших.

Родственники говорили об этом уже давно, следствие проводило предварительное расследование и уже выносило постановление об отказе в удовлетворении их ходатайств. Это версия уже проверялась и была признана нерабочей.

Постановление о проведении экспертизы звучит следующим образом: они решили предоставить переписки девушек экспертам — психологам, психиатрам — с вопросом, могла ли эта ситуация повлиять на вынесение окончательного решения в заключении экспертов. Если сейчас эксперты скажут: «Нет, не могло. Мы уже провели полное обследование и вынесли заключение — на вывод это влиять не могло», то для нас это дополнительный довод о том, что девушки страдали со стороны отца.

— О чем была переписка?

О том, что девушки потратили сверх лимита с банковской карты, на которых у них были деньги для обычных трат. Отец им запретил тратить с этой карты деньги и сказал, чтобы они выживали, грубо говоря, на тех продуктах, что есть дома.

Девушки потратили 12 тысяч рублей с этой карты. Из-за того, что он возвращался [из клиники] домой, они боялись, что он проверит баланс счета и накажет их за это.

Они стали у друзей спрашивать занять им денег ненадолго, чтобы показать ему, что на счету есть деньги.

Примечательно, что девушки успели собрать эти деньги и показали ему баланс счета. У него претензий к ним не было.

— Поэтому мотивом это быть не может?

Конечно.

Снимок с видео / Пресс-служба Мосгорсуда / ТАСС

— Формулировка «Генпрокуратура обязала переквалифицировать обвинение» значит, что у СК нет других вариантов?

По-хорошему, нет. Если они будут продолжать настаивать на этой же статье [105 УК] и опять будут сдавать дело для утверждения обвинительного заключения в том виде, в котором есть, Генеральная прокуратура просто не утвердит его и не передаст дело в суд.

Это будет значить, что им обратно вернут дело со словами: «Мы же вам сказали, что квалификация неправильная».

— Нынешнее решение прокуратуры никак не связано со сменой руководства?

Нет. Как раз наоборот: ситуация с назначением на должность генерального прокурора бывшего заместителя председателя СК [Игоря Краснова] нас немного напрягает. Он вышел из ведомства, которое непосредственно вменяло девушкам обвинение, по которому они и преследуются.

— Следственный комитет неоднократно устанавливал факт насилия — как физического, так и сексуального — со стороны Хачатуряна в отношении своих дочерей. При этом квалификация действия не изменилась. Это не противоречие?

По нашему мнению, противоречие, потому что экспертизой было установлено, что девушкам в результате всех преступлений отца был причинен тяжкий вред здоровью. Для нас это очевидно. Нельзя утверждать, что они совершили преступление группой лиц — они оборонялись от тех преступлений, которые [Хачатурян] совершал.

Согласно заключению психолого-психиатрической экспертизы, [девушки] реально сознавали угрозу своей жизни и здоровью в будущем. О каком убийстве группой лиц тут идет речь?

Постановление пленума Верховного суда о необходимой обороне об этом и говорит: необходимая оборона имеет длящийся характер. Это как раз тот случай, который есть [в деле сестер]. Генпрокуратура в своем постановлении это все и отразила — она также сослалась на психолого-психиатрические экспертизы, на установление тяжкого вреда здоровью, на постановление пленума. И вывод, что квалификация неправильная.

Алексей Липцер. Фото: Влад Докшин / «Новая»

— Противоречие в позициях СК и прокуратуры — это частое явление?

Нет, нечастое. Это редкое событие. Но такое бывает: Генпрокуратура не обязана соглашаться с тем, что говорит Следственный комитет.

— Какие дальнейшие действия защиты сестер?

Мы пока рассмотрим, что будет с назначенной экспертизой. Будем думать, каким образом нам просить СК исполнить постановление прокуратуры. Будет требовать, чтобы он его исполнял.

— Можно ожидать, что уголовное преследование Крестины, Ангелины и Марии будет в ближайшее время прекращено?

Честно говоря, я не уверен в этом. Следственный комитет так просто не согласится с этим. Но сложно загадывать. Нужно смотреть, как он отреагирует дальше.

— История с тем, что родственники погибшего Хачатуряна обвиняли вас, адвокатов сестер, в том, что вы их сподвигли к убийству, ничем не кончилась?

Конечно, сразу же. Хорошо, что они одумались и не стали это развивать. Иначе это был бы цирк абсолютный.

— Следствие не стало требовать продления меры пресечения девушкам в конце декабря. Получается, они на свободе?

Нет, у них сохраняется запрет определенных действий. Отменился только запрет выходить из жилого помещения в ночное время — только его надо было продлевать судом, поскольку это ограничение свободы. Все остальные [запреты] действовали все это время и будут действовать, пока их не отменят. (Девушкам запрещено, например, видеться друг с другом и с другими свидетелями по делуприм. ред.).

Спасибо, что прочли до конца

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera