Репортажи

Алиса, Алеша, Диана

Новый год в семье Беглеца

Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Этот материал вышел в № 145 от 25 декабря 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Татьяна Васильчуккорреспондент

2
 

Осужденный на два года фигурант первой волны «московского дела» Данил Беглец уже месяц сидит в колонии в поселке Поназырево Костромской области. Когда в августе его арестовали, дочке Алисе было всего два месяца. А сегодня у нее уже режутся первые зубы, и она повторяет свое первое слово — ​«папа». Потому что про папу постоянно рассказывает двухгодовалый Алеша, который часами сидит с сестрой. Алеша как будто звонит ему по домофону у входной двери, рисует, печатает на компьютере, как говорит жена Беглеца Диана, «на своем языке» письма, а вот Деду Морозу писать отказывается. Говорит «он не нужен, нужен папа». Впереди у Данила Беглеца — ​кассация.

«На каждого мужчину показывает, спрашивает: папа?»

Черноволосый мальчик, широко улыбаясь, встает на мягкую табуретку у входной двери и протягивает к уху трубку от домофона на длинном проводе. Пальчиком водит по полке рядом и «угукает» в трубку, требует: «Дядя, папу верни».

— Иногда истерика у Леши. Говорит, что папа его не любит, потому что не разговаривает с ним, в сад за ним не приходит. Говорит, не надо папе больше работать, надо ему домой. Мне его жалко, — ​Диана, как и в прошлый раз нашей встречи, прижимает к себе сестру Леши — ​младенца Алису, теперь уже внимательно разглядывающую нас.

«Я когда его из сада забираю, он на каждого мужчину мне показывает, спрашивает: папа?»

Красавица Алиса (в семье ее еще зовут «Бусинкой» за круглые черные глазки) во время нашего разговора пробует «включиться в беседу»: смеется и даже пробует что-то лепетать. «Моя мама была рядом, когда она сказала первое свое слово не «мама», а вдруг «папа», — ​Диана объясняет это тем, что Алиса почти всегда после детского сада Леши ложится с ним рядом и слушает все, что он ей рассказывает. А Алеша каждый день про папу говорит. На Новый год писал ему письмо «своим языком» — ​Диане рассказал, что попросил «коконю» (это киндер-сюрприз) и что-то еще (это секрет), «только папе будет известно», — ​улыбается Диана.

«Я просто хочу его вытащить»

Данил с сыном. Фото из семейного архива

Кухонный стол весь в бумагах с пометками, сделанными от руки, на что можно обратить внимание при кассации: наличие маленьких детей, возмещение морального вреда пострадавшему [росгвардейцу], признание вины. Диана очень сильно надеется на очередную стадию обжалования приговора. От бессилия и отказа адвокатов даже сама пыталась сформулировать жалобу: что он не направлялся на митинг, хотел помочь человеку, деньги в качестве возмещения морального вреда потерпевшему перевел… Она отсидела очередь в приемную президента, а там ожидаемо ответили, что президент «не имеет права вмешиваться в дела суда». Когда Диана едет куда-то на машине, она берет с собой пачку специально заказанных стикеров и наклеек «Свободу Данилу Беглецу», останавливается у дорожных знаков на улице, столбов, стендов, расклеивает их.

— Мне пишут: уже достала, постоянно пишет об этом Беглеце, хватит уже о нем писать. — ​Диана пересказывает, как в социальных сетях реагируют на ее почти ежедневные публикации о муже. — ​Но мне фиолетово, что пишут. Я просто хочу его вытащить.

У Данила с самого начала была сложная ситуация с адвокатами. С того момента, как знакомые защитники посоветовали ему признать вину

и взять особый порядок рассмотрения дела (что предполагает отказ от исследования доказательств в суде). Беглец быстро понял, что совершил ошибку, потому что просто доверился знакомым людям. Из-за особого порядка во время апелляции можно было говорить только о его личных характеристиках, а то, что он встречался в центре с коллегой по работе и не участвовал в митинге, уже никого не интересовало. После отклоненной апелляции многие юристы отказывали Диане брать дело мужа — ​сам все подписал и признал: «Он спрашивает, когда хоть кто-то напишет кассацию, но я же не смогу ему сказать, что от него отказались. Не смогу сказать, что нам сказали ждать УДО, а обжаловать дальше якобы бессмысленно — ​мне совесть не позволит».

Сейчас стало известно, что в дело Беглеца вступил адвокат «Агоры» Леонид Соловьев. Он защищал Егора Жукова.

Письма из поселка Поназырево

Данил попал в одну колонию с другим фигурантом «московского дела» Владиславом Синицей, осужденным на 5 лет за твит. На условия содержания Данил не жалуется, потому что он просто человек такой, поясняет Диана, не привык жаловаться. Поназырево — ​отдаленный от Костромы поселок с населением всего четыре тысячи человек. Диане нужно было сделать передачу мужу — ​он заболел, нужны были лекарства. Написала пост в фейсбуке с просьбой кого-то откликнуться. И помощь нашлась быстро: ей посоветовали отца Василия из церкви на территории колонии.

Теперь Данил ходит петь в церковно-приходскую школу, занимается русским языком, который раньше учил в школе в Молдове. «Папа у нас получил пятерку, четверку, но вот по русскому получил тройку, да, Бусинка? — ​Диана шепчет на ушко дочке и улыбается. — ​Но ничего, тройка тоже хорошая оценка!»

Данилу присылают много писем, но долгое время от него не приходило ответов. Оказалось, что в колонии не выдавали бланки для ответного письма. Диана догадалась, в чем может быть дело, и написала в письме мужу, что «Новая» готовит запрос во ФСИН по этому поводу. Бланки выдали «молниеносно», а с ними отдали и не переданные в срок открытки. И не только Данилу, но и Владиславу Синице.

Диана рассказала, что Данил хотел прислать к Новому году рисунок и письмо в нашу редакцию. Мы написали ему и очень ждем ответа.

Диана с Бусинкой. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

— Я очень верю в общественное мнение, очень верю в то, что если придет много людей… — ​Диана останавливается, переводит дыхание. — ​Мы с детьми очень надеемся на кассацию и будем молить Бога каждый день вернуть нам родного человека домой — ​живым и здоровым.

Номер карты «Сбербанка» жены Данила Беглеца Дианы: 4276 4000 6613 8539 (Диана Николаевна Д.).

Написать Данилу Беглецу письмо можно через ФСИН-письмо или «РосУзник»:

Беглец Данил Юрьевич, 1992 г.р., ИК‑2 Костромской области, д. Поназырево.

Читайте также

«Верните Костю Ане!» Постскриптум к делу Котова, одному из самых громких дел года

 

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera