Интервью

«Мы больше не знаем, кто из российских спортсменов чист, а кто нет»

Интервью Хайо Зеппельта накануне ключевого решения Всемирного антидопингового агентства

Фото: Ole Berg-Rusten / EPA

Спорт

Мария Епифанова«Новая газета»

1
 

Хайо Зеппельт — немецкий журналист-расследователь, антигерой для многих российских спортивных функционеров. В 2014 году Зеппельт выпустил фильм «Тайны о допинге: как Россия делает своих победителей», где, в частности, фигурирует российская бегунья Юлия Степанова, которая рассказывает о повсеместном использовании допинга. После этого он сделал еще несколько разоблачительных материалов о допинге в российской спортивной среде, а в 2018 году, накануне чемпионата мира по футболу, российский МИД внес его в список нежелательных лиц и аннулировал визу. Зеппельт стал первым, кто сообщил, что, несмотря на обещание разобраться с нарушениями, Российское антидопинговое агентство (РУСАДА) продолжает манипуляции с данными. Теперь ВАДА решает, какие санкции применить в отношении России. Один из вариантов — отлучить Россию от международных соревнований на четыре года. Перед заседанием Всемирного антидопингового агентства 9 декабря Хайо Зеппельт поделился своими прогнозами.

— Прежде всего я хотела поговорить о грядущем заседании ВАДА. Каким, на ваш взгляд, может быть решение?

— Сейчас все выглядит так, что рекомендации, опубликованные комитетом по соответствию ВАДА, будут выполнены. ВАДА примет решение, опираясь на эти рекомендации, — возможно, будут какие-то незначительные изменения. Это значит, что Россия будет на 4 года отстранена от соревнований — возможно, отдельные спортсмены смогут соревноваться на особых условиях. Я не знаю наверняка, таков мой прогноз.

Проблема в том, что за провал отвечают российские власти. Именно из-за них российские спортсмены оказались в этой ситуации. Так что России надо жаловаться не в ВАДА или какую-то другую международную инстанцию: это все проблема российских властей, которые не выполнили свои обязательства.

— Многие в России рассуждают иначе. Даже те, кто понимает решение ВАДА, часто говорят: в этой ситуации страдают спортсмены, почему так? Можно пойти по пути индивидуальных санкций, например.

— Российские власти — кто бы именно это ни был — сфабриковали и удалили лабораторные образцы многих спортсменов, они сфабриковали улики, чтобы обвинить Родченкова и других. Уже все доказано. И, как вы видите, реакция в России достаточно спокойная. Они не спорят с доказательствами, они просто говорят: это очередная атака на Россию. Это та самая старая песня, которую мы все время слышим, она никак не связана с фактами.

Проблема вот в чем:

поскольку российские власти по каким бы то ни было причинам уничтожили и сфабриковали доказательства, мы больше не знаем, кто из российских спортсменов чист, а кто нет.

Как мы можем верить? И почему мы говорим только о защите российских спортсменов? Нужно защитить остальных от потенциального мошенничества россиян с допингом. Вот в чем проблема.

Это было срежиссировано исключительно российскими властями, и, очевидно, им было что прятать. И тут достаточно доказательств, чтобы даже Международный олимпийский комитет и господин Бах потеряли терпение.

— Но, насколько я понимаю, господин Бах как раз за индивидуальные санкции — он очень осторожно говорит о запрете для всех.

— Когда мы говорим о санкциях, всегда встает эта проблема: под ударом оказываются люди, которые изначально не несут ответственности. Но, повторюсь, российским спортсменам следует обратиться к их собственным властям, которые создали для них такую ситуацию.

Россия ответственна за масштабные нарушения в области антидопинга, и последствия таковы, что придется заплатить по счетам. Это не из-за ВАДА или МОК, это потому, что ответственные люди в России не смогли нормально справиться с проблемой. У них были все шансы. РУСАДА получало не один шанс вернуться, но каков был их ответ? Все знают, что делали некоторые люди из РУСАДА, — они фабриковали доказательства. Это очень серьезно. И любая страна в мире — не только Россия —  толкнулась бы в этой ситуации с такими же санкциями.

— Я помню, вы говорили, что получали многочисленные угрозы с тех пор, как начали работать над этой темой. Вы могли бы рассказать об этих угрозах?

— Мы делаем много исследовательской работы на тему допинга во всем мире. Любой, кто посмотрит на нашу работу, увидит, что мы делаем истории про допинг в Германии, Австрии, Кении, США, Южной Америке — везде. Так что мы не сфокусированы только на России. Но история в России получилось масштабной,

потому что тут мы говорим о поддерживаемой государством системе, включающей в себя многих спортсменов.

Мы просто сообщали об этих фактах, расследовали, показывали, когда Россия говорит неправду и пытается отвлечь всех от фактов.

В других странах мы тоже сталкиваемся с определенным сопротивлением. Но в России все иначе. Столько людей пытались бороться с нами! Меня называли шпионом, агентом иностранных правительств. Мне говорили, что я работаю на ЦРУ, что я враг государства — я услышал кучу вещей.

Некоторые люди пытаются просто игнорировать факты. Это не про Россию, не про Германию — это просто по ситуации, когда бороться с допингом не получается.

— Учитывая нынешний огромный скандал в России, проблемы в других странах, где вы проводили расследования, что вы думаете о нынешней системе допинг-контроля в целом? Она действительно работает или же нуждается в изменениях?

— Безусловно, необходимы многие изменения.

— Например?

— Нам нужен независимый контроль, нужно, чтобы у стран было меньше влияния. Нужно, чтобы страны контролировали друг друга, а не сами себя. Нужно ослабить влияние спортивных институтов, таких как МОК, потому что продвижение спорта и борьба с допингом — это две очень разные вещи. Я вижу тут очевидный конфликт интересов. Спортсмены, спортивные менеджеры, телевидение, спортивные федерации, политики — все выигрывают, когда спортсмены хорошо выступают, пока допинг остается незамеченным. А когда начинаются расследования журналистов, государственной прокуратуры, в некоторых странах — полиции, может обнаружиться допинг. И выигрышная ситуация становится проигрышной для всех. Все теряют деньги.

В течение десятилетий во всем мире — не только в России, но и в Германии, и в США, и в Кении, и в Китае — история допинга — это история покрывания допинга. И это касается не каких-то отдельных людей — этим занимаются целые системы. Так что, на мой взгляд, всегда шла борьба не столько с допингом, сколько с людьми, которые слишком много говорят о допинге. Говорить о допинге — значит, разрушать бизнес.

— И это ваш случай. Вы-то говорите о допинге.

— Поэтому некоторым людям не нравится, чем мы занимаемся. Мы ставим под сомнение существующую бизнес-модель многих спортивных федераций во всем мире — не только в России, как я и говорил. В этом году мы делали большое расследование о допинге в Германии и Австрии. Это общеевропейское расследование, оно еще не закончено.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera