Интервью

«Мы больше не знаем, кто из российских спортсменов чист, а кто нет»

Интервью Хайо Зеппельта накануне ключевого решения Всемирного антидопингового агентства

Фото: Ole Berg-Rusten / EPA

Спорт22 745

Мария Епифанова«Новая газета»

22 7451
 

Хайо Зеппельт — немецкий журналист-расследователь, антигерой для многих российских спортивных функционеров. В 2014 году Зеппельт выпустил фильм «Тайны о допинге: как Россия делает своих победителей», где, в частности, фигурирует российская бегунья Юлия Степанова, которая рассказывает о повсеместном использовании допинга. После этого он сделал еще несколько разоблачительных материалов о допинге в российской спортивной среде, а в 2018 году, накануне чемпионата мира по футболу, российский МИД внес его в список нежелательных лиц и аннулировал визу. Зеппельт стал первым, кто сообщил, что, несмотря на обещание разобраться с нарушениями, Российское антидопинговое агентство (РУСАДА) продолжает манипуляции с данными. Теперь ВАДА решает, какие санкции применить в отношении России. Один из вариантов — отлучить Россию от международных соревнований на четыре года. Перед заседанием Всемирного антидопингового агентства 9 декабря Хайо Зеппельт поделился своими прогнозами.

— Прежде всего я хотела поговорить о грядущем заседании ВАДА. Каким, на ваш взгляд, может быть решение?

— Сейчас все выглядит так, что рекомендации, опубликованные комитетом по соответствию ВАДА, будут выполнены. ВАДА примет решение, опираясь на эти рекомендации, — возможно, будут какие-то незначительные изменения. Это значит, что Россия будет на 4 года отстранена от соревнований — возможно, отдельные спортсмены смогут соревноваться на особых условиях. Я не знаю наверняка, таков мой прогноз.

Проблема в том, что за провал отвечают российские власти. Именно из-за них российские спортсмены оказались в этой ситуации. Так что России надо жаловаться не в ВАДА или какую-то другую международную инстанцию: это все проблема российских властей, которые не выполнили свои обязательства.

— Многие в России рассуждают иначе. Даже те, кто понимает решение ВАДА, часто говорят: в этой ситуации страдают спортсмены, почему так? Можно пойти по пути индивидуальных санкций, например.

— Российские власти — кто бы именно это ни был — сфабриковали и удалили лабораторные образцы многих спортсменов, они сфабриковали улики, чтобы обвинить Родченкова и других. Уже все доказано. И, как вы видите, реакция в России достаточно спокойная. Они не спорят с доказательствами, они просто говорят: это очередная атака на Россию. Это та самая старая песня, которую мы все время слышим, она никак не связана с фактами.

Проблема вот в чем:

поскольку российские власти по каким бы то ни было причинам уничтожили и сфабриковали доказательства, мы больше не знаем, кто из российских спортсменов чист, а кто нет.

Как мы можем верить? И почему мы говорим только о защите российских спортсменов? Нужно защитить остальных от потенциального мошенничества россиян с допингом. Вот в чем проблема.

Это было срежиссировано исключительно российскими властями, и, очевидно, им было что прятать. И тут достаточно доказательств, чтобы даже Международный олимпийский комитет и господин Бах потеряли терпение.

— Но, насколько я понимаю, господин Бах как раз за индивидуальные санкции — он очень осторожно говорит о запрете для всех.

— Когда мы говорим о санкциях, всегда встает эта проблема: под ударом оказываются люди, которые изначально не несут ответственности. Но, повторюсь, российским спортсменам следует обратиться к их собственным властям, которые создали для них такую ситуацию.

Россия ответственна за масштабные нарушения в области антидопинга, и последствия таковы, что придется заплатить по счетам. Это не из-за ВАДА или МОК, это потому, что ответственные люди в России не смогли нормально справиться с проблемой. У них были все шансы. РУСАДА получало не один шанс вернуться, но каков был их ответ? Все знают, что делали некоторые люди из РУСАДА, — они фабриковали доказательства. Это очень серьезно. И любая страна в мире — не только Россия —  толкнулась бы в этой ситуации с такими же санкциями.

— Я помню, вы говорили, что получали многочисленные угрозы с тех пор, как начали работать над этой темой. Вы могли бы рассказать об этих угрозах?

— Мы делаем много исследовательской работы на тему допинга во всем мире. Любой, кто посмотрит на нашу работу, увидит, что мы делаем истории про допинг в Германии, Австрии, Кении, США, Южной Америке — везде. Так что мы не сфокусированы только на России. Но история в России получилось масштабной,

потому что тут мы говорим о поддерживаемой государством системе, включающей в себя многих спортсменов.

Мы просто сообщали об этих фактах, расследовали, показывали, когда Россия говорит неправду и пытается отвлечь всех от фактов.

В других странах мы тоже сталкиваемся с определенным сопротивлением. Но в России все иначе. Столько людей пытались бороться с нами! Меня называли шпионом, агентом иностранных правительств. Мне говорили, что я работаю на ЦРУ, что я враг государства — я услышал кучу вещей.

Некоторые люди пытаются просто игнорировать факты. Это не про Россию, не про Германию — это просто по ситуации, когда бороться с допингом не получается.

— Учитывая нынешний огромный скандал в России, проблемы в других странах, где вы проводили расследования, что вы думаете о нынешней системе допинг-контроля в целом? Она действительно работает или же нуждается в изменениях?

— Безусловно, необходимы многие изменения.

— Например?

— Нам нужен независимый контроль, нужно, чтобы у стран было меньше влияния. Нужно, чтобы страны контролировали друг друга, а не сами себя. Нужно ослабить влияние спортивных институтов, таких как МОК, потому что продвижение спорта и борьба с допингом — это две очень разные вещи. Я вижу тут очевидный конфликт интересов. Спортсмены, спортивные менеджеры, телевидение, спортивные федерации, политики — все выигрывают, когда спортсмены хорошо выступают, пока допинг остается незамеченным. А когда начинаются расследования журналистов, государственной прокуратуры, в некоторых странах — полиции, может обнаружиться допинг. И выигрышная ситуация становится проигрышной для всех. Все теряют деньги.

В течение десятилетий во всем мире — не только в России, но и в Германии, и в США, и в Кении, и в Китае — история допинга — это история покрывания допинга. И это касается не каких-то отдельных людей — этим занимаются целые системы. Так что, на мой взгляд, всегда шла борьба не столько с допингом, сколько с людьми, которые слишком много говорят о допинге. Говорить о допинге — значит, разрушать бизнес.

— И это ваш случай. Вы-то говорите о допинге.

— Поэтому некоторым людям не нравится, чем мы занимаемся. Мы ставим под сомнение существующую бизнес-модель многих спортивных федераций во всем мире — не только в России, как я и говорил. В этом году мы делали большое расследование о допинге в Германии и Австрии. Это общеевропейское расследование, оно еще не закончено.

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
Яндекс.Метрика
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera