Колумнисты

Темная сторона Театрального проезда

Раскрываем секрет самого «урожайного» эпизода событий 27 июля 2019 года

Этот материал вышел в № 134 от 29 ноября 2019
ЧитатьЧитать номер
Политика

Леонид Никитинскийобозреватель, член СПЧ

2
 
Жесткое задержание 27 июля на акции в Москве. Фото: Влад Докшин / «Новая газета»

Уголовные дела против участников несанкционированных акций прошлого лета продолжают возникать в недрах Следственного комитета и поступать в суды. Последний «букет» СК собрал в середине октября, предъявив обвинения по ст. 318 УК РФ (применение насилия в отношение представителей власти) пяти новым фигурантам. Обвинения против Андрея Баршая, Владимира Емельянова, Егора Лесных, Максима Мартинцова и Александра Мыльникова опираются в качестве доказательств на видеозаписи, сделанные в одном месте и в одно и то же время: около 18 часов 27 июля на пересечении улицы Рождественка и Театрального проезда. Ранее на том же пятачке выросли также дела Евгения Коваленко (осужден), Валерия Костенка (дело прекращено) и Айдара Губайдуллина (в розыске).

Весьма ограниченное пространство возле «Детского мира» в промежутке не более 10 минут принесло «урожай» в виде 7-ми как бы разрозненных дел из 14-ти, составляющих на сегодняшний день весь «куст» так называемого «московского дела». На языке уголовно-правовой практики это называется «эпизод». В процессе предварительного и судебного следствия эпизод должен быть оценен целиком, а не в той или иной части, выхваченной так, как удобно одной из сторон.

Что же именно произошло 27 июля около 18 часов на пересечении Театрального проезда и улицы Рождественки? Это возможно установить детально: все происходящее записывалось как на стационарные камеры и полицейскую аппаратуру, так и на смартфоны десятков участников акции и просто прохожих. СК и работающие с ним оперативные сотрудники спецслужб не раскрывают свою «кухню», но понятно, что их доказательства состоят в основном из: а) записей стационарных камер, б) записей операторов спецслужб (работавших большей частью в штатском), в) записей с тех смартфонов, которые могли быть изъяты у задержанных. Эти доказательства подкрепляются протоколами и свидетельскими показаниями сотрудников Росгвардии и полиции, хотя, как мы понимаем из практики, тут могут быть уже и натяжки.

Между тем друзья обвиняемых и активисты также изучают те видеозаписи, которые оказались в их распоряжении. К собранным из рук в руки и из социальных сетей позже добавились и кадры оперативной съемки, которые адвокаты смогли скопировать из материалов дел. Эта та же самая картина, то же самое время и место, и от доказательств обвинения эти записи отличают только ракурс (в некоторых случаях) и порядок их соединения. Конечно, друзья обвиняемых предвзяты (хотя бы на уровне своих убеждений), но, к сожалению, то же самое мы можем говорить и о следствии. Монтаж есть и там, и там.

Независимый суд — вот, кто должен был бы беспристрастно изучить все записи и весь этот эпизод с разных сторон, но надежды на это пока не сбываются.

Инициативная группа «Арестанты дела 212» (по номеру статьи о «массовых беспорядках») выложила на одноименном сайте 5 видеосюжетов, скомпилированных из различных записей с места событий. Судя по ним, они развивались примерно следующим образом.

Сотрудники Росгвардии Максим Косов и Александр Козлов (они представились, только когда давали показания в суде) вели задержанного Максима Долинского со стороны Детского мира вниз по Театральному проезду. Протестующие передвигались там же в режиме броуновского движения без определенной цели. Судя по записям, активисты были возбуждены, но признаки того, что они замышляли какое бы то ни было насилие, отсутствуют. Далее произошел какой-то контакт двух указанных стражей порядка с встречной группой протестантов. Слышны крики «Позор!», но самое начало конфликта в сюжетах отсутствует (оно может оказаться на других записях). А далее Косов, Козлов и подоспевшие им на помощь сотрудники спецслужб в черной и камуфляжной форме без каких-либо команд или предупреждений просто лупят протестующих. Первой их жертвой стал активист Борис Канторович, а следом и все, кто попытался прийти ему на помощь.

Сцена на записи оставляет впечатление, что Косов и Козлов просто испугались, преувеличив угрозы со стороны окружившей их кричащей группы (но не «толпы»). В течение нескольких секунд у них сработали какие-то усвоенные установки и навыки, а дальше они крушат безоружных демонстрантов так, как если бы оказались в каком-то фантастическом боевике на чужой планете, с обитателями которой у них нет общего языка, и их можно только убивать, чтобы самим остаться в живых. Бросившиеся им на подмогу сотрудники в форме и в штатском лишь усугубляют побоище, а прекратить избиение, напротив, пытаются только демонстранты и случайные прохожие, в том числе женщины, — и за это тоже получают дубинками.

Эти записи, доступные на сайте «Арестанты дела 212», в любом случае надо смотреть. Хотя там остаются вопросы, надо постараться представить в качестве прохожего в том месте и в тех обстоятельствах и себя тоже. В зависимости от возраста и темперамента любой из тех, кто там оказался, наверное, действовал бы сходным образом: кричал на «терминаторов», хватал их за руки и за плечи, а то бы и кинул в них, что под руку попало.

Так и сделал Евгений Коваленко, бросивший в гущу свалки нетяжелую урну — она не долетела, но стоявший рядом сотрудник в штатском в спринтерском темпе сразу же его догнал и поволок удушающим приемом за шею сзади. За бросок урны и за то, что он толкнул одного полицейского, а второго пытался удержать, Коваленко приговорен к 3,5 годам лишения свободы. На суде он так объяснил свои действия: «Находясь рядом с эпицентром творимого беззакония, я был поражен… мирных безоружных людей били руками и дубинками вне зависимости от того, мужчина это или женщина, когда те уже лежали на земле и не могли оказать сопротивления…».

Коваленко, как и большинство других обвиняемых и осужденных в связи с эпизодом у Детского мира, ранее в протестном движении замечен не был, и, судя по записям, нет оснований не верить им в том, что их действия были спонтанной реакцией на «беспредел».

Мы вовсе не утверждаем, что на этот эпизод надо смотреть только с той точки зрения, которая предложена группой «Арестанты дела 212». Но закон требует смотреть и с нее тоже — а в противном случае ни следствие, ни суд не могут считаться объективными.

В делах Коваленко и других все попытки защиты призвать судей оценить действия силовиков успеха не имели,

все как один соответствующие вопросы к свидетелям – сотрудникам силовых ведомств судьи отвели как не имеющие отношения к делу.

Действия всех задержанных должны быть переоценены – вплоть до прекращения дел – с поправкой на аффект, вызванный непрофессионализмом и жестокостью «сил правопорядка». Но больше вопросов, на самом деле, возникает даже не к условным рядовым Косову и Козлову, а к руководству правоохранительных органов и Росгвардии. Кто их готовил, если они так испугались безоружных соотечественников? Если они не были подготовлены, то кто их направил работать в гуще людей? Кто их инструктировал, посылая на «враждебную планету»? И –желательно: было ли это сделано в силу обычной некомпетентности или с целью провокации?..

А к московским судьям вопросов больше уже нет.

В СПЧ (где этим вопросом занимается Игорь Каляпин) сейчас известно о 24 заявлениях от граждан, также так или иначе пострадавших в столкновениях с полицией и Росгвардией в ходе летних событий. Ни одно из них вопреки требованиям закона не было надлежащих образом принято и процессуально оформлено, обращения в суды с жалобами на бездействие органов СК тоже пока результатов не дали. Самому Каляпину пришел ответ почему-то из ОМОНа, что якобы никаких сведений о его задержании (в ходе акции 3 августа) нигде нет.

Все права у «силовых структур», у граждан только обязанности (в основном молчать и не жаловаться) – это и есть ключ к пониманию так называемого «московского дела» (оно вовсе не только «московское» – точно так же этот механизм работает и в регионах). Ранее такая методика оценки только с одной стороны была апробирована в «болотном деле». Что ж, это позиция. Мы надеемся, что на встрече президента Путина с СПЧ членам совета удастся уточнить у него, чья.

Приходите поддержать

Суды по событиям 27 июля проходят в открытом режиме.

27 ноября, 11:00, Тверской районный суд:

Самариддин Раджабов – зал №355

Егор Лесных, Максим Мартинцов, Александр Мыльников – зал №433

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera