Колумнисты

Побежденных не судят

С чувством глубокого рессентимента…

Этот материал вышел в № 121 от 28 октября 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Леонид Никитинскийобозреватель, член СПЧ

5
 

29 октября к Соловецкому камню на Лубянке снова выстроится очередь победителей, чтобы, промерзнув несколько часов (пока нам обещают +2), всяк получил право прочесть несколько фамилий погибших. Очередь будет казаться нескончаемой, но на самом деле нас будет все то же «ничего не решающее» меньшинство: 14 процентов, судя по цифрам «Крымского консенсуса».

Простояв тогда еще на площади Дзержинского менее года (установлен 30 октября 1990-го), Соловецкий камень победил-таки Дзержинского, чей 11-тонный памятник в августе 1991-го был депортирован из-под окон КГБ (теперь ФСБ) в парк «Музеон», где превратился в «прикол».

Речь не о памятниках, а о памяти, которая представляет собой загадку, объясняемую более забвением, чем памятованием. Разные люди разные вещи хотели бы забыть или помнить. Память чувствительна и болит, забвение же обещает покой… Но обманывает — в соответствии с учением Фрейда (будь он неладен!) о подсознании и вытеснении в него.

Можно говорить и о коллективной памяти — семьи, группы друзей или целого народа (нации). Собственно, только она и объединяет нацию в какую-то цельность (язык — тоже память). Индивидуальная память ненадежна и недолговечна (как и ее носители), и ей на помощь приходит так называемая культурная память, опирающаяся на целые институты (собственно, любой институт — тоже культурная память).

Однако более сильные игроки на поле культурной памяти (прежде всего государство) склонны подменять даже артефакты и превращать ее в идеологию.

Носители индивидуальной памяти соглашаются разменять свои болезненные знания на мифы, если это им льстит.

Поучиться премудрости памяти нам, русским, как и 300 лет назад («культурная память» школьного учебника помнит ли еще об этом?) стоит у немцев (например, у Алейды Ассман, чей текст «Забвение истории — одержимость историей» недавно издали в Москве). Это не те немцы, победу над которыми мы, типа, одерживаем каждое 9 мая: они стали другими, потратив на это лет 40 упорного и безжалостного к себе труда. Зато они есть, а нас, строго говоря, нет.

Ведь если исходить из того, что мы — нация, то у нас шизофрения. У России две памяти, столкнувшиеся на Лубянке: условные 14 процентов помнят одно, а 86 — ничего не помнят, кроме того, что им вчера рассказали по телевизору. «Подавляющее большинство» — это не просто фигура речи, оно действительно подавляет. Но откуда тогда в культурной памяти большинства это чувство лузеров, вечно побежденных?

Словно у них что-то отняли. Даже не так: обещали, да не дали. Обещали коммунизм, а дали Олимпийские игры (1980-е), обещали сытую жизнь, а оставили без работы (1990-е), обещали стабильность, а дали Крым (2014-й). Ну хоть так… Но, оказывается, присоединить его можно, а вот съесть нельзя — и это даже не про пармезан… Так получается, что победа снова досталась тем, кто никогда не верил никаким обещаниям власти — вот же сволочи!..

Все эти мы, мерзнущие в очереди к Соловецкому камню, эти вечные иностранные агенты, безродные космополиты, мы ведь не чувствуем себя побежденными? Отнюдь. Наша память существует и не болит, а у них на ее месте плакат — но болит.

Опять на… Опять нас обманули, короче.

Это называется «рессентимент» — бессильная зависть, поиски происков — ну чьих же еще, если не миллиардера Сороса? В такой колее и с такой вот, замешанной на чувстве собственной неполноценности, памятью жить нельзя. И выход из нее только в пьяную истерику: «Можем повторить»…

Дзержинского 11-тонного им жалко. Но даже если он вернется на Лубянку, чего в логике исторических событий сегодня исключить нельзя, то это все равно не будет победа — это будет реванш. Реванш в зародыше отравлен злобой, и то удовольствие, которое он несет, — восторг пьяного, которого утром ждет похмелье, и это тупик. Не нужно реванша, братцы! Лечиться надо, а побеждать придется только самих себя.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera