Колумнисты

Музей в России больше, чем музей

Силовики потянулись к экспозициям

Фото: Владимир Гердо/ТАСС

Этот материал вышел в № 66 от 21 июня 2019
ЧитатьЧитать номер
Культура

Алексей МокроусовСпециально для «Новой»

1
 

Даже на фоне массового помешательства на искусстве последние события выглядят ярко — обыск в частном музее «Собрание» Давида Якобашвили и чисто гудиниевская история с исчезновением семи шедевров коллекции Алексея Ананьева из его музея Институт русского реалистического искусства (ИРРИ) в Замоскворечье. Накануне исчезновения музей-институт (официально это «частное учреждение культуры»), расположившийся на бывшей ситценабивной фабрике на Павелецкой, закрыт на неопределенное время, публика потеряла доступ к 6500 произведениям русской и советской живописи ХХ века, которые входили в коллекцию, — среди них полотна Аркадия Пластова и Юрия Пименова, Гелия Коржева и Петра Оссовского, Дмитрия Жилинского и Таира Салахова.

На трех этажах показывали едва ли десятую часть фондов, это нормальная музейная практика, а ИРРИ работает по международным стандартам. Одновременно с закрытием постоянной экспозиции прекратилась работа и над временными выставками, а они в ИРРИ отменные, многие показывали не только в Москве, но и за границей. Основатель музея, банкир Алексей Ананьев, много времени уделял собранию, как считает галерист Ильдар Галеев, это была

«явно не блажь миллионера, но профессионально исполненная идея по созданию полноценного музея, с полноценным пространством, организацией выставок, публикацией научных каталогов».

Но после обращения принадлежавшего раньше Ананьеву Промсвязьбанка в суд по поводу убытков в размере 283 млрд рублей, возникших якобы по вине прежнего руководства, и требования наложить арест на имущество братьев Ананьевых под санкции попали лучшие полотна ИРРИ. Среди них — два полотна Георгия Нисского, эскиз Александра Дейнеки «Спортсменка, завязывающая ленту» к картине «Купальщица» из Третьяковки, сервильный «Портрет Климента Ворошилова в кабинете» Исаака Бродского, «Три художника» Виктора Попкова. В свое время Ананьев заплатил за них почти 5 млн долларов. Теперь эти картины якобы исчезли из здания ИРРИ, банк заявляет, что их вроде бы передали кипрскому фонду, которому в 2017-м, за два месяца до санации банка, Ананьев отписал все 6500 картин, с фондом связано имя его жены: коллекция Ананьева объявлена теперь коллекцией не-Ананьева.

В итоге музей закрыт, его хорошо сделанный сайт не работает, и лишь на сайте проекта artsandculture.google.com можно найти высококачественные сканы примерно 70 картин из собрания ИРРИ.

А в частном музее «Собрание», открывшемся в прошлом году на Солянке, прошел обыск. Искали, правда, не в самом музее, а в офисе по соседству, и не искусство, но что-нибудь связанное с портовым элеватором в Ейске. Вокруг него у основателя музея, вице-президента РСПП Давида Якобашвили давний спор с бывшим компаньоном. Музей и офис в одном здании, так что залы закрыли, экспонаты тоже внимательно осмотрели.

Среди 20 000 экспонатов музея выставлена треть: живопись и графика, и скульптура и старинные аудиозаписи, но главное — разного рода curiosite, музыкальные инструменты-автоматы, музыкальные шкатулки, целестины и органетты, оркестрионы, шарманки, механические пианино, цилиндрические фонографы, серинеты и фисгармонии, часы и автоматоны. Многое можно увидеть на отлично сделанном сайте, билеты на экскурсии бесплатные, надо лишь записаться. Неудивительно, что пресса прореагировала на закрытие музея даже на день, боялись худшего. Есть чего.

Традиция неуважения к коллекционерам и частным музеям торжествует в России уже целый век. В 1920-е только в Москве были насильственно ликвидированы три выдающихся музея — Щукина, Морозова и Остроухова, имена самих собирателей предпочитали не упоминать многие годы. Спором ИРРИ и банка, как и вопросами к г-ну Ананьеву, пусть занимаются юристы, в конце концов вряд ли уже перевелись те полковники с набитыми миллиардами квартирами, что пополняют теперь бюджет, они могут спасти и отдельно взятую финансовую институцию. Но что музей закрыл свои двери (хочется верить, временно), прекратил выдавать вещи на выставки партнеров и вынужден досрочно размонтировать выставку «Пора разобраться!», посвященную художественному критику и историку искусств Александру Каменскому, не улучшает атмосферу нашей арт-жизни.

Роль частных коллекционеров важна как никогда, без них, как и без спонсоров, даже музей национального значения не может сделать сегодня качественную выставку.

Чем чаще новостной фон связан с визитами неожиданных посетителей, «искусствоведов в штатском», как называли их в советские времена, тем очевиднее решение многих собирателей — не показывать свои коллекции публике, не заниматься распространением арт-идей, а то и прятать свои сокровища за границей. Вряд ли это было целью, но получается — как всегда.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.

Топ 6

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera