СюжетыОбщество

Наследственный эксперимент

Минкульт подвел под ликвидацию общественный центр Рерихов

09:57, 13 марта 2019

1

09:57, 13 марта 2019

1

Фото: Александр Щербак/ТАСС

Минкульт подвел под ликвидацию общественный центр Рерихов. В ход пошли обвинения в экстремизме, налоговые претензии. В операцию оказался вовлечен лично президент Путин. Такова плата за расследование исчезновения рериховских полотен из Государственного музея Востока?

Поздно вечером 28 апреля 2017 года в усадьбе Лопухиных, что в Знаменском переулке, буквально напротив Храма Христа Спасителя, случилась суматоха. Усадьбу штурмом взяли крепкие мужчины в форме без опознавательных знаков, которыми руководили неприметные штатские.

В главном доме усадьбы завершался концерт болгарского пианиста, когда мужчины в форме захватили пост охраны. Подоспевший наряд полиции наблюдал все это безмолвно, безучастно.

Музейные сотрудники все это время беспомощно толкались за воротами: их не пускали в усадьбу, даже чтобы забрать личные вещи. А ведь рериховский центр работал в усадьбе Лопухиных уже почти 30 лет — для многих сотрудников эти палаты уже стали родным домом.

На следующий день, привлеченные скандалом, в усадьбу прибыли председатель президентского совета по правам человека Михаил Федотов, а также член СПЧ Андрей Бабушкин.

«Мы прошли на территорию музея, смогли осмотреть то, что было доступно, — рассказал он позже журналистам. — Действительно, это уникальное здание 18–19 веков, там идеально все восстановлено, причем без государственных средств, за счет средств банка и частных жертвователей. Это уникальный центр и уникальный музей. Действия Министерства культуры кажутся мне достаточно непонятными и создающими угрозу для такого негосударственного музея», — рассказал Андрей Бабушкин журналистам.

Да, вот так: за событиями, внешне похожими на налет, стояли сотрудники Минкульта и Государственного музея Востока — те самые люди в штатском.

Захват усадьбы лишь очередной бой в затянувшейся войне за наследие Рерихов.

Возвращение в Россию — несбывшаяся мечта и боль Николая Константиновича Рериха, величайшего русского художника и мыслителя. Ему и его жене, философу Елене Ивановне Рерих, при жизни так и не разрешили вернуться в СССР. Их сын Святослав Николаевич Рерих через всю свою жизнь пронес понимание того, что наследие его родителей должно быть передано России. И вот в 1987 году в Москве состоялась встреча Святослава Николаевича с Михаилом Горбачевым, на которой они договорились о создании в СССР общественной рериховской организации, которая хранила бы наследие наших великих соотечественников. Общественный статус этой организации был принципиально важен для Святослава Николаевича.

Позже в своей публичной дискуссии с академиком Рыбаковым он объяснял, почему, с его точки зрения, рериховский центр не может быть подчинен государству:

Не удалось отобразить 667

Постановление Совета Министров СССР о создании Советского фонда Рерихов и при нем — общественного Центра-музея имени Н. К. Рериха было подписано в ноябре 1989 года. Тогда же исполком Моссовета передал музею усадьбу Лопухиных, что напротив Пушкинского музея, — там должна была разместиться коллекция Рерихов.

Макет усадьбы Лопухиных. Фото предоставлено Международным центром Рерихов

В 1990 году наследие Рерихов было вывезено из Индии в Россию согласно воле С. Н. Рериха. Своим завещанием в объем наследия, передаваемого Советскому фонду Рерихов для создания общественного Центра-музея имени Н. К. Рериха, он включил также 288 полотен, своих и своего отца, которые прибыли в СССР еще в 1978 году, когда Министерство культуры СССР обратилось к Святославу Николаевичу с просьбой об организации передвижной выставки. По документам в Союз тогда прибыло 296 работ, находящихся в собственности С. Н. Рериха. Эта выставка проехала по многим советским городам: Ленинград, Одесса, Львов, Киев, Вильнюс, Москва. После ее завершения 8 работ вернулись в Болгарию, где находились и до советских гастролей, а 288 остались на хранении в Москве, в Государственном музее Востока.

Право собственности Святослава Николаевича на данные 288 полотен при этом никто не оспаривал, и вот теперь он пожелал передать их в общественный Центр-музей памяти его отца. Музей Востока, однако, не спешил расставаться с бесценным собранием. Святослав Николаевич не раз обращался к высшим должностным лицам новой России, требуя восстановить справедливость. В 1992 году он написал лично Ельцину:

Не удалось отобразить 667

Но картины так и не вернули.

Минкульт свое нежелание выполнить волю владельца коллекции объяснял тем, что после развала Советского Союза СФР, которому Рерих передал коллекцию, был преобразован в Международный центр Рерихов (МЦР). И эта новая организация, с позиций Минкульта, якобы не являлась правопреемником СФР. Волю живого и здравствующего владельца коллекции Минкульт никак не учитывал.

Очевидно, предощущая захват наследия, Святослав Николаевич незадолго до смерти в дополнение к завещанию в 1992 году заверил свою подпись на последнем своем распоряжении в отношении переданной им в Россию коллекции. Этим документом он при жизни отдал Международному центру Рерихов все права на наследие, которое ранее было передано СФР.

В 1993 году Святослав Николаевич умер. Развитие идей Рерихов в России продолжалось уже без его покровительства. Но продолжалось успешно: разработали, утвердили и начали воплощать план реконструкции усадьбы Лопухиных, вернули в Россию огромное количество живописных и графических работ Рерихов.

Но самая главная работа все эти годы шла по другому направлению: МЦР продолжал добиваться выполнения воли Святослава Рериха в отношении его коллекции, остававшейся все эти годы в Музее Востока.

В 2001 году суд отказал Центру Рерихов в удовлетворении иска об изъятии 288 полотен из ГМВ. Отказал по формальному основанию: суд определил, что у МЦР находится не дарственная С. Н. Рериха, а его завещание, а коль МЦР не провел процедуру вступления в права наследства, он не может подтвердить свои права на наследственное имущество.

Тогда МЦР подал заявление в Хамовнический суд о признании его прав на наследство. И права эти очевидным образом подтверждались документами Святослава Николаевича. Несколько раз суды закрепляли наследие Рерихов за МЦР, столько же раз вышестоящие инстанции отменяли эти решения, принимая сторону Министерства культуры и оставляя коллекцию в распоряжении государства. Тяжбы затянулись вплоть до ноября 2011 года, когда Хамовнический суд окончательно признал за МЦР наследственные права, и это решение вступило в законную силу.

Главное, что волновало рериховский центр все эти годы, — сохранность 288 полотен в Государственном музее Востока. Было известно, что еще в 1996 году, очевидно, даже не имея намерения возвращать полотна, ГМВ оформил их на постоянное хранение.

Однако спустя несколько лет обнаружилось, что вместо 288 полотен, в 1978 году прибывших на выставку в СССР, в музее хранилось лишь 282. Повис тревожный вопрос: куда же пропали 6 картин?

Ведь во всех документах, сопровождавших передвижную выставку 1978 года, в актах приемок-передач сразу нескольких советских музеев перечень картин был несколько более полный. Как получилось, что коллекция усохла?

Музей Востока на предмет недостающих картин проверяли несколько раз: и Счетная палата, и Росохранкультура. Но никаких нарушений не было обнаружено. Почему? Дело в том, что целостность коллекции проверяли по учетным карточкам, оформленным самим же ГМВ, не сверяя их с правоустанавливающими документами владельца коллекции. Разумеется, такие ревизии были обречены.

Но специалисты МЦР начали собственное расследование и, кажется, вплотную подошли к ответу на вопрос о сокращении коллекции.

Вот, например, живописные полотна «Александр Невский» и «Дева снегов», экспонированные на передвижной выставке 1978 года, неожиданно всплыли в собрании индийского коллекционера. Музей Востока предлагал нехитрое объяснение этому обстоятельству: картины якобы были переданы в Индию еще при жизни Святослава Николаевича, а из завещания он попросту забыл их вычеркнуть. Пусть так, но тогда должны были сохраниться акты передачи Рериху этих картин и другие документы, подтверждающие их отправку в Индию. Эти документы так никто и не видел…

А как же объяснить тогда казус с картинами Н. К. Рериха «Тангла» и «Песнь о Шамбале»? В списке картин, составленном самим Николем Константиновичем, эти две работы 1943 года указаны как два самостоятельных полотна. Но в учетном реестре Музея Востока они вдруг слились в одну: «Тангла. Песнь о Шамбале». Вывод напрашивался очевидный: речь идет отнюдь не о технической ошибке при учете картин, а об уголовном преступлении. И МЦР не собирался отступаться от этой позиции.

Для размышлений: в 2013 году картина Николая Рериха «Труды Мадонны» на нью-йоркском аукционе Bonham’s ушла за 12 миллионов долларов.

Представители дома Bonham’s заявили, что «Труды Мадонны» — самая дорогая в мире картина русской живописи, проданная когда-либо с аукциона.

Ставки в войне МЦР с Музеем Востока и Минкультом оказывались невыносимо высоки. В ход пошла тяжелая артиллерия.

В ноябре 2013 года министр Мединский пишет письмо президенту Владимиру Путину:

Не удалось отобразить 667

Масштаб предполагаемых «утрат государства», очевидно, произвел впечатление на адресата, и он оставил на нем несокрушимую резолюцию: «Коновалову А. В., Лаврову С. В. Примите меры для обеспечения интересов государства». А президентские резолюции, как известно, в России оказывают магическое действие на суды и всевозможные органы исполнительной власти.

В том же 2013 году в суде вновь был поднят закрытый два года назад вопрос о правах на наследие Рерихов. Суд отменил решение о признании за МЦР прав на наследие Рерихов.

В последующие годы МЦР столкнулся буквально с валом проверок, которые, все как одна, были инициированы заместителем министра культуры Аристарховым: то он жаловался в государственную инспекцию по охране труда на предполагаемые задержки с выплатой зарплат в МЦР, то просил полицию проверить усадьбу Лопухиных на предмет незаконного проживания там граждан Украины, то вдруг подключал Ростехнадзор к поискам взрывоопасных баллонов в подвалах музея…

Но все эти подозрения — ничто в сравнении с новым обвинением в экстремизме, ведь признание организации экстремистской по закону РФ влечет ее ликвидацию и конфискацию всего принадлежащего ей имущества в пользу государства.

Летом 2016 года в Международном центре Рерихов прошла внеплановая проверка Министерства юстиции — на предмет выявления в деятельности организации признаков экстремизма, а также на предмет возможного признания ее иностранным агентом. Данная проверка Минюста была назначена опять же в соответствии с распоряжением заместителя замминистра Аристархова.

В течение двух недель специалисты Минюста работали над тщательным изучением всей документации и печатной продукции за три года, перетряхнули все документы Центра Рерихов, однако так и не обнаружили в деятельности музейного центра ни намека на признаки экстремизма и ни единого основания для подозрений в том, что МЦР выполняет функции иностранного агента.

Тогда Минкульт предпринял еще один заход с целью ликвидации МЦР по экстремистскому сценарию.

В том же 2016 году у МЦР было отозвано прокатное удостоверение на фильм «Зов Космической эволюции». Отзыв прокатного удостоверения состоялся с подачи Аристархова, к которому с пространным письмом обратился Александр Седов, директор Государственного музея Востока.

Седов обнаружил, что «в фильме в пропагандистских целях на 57-й минуте используется изображение свастики», а меж тем закон об увековечении победы запрещает использование любой нацистской символики, а «пропаганда либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики является административным нарушением». Да и в целом «для фильма характерен «язык вражды», свойственный экстремистским материалам».

— Работая над этим фильмом, я много часов провел в красногорском киноархиве, — рассказывает ответственный секретарь МЦР Павел Журавихин. — В фильме мы использовали архивные материалы, в том числе кадры из фильма «Обыкновенный фашизм» Михаила Ромма. Мы не могли взять в голову, как представители Министерства культуры могут видеть в этих кадрах признаки экстремизма.

МЦР решил судиться, чтобы вернуть фильму отнятое прокатное удостоверение. Хотя юристы предупреждали: риск велик.

В случае обнаружения в ленте признаков экстремизма организацию, его создавшую, также могут признать экстремистской — и тогда судьба Центра Рерихов будет решена.

Тяжба между МЦР и Минкультом немало, должно быть, позабавила Московский арбитражный суд. Как же: если признать экстремистским фильм, снятый МЦР с использованием архивных материалов, то, руководствуясь этой же логикой, надо запретить в прокате кучу других лент, начиная со всенародно любимого «Штирлица». Но, с другой стороны, если уж сам Минкульт…

Взвесив все за и против, суд принял решение вернуть картине «Зов Космической эволюции» прокатное удостоверение. Однако нападки на МЦР на этом не закончились.

В 2017 году МЦР лишился усадьбы Лопухиных, в реставрацию которой (образцовую) были вложены миллионы спонсорских денег и не поддающееся оценке количество души. Самое обидное: усадьбу отняли не просто — а опять же с подвыподвертом.

Усадьба Лопухиных. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета». Благодарим Pixel24.ru за технику для съемки

В 1995 году полуразрушенные (на тот момент) корпуса усадьбы Лопухиных были переданы общественному музею Рерихов в долгосрочную аренду сроком на 49 лет — с тем условием, что МЦР обеспечит ее научную реставрацию. Это обязательство рериховский центр с честью выполнил, и в 2014 году мэр Москвы Сергей Собянин передал МЦР право безвозмездного пользования строениями усадьбы.

До тех пор Минкульт предпринимал неоднократные попытки заполучить находящуюся в московской собственности старинную усадьбу. Но не выходило. И вот в сентябре 2015 года министр культуры Мединский обратился к мэру Москвы с предложением: перевести усадьбу из городской в федеральную собственность — с тем, чтобы на ее территории создать полноценный комплекс по сохранению и изучению наследия Рерихов. Мэр Москвы откликнулся на просьбу министра культуры, и уже через месяц — молниеносно — усадьба перешла в федеральную собственность. Тут же Росимущество, в чьем ведении оказалась теперь усадьба Лопухиных, передало ее в оперативное управление Музея Востока — «для создания на ее территории рериховского центра как филиала ГМВ». ГМВ в свою очередь заявил о расторжении с Международным центром Рерихов договора безвозмездного пользования, доказывая через суды, что МЦР причинил вред памятнику архитектуры федерального значения — усадьбе Лопухиных. Суды затянулись вплоть до 2017 года. Парадокс этих процессов заключался в том, что качество реставрации усадьбы было отмечено многими российскими и международными наградами. Однако все эти награды на судей впечатления не произвели.

Решение о расторжении договоров безвозмездного пользования строениями усадьбы с МЦР было вынесено 7 апреля 2017 года. Оно вступило бы в силу 7 мая, если бы МЦР его не обжаловал (а он обжаловал). Но, не дожидаясь ни вступления решения в силу, ни апелляции, Министерство культуры перешло к действиям. И в ночь с 28 на 29 апреля 2017 г. усадьбу Лопухиных взяли штурмом люди в форме без опознавательных знаков, руководили которыми сотрудники Музея Востока.

В ближайшие несколько суток музей был зачищен от экспонатов. Надо ли добавлять, что все они были доставлены в Музей Востока?

Потеря гнезда, а уж тем более потеря находившейся в нем коллекции, тяжело ударила по Международному центру Рерихов. Однако как всякий живой организм, сохраняющий достоинство, МЦР продолжал сопротивляться, не оставляя при этом попыток расследовать судьбу пропавших картин. И это означало только одно: рериховский центр продолжат уничтожать. И пусть попытки подвести организацию под экстремизм или «закон об иноагентах» не увенчались — остался же еще один универсальный инструмент расправы: банкротство.

Впервые с налоговыми претензиями МЦР столкнулся еще в 2016 году, когда по предписанию опять же Министерства культуры налоговая начала масштабную проверку бухгалтерских документов центра. В итоговом акте инспекция насчитала у МЦР порядка 60 миллионов рублей неуплаченных налогов — с пени и штрафами. Как образовалась эта неуплата? Налоговая разъяснила, что культурные ценности, являющиеся основными активами МЦР, подлежат учету в негосударственной части музейного фонда РФ. А раз этого не сделано, то они считаются основными фондами и подлежат обязательному налогообложению. При этом закон не требует от негосударственных музеев обязательного учета произведений в музейном фонде. Однако позиция Минкульта здесь оказывается сильнее закона.

Попытки МЦР опротестовать наложенные штрафы не увенчались успехом. Таких денег у организации нет. На сегодняшний момент из всей суммы за счет частных жертвователей удалось собрать порядка 10 миллионов рублей. Времени на уплату штрафа осталось чуть более месяца — срок уплаты истекает 1 апреля. Если до этого времени не найдутся люди, готовые помочь общественному музею отбиться от государства, в отношении МЦР будет введена процедура банкротства. Россия лишится замечательного музея, но главное — тайна пропавших полотен упокоится навеки вместе с Центром Рерихов.

Ольга Прокофьева,  специально для «Новой»

P.S.

P.S. «Новая» обратилась с Министерство культы с запросом, в котором мы просили разъяснить нам причины, в связи с которыми Минкульт опротестовывает всякие попытки создания общественной комиссии для инспекции нынешнего состава коллекции Рерихов в ГМВ. Ответа, к сожалению, мы так и не получили.

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#рерихи #музеи #москва

важно

2 часа назад

Мэр Лондона осудил жесткий разгон протестующих, вышедших на акцию памяти погибшей Сары Эверард. В ее убийстве обвинили полицейского

Slide 1 of 1
Slide 2 of 2
Slide 1 of 1

выпуск

№ 26 от 12 марта 2021

Slide 1 of 11
  • № 26 от 12 марта 2021
  • № 25 от 10 марта 2021
    № 25 от 10 марта 2021
  • № 24 от 5 марта 2021
    № 24 от 5 марта 2021
  • № 23 от 3 марта 2021
    № 23 от 3 марта 2021
  • № 22 от 1 марта 2021
    № 22 от 1 марта 2021
  • № 21 от 26 февраля 2021
    № 21 от 26 февраля 2021
  • № 20 от 24 февраля 2021
    № 20 от 24 февраля 2021
  • № 18-19 от 19 февраля 2021
    № 18-19 от 19 февраля 2021
  • № 17 от 17 февраля 2021
    № 17 от 17 февраля 2021
  • № 16 от 15 февраля 2021
    № 16 от 15 февраля 2021
  • В архив выпусков «Новой газеты»

Топ 6

1.
Колонка

Цены строгого режима В Думе хотят остановить подорожание продуктов, сажая в тюрьму покупателей

262521

2.
Комментарий

Президент прислушался к тишине Какую роль сыграла посадка Навального в назначении Сергея Королева первым замом директора ФСБ

260129

3.
Сюжеты

«Есть такая Нина, которая все-таки смогла» История дагестанской женщины, пережившей обрезание в детстве и насилие в браке, которая добивается равноправия в родной республике

123929

4.
Сюжеты

Напряжение в Сети Слесарь-сантехник из Колпино, почти не владеющий интернетом, сам того не ведая, стал злоумышленником во Всемирной паутине

116455

5.
Сюжеты

«Вот когда деньги отняли, мы не выдержали» Младший медперсонал рассказывает «под запись» о внутренней кухне лучшей больницы Ленобласти. Чиновники эти факты отрицают

110311

6.
Сюжеты

Разговорчики в миру За случайный диалог на улице о Навальном и Фургале протоирея из Хабаровска арестовали на 20 суток. РПЦ не против

106561

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
;

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera