Колонка · Общество

Соловецкие туалеты и историческая память

Или как можно иметь с нами дело

Этот материал вышел в № 82 от 31 июля 2017
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 82 от 31 июля 2017

23:17, 30 июля 2017Анастасия Миронова, журналист

25003

23:17, 30 июля 2017Анастасия Миронова, журналист

25003

Фото: Сергей Ермохин / ТАСС

Единственным туристическим местом в России, где мне за последние годы не встретился ни один китаец, оказались Соловки. Там даже японцы появляются редко. Зато много на Соловках европейцев, которые уже и из Петербурга начали исчезать.

Причем в колыбель русской печали, в это место вечных тюрем и казней без суда и следствия, иностранцы едут не на морошку смотреть и не монастырем любоваться. Они приезжают удостовериться в достойном сохранении памяти о жертвах первого в мире концентрационного лагеря. Ведь именно на Соловках, а не в Африке или Германии, появился концлагерь как государственный институт эксплуатации и уничтожения собственных граждан в мирное время. И сегодня на всей планете есть множество людей, которые лично, своими глазами хотят увидеть, что концлагеря, политические тюрьмы и массовые расстрелы остались в прошлом. Им важно знать, что нынешние власти разделяют с ними одни и те же гуманистические ценности и осуждают одни и те же преступления. Это своего рода ознакомление с актуальными правилами игры, по которым с тобой играет государство. Немец приезжает в Бухенвальд убедиться, что музей и мемориал достойно охраняются, что нынешнее немецкое правительство верно оценивает прошлое страны и никогда не повторит тех ошибок. Еврей едет в Бухенвальд убедиться, что с памятью о Холокосте в Германии все в порядке и, значит, у израильского правительства есть моральное право сотрудничать с правительством немецким. Что с Германией можно иметь дело. Если бы Бухенвальд и Дахау пребывали в грязи и разрухе, Меркель с Нетаньяху за одним столом никогда бы не сидели.

Точка самоидентификации России

Юрий Бродский — о Соловках, разноликости нашей истории,  паломническом бизнесе, русском Нострадамусе и номенклатурных шапках

Европейцы едут на Соловки, а также в Катынь, на Бутовский полигон посмотреть, как российская власть осмысливает прошлое. То есть ознакомиться с правилами игры соседей. И что они видят?

Еще в Кеми туристы до причала трясутся по пыльной грунтовке огородами со сгнившими заборами. Кругом бродячие собаки, бараки. На Соловки пассажиров везет немолодой катерок, наполненный людьми до отказа. Вещи не помещаются — ​их складывают горой на корме. Там же плывут безбилетники из числа местных жителей. Многие плывут стоя.

Остров встречает заборами из гнутого профнастила и мусором от шашлычников. Не поверите, но и на берегу Белого моря есть шашлычники. По поселку бегают собаки. У стен монастыря задорный теленок громким мычанием передразнивает бензопилу. Мать подгоняет теленка в бок и угрожающе мычит на туристов. Возле входа в магазин бодаются два козла. Козы, сбившись в кучу, с трепетом следят за поединком.

Разруха на Соловках непередаваемая… Люди живут в лагерных бараках времен УСЛОНа. Это 1920-е годы. Там, где раньше были нары в два этажа, сейчас понаделаны квартиры-клетушки, обляпанные заплатками из фанеры и ДСП. На каждом бараке висит табличка «Охраняется государством». Без нее нельзя понять, где лагерные бараки, а где дома 30-летней давности — ​все развалилось и сгнило.

Поселок застроен сараюшками 2х2 метра. Сараи тоже разваливаются, гниют. Дети, играя, выдирают из них доски. Кто-то выбросил во двор кровать из сетки Рабица — ​дети подпрыгивают на ней высоко и показывают туристам язык. Из больницы выходит покурить голый по пояс дошлый мужичонка. Он просит сигареты и рассказывает, что лечится от туберкулеза. Вернее, просто лежит, потому что никакого лечения в больнице нет. Рядом еле живая старушка разложила на школьном стуле барахло: продает старый тряпичный мячик, консервы, мутные огурцы в банке. За ее спиной, из барака, доносятся песни с матом — ​там гуляют свадьбу. Из ресторана напротив выходят ошалевшие туристы — ​обсуждают, как отравились.

Ресторан, кстати, тоже открыт в бывшем лагерном бараке. Как и магазин. И эти бараки — ​единственное, что сохранили на Соловках со времен лагеря. Все следы беспощадно стерты, вымараны. Где халатностью, где государственным решением, а где и по воле монахов, которые осваивают территорию с каким-то даже не рвением, а остервенением. Всюду идет не реставрация, а ремонт. В кремле грязь, груды строительного мусора, в постройки XVI—XVII вв. вставляют пластиковые окна, из проемов торчит строительная пена. Там, где были нары и в сутки умирало по 5–10 человек, все следы лагеря стерты и наскоро поставлены новые алтари. В Спасо-Преображенском соборе алтарь восстановила, как умела, компания «АРС-центр». Иконописная работа ниже всякой критики, чем выше ряд, тем неразборчивей лица пророков и праотцов, иконы выполнены как будто на мебельных щитах, составленных из ламелей, и теперь щиты рассыхаются. В Троицком соборе монастыря усилиями «Балтстроя» вся деревянная резьба из-за неумелой позолоты будто потеряла объем и стала плоской. Иконы в храме, по слухам местных, это фотокопии — ​очень спешили.

Все это — ​словно не жизнь, а макет жизни — ​накрыто непроницаемым куполом из дождя и церковной цензуры. Или почти непроницаемым, потому что на Соловках все же работает один сотовый оператор. Связи практически нет, интернет медленный, его не хватает, чтобы проверить почту.

А еще над островами разносится смрадный запах. Коровы, козы, бродящие собаки вносят свой вклад, но запах генерируют не они. Дело в том, что в поселке нет публичных туалетов. Просто нет. В кремле есть запущенный туалет для строителей — ​туристы в это место не добираются. На Секирной горе и на острове Анзер стоят старые кабинки от биотуалета, поставленные прямо на выгребную яму. До одной ямы идти 12 км, до другой плыть катером полтора часа. Ходят легенды, что когда-то собирался на острова бывший генпрокурор Устинов (по другой версии апокрифа речь шла еще об Устинове — министре обороны СССР) и на всем пути его предполагавшегося следования быстро соорудили походные деревянные туалеты типа «бивуак». К каждому такому туалету приставили солдата, чтобы при столь огромном спросе раньше времени никто элементом благоустройства не воспользовался. Устинов тогда не приехал, и туалеты, не открыв для нужды, увезли.

А в самом поселке, там, где монастырь, есть два великолепных туалета, но они закрыты. Один — ​красивый, новый, обшитый сайдингом — ​стоит в промзоне на берегу. Говорят, его построили недавно за бюджетный счет, с помпой открыли, а потом сразу закрыли. Другой туалет есть на аэродроме. Он тоже закрыт. Этот туалет открывают по случаю важных визитов. Местные жители безошибочно узнают: если туалеты открыли и из окон велят не высовываться, значит, на острове ждут как минимум министра.

В отсутствие же важных гостей каждый крутится, как может. Пройдешь по прибрежному лесочку — ​то там, то здесь мелькают голые зады. От некоторых исторических построек невыносимо несет мочой. Запах музеефицирован и охраняется государством.

Самые хитрые туристы выяснили, что один неохраняемый туалет есть в гостинице напротив кремля. В этом туалете я встретила много интересных людей. Например, известного российского актера и продюсера, знаменитого польского профессора и даже внебрачного сына одного своего приятеля, который искал этого сына всю жизнь.

Туалетная тема на Соловках — ​старая и как будто даже центральная. Рассказывают, что в XIX веке монастырский архимандрит Димитрий объявил бой беспорядочному отправлению нужды. Ситуация была серьезная: после многочасовых служб монахи и послушники монастыря выбегали из Спасо-Преображенского собора, ныряли в арку и облегчались. Архимандрит смотрел на все это из окон своих покоев и велел, наконец, похоронить себя ровно там, куда тянуло монахов после храмового стояния. И похоронили. Так под аркой справлять нужду перестали.

Хочется верить, что нынешний наместник монастыря решит проблему не столь драматичным способом. Тем более что у архимандрита Порфирия есть диплом американской школы менеджмента. Стыдно, наверное, просвещенному экономисту и управленцу видеть, как те же американцы прыгают меж коровьих лепешек, бешено вращая глазами в поисках уборной.

Мне, например, перед американцами стыдно. И перед французами, норвежцами, поляками, которых среди заключенных соловецкого лагеря было до трети. И даже перед китайцами стыдно бы стало, встреть я на островах хоть одного китайца. Не за разруху нашу и душевную грубость стыдно, а за то, что разруху эту допустили на месте мучений почти сотни тысяч человек. И что на Соловках иностранцы отчетливо понимают — ​с нашей страной нельзя иметь дело. Пока у нас на территории бывшего концлагеря коровьи лепешки со строительным мусором валяются, а на местах массовых расстрелов люди мочатся в кустах, весь просвещенный мир видит, что мы и с миром, и друг с другом играем по совсем не европейским правилам.

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

важно

2 часа назад

Что произошло за ночь 2 апреля. Коротко

важно

3 дня назад

«Мемориал» включил канских подростков в список вероятных жертв политических репрессий

выпуск

№ 35 от 2 апреля 2021

Slide 1 of 11
  • № 35 от 2 апреля 2021
  • № 34 от 31 марта 2021
    № 34 от 31 марта 2021
  • № 33 от 29 марта 2021
    № 33 от 29 марта 2021
  • № 32 от 26 марта 2021
    № 32 от 26 марта 2021
  • № 31 от 24 марта 2021
    № 31 от 24 марта 2021
  • № 30 от 22 марта 2021
    № 30 от 22 марта 2021
  • № 29 от 19 марта 2021
    № 29 от 19 марта 2021
  • № 28 от 17 марта 2021
    № 28 от 17 марта 2021
  • № 27 от 15 марта 2021
    № 27 от 15 марта 2021
  • № 26 от 12 марта 2021
    № 26 от 12 марта 2021
  • В архив выпусков «Новой газеты»

Топ 6

1.
Версии

Танкер, который смог Почему блокировка Суэцкого канала не похожа на случайность

499848

2.
Репортажи

Миллиардер. Из Пензы Как выживает один из беднейших регионов России, где губернатор арестован за взятки. Репортаж «Новой»

259927

3.
Сюжеты

Культурно посидели, попили-поели Нарушения почти на полмиллиарда рублей нашли аудиторы Контрольно-счетной палаты в работе администрации Адмиралтейского района Петербурга

241981

4.
Сюжеты

«Заткните это животное!» В Находке структуры, которые были связаны с Ротенбергом, строят завод по производству метанола для Китая. Он нравится всем, кроме местных жителей

196331

5.
Сюжеты

«Всю ночь стоишь по колено в крови, и я потребовал отдыха» Признания участников спецгрупп НКВД и исполнителей расстрелов советских граждан. Украина продолжает открывать архивы Большого террора

163029

6.
Сюжеты

Да вас просто надули! Президент России и губернатор Петербурга не могут справиться с частными управляющими компаниями северной столицы

143421

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera