В жизни БДТ им. Г.А. Товстоногова наступает новая эпоха. Должность художественного руководителя театра занял Андрей Могучий

Политика

Марина Токареваобозреватель

 

С Андрея  Могучего, которого 29 марта министр культуры намерен представить труппе Петербургского Большого драматического театра в качестве  художественного руководителя, в истории этого театра наверняка начнется новый отсчет. Радикальных режиссеров с авангардными замашками  здесь за последние полвека не было; Могучий первый.

И по возрасту, и по заслугам ( несколько Золотых  масок, постановки в России и в мире, репутация новатора) ему уже давно пора  быть  главным. Место нашло его после пятидесяти. И какое место!

На руинах легенды  знаменитая аббревиатура гнездится уже много лет, и  чем дальше, тем больше  сама  жизнь на сцене  отнимает у нее смысл: уже не большой, а  скорее средний драматический театр обитает сейчас на Каменном острове.

Некоторая стагнация началась уже при жизни Товстоногова; роль Кирилла Лаврова, по выбору труппы ставшего художественным руководителем,  была трудной ролью хранителя. Но театральная ткань ветшает быстрее, чем любая другая, и за долгие годы, что БДТ руководил Темур Чхеидзе между ним и труппой так и не случилось   "химии" - не было   спектаклей-событий, зал старел вместе с театром. И когда сейчас  Чхеидзе вернулся в родной Тбилиси, оказалось, что в БДТ уже почти нечего сохранять.

Да, есть всенародные любимцы Алиса Фрейндлих и Олег Басилашвили, оба на пороге восьмидесятилетия; есть грандиозный сценограф Эдуард Кочергин, тень некогда прославленного актерского ансамбля. И  эхо легенды, стихающее в нынешних поколениях  зрителей.

К тому же,  идет капитальный ремонт знаменитого здания на Фонтанке; спектакли  репертуара переехали  в Каменноостровский театр.

Могучий и нынешний БДТ  - две "вещи", казалось, вовсе несовместные. Но как ни странно, может быть, именно поэтому на Фонтанке снова возникнет Театр.

Георгий Товстоногов  не раз говорил, что наследников в сценическом искусстве не бывает. Сам он некогда получил полуразрушенный театр и враждебно настроенную труппу, но со словами "я несъедобен!"  вывел ее к вершинам, какие артистам не снились.  Новый главный получит широкие полномочия, и хотя  на звучании его фамилии сейчас поспешно строят  пугающие прогнозы, но известно, что у Могучего,  как у Лопахина ( роль была написана для Станиславского) тонкие пальцы,  нежная  душа, и  приобретенное в Александринке умение работать с артистами старой школы...

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera