Сюжеты · Культура

Новые люди, прежние темы

Достигла ли «Любимовка» настоящего обновления?

Этот материал вышел в № 102 от 13 сентября 2013
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 102 от 13 сентября 2013

20:43, 12 сентября 2013

859

20:43, 12 сентября 2013

859

Достигла ли «Любимовка» настоящего обновления?

 

Не удалось отобразить 667

 **_Год назад фестиваль современной драматургии «Любимовка» вполне мог оказаться последним. Его создатели, в числе которых были руководитель театр.Doc драматург Михаил Угаров и театральный критик Елена Ковальская, объявили о том, что прекращают делать «Любимовку». По их мнению, фестиваль перестал выполнять свою основную задачу —  находить новые имена. Любой человек, готовый предложить концепцию развития «Любимовки», мог возглавить проект. Новыми руководителями стали драматурги Михаил Дурненков и Евгений Казачков, режиссер Юрий Муравицкий, театральный критик Анна Банасюкевич. Но изменилась ли «Любимовка» принципиально?_** 
И да, и нет. Конкурсных текстов стало больше, среди них появился какой-то выбор. Но основная тенденция, вызывавшая претензии прежней арт-дирекции, сохранилась. Новые пьесы уже известных драматургов, которые представляются как внеконкурсная программа, по-прежнему намного сильнее. Самыми посещаемыми стали читки Ивана Вырыпаева, Максима Курочкина и специальный проект, читка последнего сценария Алексея Балабанова «Мой брат умер». На каждом из этих мероприятий в зал театр.Doc, рассчитанном на 60—70 мест, приходило около 300 человек.
Одним из самых ожидаемых показов стал «Печальный хоккеист». Новая пьеса белорусского драматурга Павла Пряжко, не столь радикальна, как уже знакомые публике «Я свободен» (535 фотографий, 13 подписей) и «Солдат» (семиминутный спектакль по пьесе из двух фраз). Не так безысходна, как «Три дня в аду», представленные на прошлой «Любимовке». Да, хоккеист печален, но в своей бытовой, невозвышенной тоске скорее смешон. Нелепые, почти картонные переживания некоего Игоря Гуценко, излитые в блокнот, изрядно веселят зрителей.
Пьеса состоит из двух частей — стихотворного текста, по условиям игры принадлежащего хоккеисту Игорю, и записей из «его личного видеоархива». Стихи плохонькие, явно дилетантские. Но слишком уж нарочито перемешаны жаргонные словечки и претензии на литературный стиль. Это смешно и подозрительно. Видео же и вовсе наталкивает на мысль о том, что зрителя умело дурачат. Съемка любительского качества, с мобильного устройства, на ходу. Будто автор ненадолго одалживает свои глаза. Мы проходим по дворам, видя их, как Игорь, нам навязываются его мысли-комментарии.
Пряжко в который раз умело стилизует(ся) под «простого» человека. Его последние пьесы объединяет тема героя без примет, без особых привязанностей, без имени и судьбы. Человека из толпы. Драматург исследует этот тип, демонстративно отказываясь от позиции, оценочных суждений. Он просто дает увидеть мир глазами этого парня или девушки. Даже пол значения уже не имеет, ведь это не личность, а скорее лишь биомасса. Именно для отстраненного «не-исследования» и нужны квазидокументальные материалы. Человек отныне существует на уровне оставляемых им «зарубок», информации. Обязательно выложенных в социальных сетях как доказательство существования.
Тема «обычности» также всплывает у Ярославы Пулинович. Сюжет новой пьесы — история «прозрения» мужчины после внезапной гибели жены. Почему «Сомнамбулизм»? Метафора жизни «на автомате», от которой и пробудился, как ему кажется, герой Слава. Диалоги предсказуемые, среднего сериального уровня. Но персонажи — почти живые люди. Такого Славу можно встретить на улице.
Вроде все хорошо. Пьеса про знакомое и важное в какой-то момент каждому, по крайней мере из думающей среды. Может, именно поэтому слушают: себя узнают, размышляют. И история про «сомнамбулизм» — больная, ранящая при определенном состоянии или пережитом опыте подобного кризиса. Но все гладко, не к чему придраться… И этим банально и скучно. Однако на Ярославу Пулинович ломятся. Текст почти набело поставлен Ольгой Лысак.
Пьеса Максима Черныша «Пустота» почти неотличима от текста Пулинович. Есть в пьесе такая фраза: «А давай закроем глаза и представим кого-то другого». Ощущение, что именно за эту возможность не цепляться за текст, не всматриваться в него, а уходить сразу в свои мысли, — и считают драматургию Пулинович феноменом. Просто за помощь начать рефлексию чуть менее болезненно и выйти из нее легко.
Пьес, повернутых внутрь человека, на «Любимовке» было предостаточно. Еще одной популярной темой вполне предсказуемо стала политика, точнее, выборы. Пятница закрывалась пьесой про волонтеров Навального. Драматург Александр Архипов работал его волонтером, пьеса написана по реальным впечатлениям.
Его «Никодимова» обсуждать можно было до полуночи: ведь в субботу агитация прекращается. «У нас с вами два часа пятнадцать минут на разговор с автором, кто морально не готов, может уйти сейчас». Зал смеется.
Сама пьеса — не гимн «кандидату Алексею», он скорее отражается в кривом зеркале, становится карикатурой на самого себя. Нужно всего лишь собрать самые распространенные образы — политик в кедах, «супермегамолодцы». Оказывается, все очень смешно. Вы окажетесь на кубе, там будут раздавать листовки и убеждать голосовать. На тренинге в штабе. В Сокольниках на митинге. Понравится ли подсмотренное? Хотите Навального? Получите. Смотрите, какой он.
Герой пьесы — некий Никодимов, человек-мухомор. Он и в штаб попадает, погнавшись за белым хомяком, потом просто уйти неудобно. Приходится агитировать за кандидата Алексея, учить наизусть предвыборную программу. Сколько таких, по случаю прибившихся, среди настоящих волонтеров?
Пьеса почти целиком состоит из смешных ситуаций и диалогов, которые хочется цитировать целиком. А какие типы выведены… Тренер штаба, для которого 106% в статистике — ерунда, главное —  чтобы не злосчастные 146. Таджик, поддерживающий призыв выгнать всех гастарбайтеров из Москвы. Полицейский-философ, отказывающийся от листовки потому, что все «там» одинаковые и Навальный не станет исключением. Кажется, того же мнения придерживается и сам Архипов. Драматург заставит своего героя погибнуть под колесами автомобиля некоего не названного президента, называющего помощников «мегамолодцами». Что называется, думайте сами.
Еще одной важной темой фестиваля стала семья. При этом почему-то драматурги часто заставляли своих героев либо переживать смерть близких, либо самим их убивать.
Пьеса «Ночь и туман» Юрия Клавдиева, конечно, шла вне конкурса. Герои — Екатерина Медичи, Маргарита Валуа, Карл IX, Генрих Наваррский. Однако не стоит думать, что известный представитель «новой драмы» создал «костюмное» полотно. Перед нами — фантазия, попытка через опыт прошлого понять причины и следствия того, что происходит сейчас. Варфоломеевская ночь становится общей схемой уничтожения «иных». Но автор не ограничивается проведением параллелей. «Ночь и туман» становится еще и путешествием в человека, в природу власти, в мысли того, кто вершит судьбы. Создается приблизительная модель. «Власть и деньги», «власть и успешные иные, которые ей мешают», «власть о себе». Наконец, «программные установки власти». Может быть, сведение всех процессов к тривиальному «распилу» и попахивает схематичностью и недодуманностью. Но Клавдиев попытался всего лишь нарисовать свое видение.
Пожалуй, вместе с «Никодимовым» Александра Архипова и «Это все она» Андрея Иванова одной из самых интересных конкурсных пьес можно назвать «Против всех» Ильмиры Болотян, Вячеслава Дурненкова и Тимура Хакимова. О чем? Об искусстве — да, речь о московском концептуализме 90-х годов. О политике — несомненно, ядром сюжета становится попытка группы художников во главе с Анатолием Осмоловским создать альтернативную партию «Против всех». О конкретных людях и событиях, конечно же. Интересен выбор авторов. Многие помнят упоминаемые в тексте акции, хотя они и могут считаться уже достоянием истории. Но история истории рознь. Если Клавдиев ищет подтверждение своим размышлениям о современности в событиях XVI века, то Болотян—Дурненков—Хакимов обращаются к сравнительно недавнему времени. И живые люди обращаются в персонажей с набором характерных черт. Это не умаляет достоинств пьесы, она смешна и драматична.
Принципиально 24-я «Любимовка» не поменялась. Да и вряд ли новая дирекция, люди, старт которых в свое время пришелся именно на «Любимовку», желали бы уничтожить то, что их создало. Хочется надеяться, что несколько удачных текстов, найденных в этом году отборщиками, окажутся знаком их правоты.
 **Татьяна БОЕВА** 

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

важно

2 часа назад

«Мы, солдаты ХАМАС»: власти Беларуси опубликовали письмо, которым объяснили решение посадить самолет с Протасевичем на борту

Slide 1 of 5

выпуск

№ 55 от 24 мая 2021

Slide 1 of 11
  • № 55 от 24 мая 2021

Топ 6

1.
Комментарий

Шойгу призвал тайгу 70 лет назад солдаты пожгли у них скиты и монастыри, сегодня старообрядцы-беспоповцы учат военную элиту государства. Как это устроено

275568

2.
Сюжеты

Два термоса с кипятком 13 лет без воды, света и канализации в московской квартире прожила пожилая женщина, исправно оплачивая коммунальные услуги

254943

3.
Комментарий

Как белорусские спецслужбы выследили Романа Протасевича Рассказывает спецкор отдела расследований «Новой» Денис Коротков

187505

4.
Колонка

Потомственные думцы Депутаты проголосовали за законопроект, который закроет ход в политику всем, кто требует смены власти

140203

5.
Интервью

«Какая твоя фамилия, сволочь?‎» Авиаэксперт Вадим Лукашевич о «воздушных пиратах», захвативших самолет с экс-главредом NEXTA Романом Протасевичем

83653

6.
Комментарий

«Это жестокая атака на весь Евросоюз» Как европейские страны реагируют на экстренную посадку самолета Афины—Вильнюс и задержание экс-главреда Nexta

76740

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera