Президент Трамп подписал в Белом доме закон об «адских санкциях» против РФ, названный в честь его друга сенатора Линдси Грэма*, скоропостижно скончавшегося в июле после визита в Киев. Есть, впрочем, существенное «но»: документ предоставляет Трампу широкие полномочия, чтобы он сам решал, применять ограничения или нет.

Если вспомнить фразу, которую без особых доказательств приписывают Сталину: «Не важно, как проголосуют, важно, как посчитают», — то приходится констатировать: не важно, что «адские санкции» приняты, важно, что будет делать с ними Трамп.

Сенатор-республиканец Грэм и его соавтор сенатор-демократ Ричард Блументаль надеялись, что закон об «адских санкциях» поможет разрешению военного конфликта в Украине. Сенатор Дарлин Грэм — сестра покойного, занявшая его место в верхней палате, — заявила, что закон «усилит переговорные позиции президента Трампа». Как свидетельствуют утечки из Белого дома, в частности, публикация газеты «Нью-Йорк таймс», президент рассматривает возможность привлечь Кремль «не кнутом, а пряником» — предложить выгодные торгово-экономические сделки, не дожидаясь остановки боевых действий.

Так санкции или транзакции? И почему 154 законодателя-демократа проголосовали против закона?

Почему их назвали «адскими»

Как обычно, президенту установлен срок в 30 дней для имплементации закона, и потом санкционный список должен пересматриваться в течение каждых шести месяцев.

Список попавших под санкции необычайно широк:

• всё руководство РФ начиная с президента, премьер-министра, министра обороны и других ведущих членов кабинета (включая главу МИД);

• так называемые силовики — руководство спецслужб, банки, олигархи, поддерживающие правительство и не выступившие против СВО;

• иностранные компании, государственные и частные лица, сотрудничающие с РФ в поставках военных товаров и товаров «двойного назначения», укрепляющих «оборонительно-индустриальную базу».

Это включает в себя: оборудование с числовым программным управлением (ЧПУ) и сопутствующие станки, программное обеспечение, а также услуги по техническому обслуживанию или модернизации; присадки к смазочным материалам; нитроцеллюлозу, древесная целлюлозу, а также соответствующие добавки и компоненты, необходимые для производства зарядов или взрывчатых веществ для боеприпасов; химические покрытия; волоконно-оптические кабели военного назначения и сопутствующие технологии, необходимые для их производства; передовые датчики.

Далее — цитата: «Под санкции попадают те, кто сознательно участвует — прямо или косвенно — в деятельности, которая существенно подрывает боеготовность Украины; направлена на свержение, ликвидацию или подрыв деятельности правительства Украины; наносит ущерб критически важной инфраструктуре; ослабляет системы кибербезопасности посредством вредоносных электронных атак или кибератак; подрывает демократические процессы в Украине; подрывает мир, безопасность, политическую стабильность или территориальную целостность этой страны; или сопряжена с совершением серьезных нарушений общепризнанных прав человека в отношении граждан Украины, включая насильственное перемещение, насильственные исчезновения, незаконное задержание, принудительную депортацию детей или пытки».

Список широкий — но конкретных фамилий и названий почти нет (кроме наименований нескольких крупнейших российских банков — Центробанк, Сбербанк, ВТБ и Газпромбанк — с важным уточнением: «и др.»). Также отдельно упомянуты арктические проекты РФ: Проект «Ямал СПГ» или проект-преемник, проекты «Арктик СПГ — 1», «Арктик СПГ — 2» и «Арктик СПГ — 3» или проект-преемник. И др.: «проекты в Арктическом регионе, реализуемые после даты вступления настоящего закона в силу».

Главный удар — энергетический.

Закон наделяет президента полномочиями вводить пошлины в размере до 100% для стран, импортирующих российские нефть и газ. Документ обязывает Трампа ввести пошлины для пяти крупнейших импортеров российской нефти или природного газа (включая Китай и Индию), за исключением стран, которые закупают менее 15% от общего объема экспорта российского природного газа и предприняли значительные шаги по сокращению этого импорта.

Дмитрий Медведев назвал закон в своем Telegram-канале «русофобской мерзостью». По его словам, Москва должна ответить «языком прямого военного сдерживания». «Это является недружественным шагом, — заявил пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков, комментируя законопроект после его принятия Конгрессом, но до подписания Трампом — И, безусловно, введение любых дополнительных санкций со стороны США определенно осложнит усилия по достижению мирного урегулирования в Украине».

Президент Украины Зеленский поблагодарил Трампа за подписание законопроекта.

А вот в реализации многие в Вашингтоне сомневаются, отмечая, что у Трампа остается широкое поле для маневра, несмотря на установленные законодателями сроки. И вот почему.

Из-за войны с Ираном цены на нефть превышают 100 долларов за баррель, а рост цен на продовольствие подстегивает инфляцию в США. На носу выборы в Конгресс, которые при неблагоприятном исходе могут резко ухудшить позиции президента. Захочет ли Трамп в таких условиях принимать меры против России, способные усугубить ситуацию в стране и его рейтинг, и так просевший до 30 с небольшим процентов? Хотя импорт из России в США невелик, Россия до сих пор является вторым по величине поставщиком удобрений в США после Канады. «Нью-Йорк таймс» отмечает: введение 500-процентной пошлины на этот импорт, скорее всего, нанесет Соединенным Штатам в краткосрочной перспективе больший ущерб, чем России, которая может продавать свои удобрения на мировом рынке.

А демократы «против»

Законодатели из демпартии последовательно выступают за военно-финансовую помощь Киеву, которую при всех остановках, связанных с республиканской оппозицией на Капитолийском холме, пыталась осуществлять администрация Джо Байдена. При этом 152 конгрессмена-демократа выступили против принятия законопроекта об «адских санкциях», который сенаторы Грэм и Блументаль предложили в начале прошлого года.

Этот закон Трамп сначала встретил без восторга. Он считал, что Конгресс связывает ему тем самым руки в вопросах взаимодействия с Россией. Линдси Грэм — давний друг и партнер по гольфу — как отмечают здешние СМИ, стал посредником между Белым домом и Конгрессом. Незадолго до смерти сенатору удалось заручиться поддержкой администрации. Трамп мог подписать этот закон, рассматривая его в качестве «инструмента давления». И хотя в прошлом он вводил санкции против Индии, энергетические санкции против КНР пока не применялись.

Условием принятия закона Белый дом поставил продление на пять лет действующих санкций против иранского режима и внесение Ирана в название закона.

Документ был одобрен палатой представителей 262 голосами «за» при 159 «против» (ранее в сенате 86 голосами «за» и 11 «против»). Значительная часть демократов выступила против предоставленной возможности для Трампа вводить новые тарифы — особенно после того, как Верховный суд ограничил прошлые попытки президента вводить пошлины без одобрения Конгресса. Они выразили опасение, что президент может воспользоваться новыми полномочиями в сфере торговли шире, чем хотели бы законодатели-демократы. Некоторые критики закона предполагают, что Белый дом может использовать полномочия для давления на Европейский союз, где ряд стран по-прежнему импортирует российскую нефть и газ.

«С какой стати Конгресс должен предоставлять нынешнему президенту неограниченные полномочия вводить новые тарифы, которые негативно скажутся на экономическом благополучии американского народа?» — заявил лидер меньшинства в палате представителей Хаким Джеффрис (демократ от штата Нью-Йорк). Еще один конгрессмен из Нью-Йорка, Грегори Микс, старший представитель демпартии в комитете по иностранным делам, заявил, что Конгрессу следовало бы вместо этого предоставить Украине дополнительную военную и гуманитарную помощь, одновременно ужесточив ограничения на возможность президента приостанавливать действие санкций. «Мы можем поддержать Украину, — сказал Микс. — И мы можем защитить американский народ от роста расходов».

Член палаты представителей Майкл Маккол, республиканец от Техаса, назвал тарифы «главным инструментом давления» (буквально — «зубами» закона), призванным заставить крупных покупателей российских энергоносителей выбирать между продолжением закупок у Москвы и доступом на американский рынок. «Санкции можно обойти — что Россия и делала годами, — но от тарифов не уйти», — заявил конгрессмен.

Морковка, а не палка

У нас это называют «кнут или пряник», здесь говорят «палки или морковки».

С одной стороны — в отношении РФ принят жесткий закон, и чтобы отменить его, могут потребоваться десятилетия. Можно вспомнить поправку к Закону о торговле Джексона–Вэника, принятую в 1974-м и действовавшую до в 2012-го. Закон Грэма может оказаться «долгоиграющим». Формально «Джексон–Вэник» был введен из-за ограничений на эмиграцию из СССР. Во времена Обамы, когда его отменяли, Союза уже давно не было, как и ограничений эмиграции.

С другой стороны — отмечают осведомленные источники, Трамп рассматривает и другой сценарий: вместо кнута — пряник (или морковка). Как первой сообщила «Нью-Йорк таймс» со ссылкой на два осведомленных источника, Белый дом обсуждает возможность заключения деловых соглашений с Россией в качестве стимула к миру еще до того, как прекратятся боевые действия в Украине.

А как же новый закон, запрещающий американские инвестиции в Россию? Но в законе прописано, что администрация Трампа может предоставить Конгрессу обоснование для отмены запрета, что позволило бы реализовать подобные сделки.

Чиновник, согласившийся говорить на условиях анонимности, отметил, что сделки с Россией до завершения боевых действий возможны, поскольку они продемонстрировали бы серьезность намерений США по новой «перезагрузке» отношений.

Такой подход свидетельствует об отступлении от прошлогоднего заявления Трампа о том, что деловые соглашения с Россией не будут заключаться, «пока мы не урегулируем конфликт».

Экономические бонусы до окончания «горячей» фазы конфликта могли бы убедить настроенных антиамерикански «ястребов» из окружения Путина в том, что Трамп действительно намерен выстроить новые отношения с Россией, отметил представитель администрации. О чем конкретно идет речь, источник NYT не говорит.

Помощник президента РФ по международным делам Юрий Ушаков после недавней встречи Путина с переговорщиками Уиткоффом и Кушнером сообщил, что «довольно подробно обсуждались экономические вопросы и возможные крупные взаимовыгодные российско-американские проекты». Не секрет, что с момента возвращения Трампа в Белый дом российские официальные лица выдвигали идеи сделок, касающихся редкоземельных металлов и алюминия, создания совместных предприятий в Арктике и даже участия американских компаний в продаже российского природного газа в Европу, не говоря уже о мосте через Берингов пролив или тоннель под ним. В обмен на снятие санкций. Трамп неоднократно называл экономический потенциал России «огромным».

Зять президента, Джаред Кушнер, отметил, что задача администрации Трампа «как посредников» — «найти нестандартное решение», которое «позволило бы обеим сторонам (Москве и Киеву) двигаться вперед».

Трампу как воздух нужен крупный внешнеполитический прорыв перед выборами в Конгресс. Это помогло бы его партии и лично ему в завершающий период президентства. Одной Гренландии, с которой заключается договор, «маловато будет». Но у президента остается очень мало времени: чтобы или победить (или хотя бы не провалиться) в конфликте с Тегераном, или остановить боевые действия между Киевом и Москвой.

* Внесен в реестр экстремистов и террористов РФ.