— Сергея Маркова* сегодня не вижу, может, уже арестовали… — пошутил президент Ильхам Алиев, и шутка стала главным событием на медиафоруме в азербайджанской Шуше. Год назад российский политолог, в разгар конфликта между Москвой и Баку несвоевременно высказавший традиционный восторг главе Азербайджана, был по возвращении объявлен иностранным агентом. К другому пострадавшему, выросшему в Баку Михаилу Гусману, также уволенному год назад с поста заместителя главного редактора ТАСС, Алиев, напротив, обратился с подчеркнутым уважением. В ответ ветеран советского и российского агитпропа заявил о готовности помочь родному азербайджанскому…

Может быть, поэтому для презентации символов Баку уже много лет использует жанр медиафорума.

Но в этом году получилось особенно выразительно.

Человек меняет крышу

Закономерность порой ярче, когда выглядит стечением обстоятельств. В эти же дни в Москве встречались министры иностранных дел России и Азербайджана, что по нынешним временам случается не каждый день и даже не каждый год. А через несколько дней после Шуши был Берлин. Ильхам Алиев продолжил презентацию нового Азербайджана, правда, в других декорациях и в других смысловых оттенках.

Шуша как место медиафорума, который год от года по своему масштабу будто стремится дотянуться до Мюнхенской конференции, тоже символ. Шуша, возвышающаяся над Карабахом, — знак Победы, точка отсчета наиновейшей азербайджанской истории и нашей эры. Шушу, в силу истории, значимости и статуса для армян и азербайджанцев, прежде иногда сравнивали с Иерусалимом. Теперь извечный спор решен, узел разрублен, и бесповоротность этого Баку объявляет единственной гарантией процветания всего Кавказа.

«Мы близки, но не любой ценой» — это о мире с Арменией, который должен выглядеть гораздо больше, чем просто мир с Армений. В этом суть заявки, с которой обращается к городу и миру Баку: если кому-то интересен Южный Кавказ — добро пожаловать в Баку, всё решается теперь здесь. Но если кто-то сочтет, что Южный Кавказ — это лишь периферия огромного пространства, в которое он вливается, то Азербайджан и в нем теперь один из центров принятия решений. И он больше не одна из сумеречных постсоветских стран, как это было принято считать прежде.

В общем, не страна, название столицы которой путают с соседскими, а, как теперь сказано, самостоятельная средняя держава, не Америка, конечно, но если сопоставляться с Европой, то не ниже Германии.

Особых возражений в связи с таким позиционированием не слышно, ни из Тбилиси, ни даже из Еревана, ни тем более из Вашингтона и Брюсселя. По разным причинам. Кому-то не до возражений, кто-то чувствует себя увереннее, следуя за Баку. А кому-то важно, что Баку может посмеяться над Москвой, может быть, и беззлобно, и где-то даже по-партнерски, но так, как из бывших братьев не посмеивается более никто.

В таком партнерстве, в отличие от братства, старших и младших не бывает. Кремль теперь — лишь один из многих. Российской власти предлагается смириться даже с правом Алиева советовать Киеву не соглашаться с территориальными претензиями. И Москва с уникальной сдержанностью это право признает, а Михаил Гусман безбоязненно меняет политическую крышу, и ищет защиты от московского холода в Баку, а он промахнулся за свою жизнь лишь единожды.

Искусство эвфемизма

В более сдержанных берлинских декорациях поменялся немного и сам сюжет. Здесь речь шла уже не о провозглашении кредо, а о том, что можно из признания этого кредо извлечь. Мир изменился, в том числе и благодаря Азербайджану, — следовало из тезисов, переведенных на немецкий.

Азербайджан победил и закрыл все вопросы, поэтому спорить больше не о чем и некому, разве что Парижу, верному союзнику Армении. И времена такие, что есть вещи поважнее, чем судьба ушедших карабахцев или участь азербайджанских журналистов, живущих между посадками и шансом на августейшее снисхождение. Когда мир стоит на пороге небывалых логистических и энергетических прорывов, партнерство должно быть уже не от случая к случаю, а долгосрочным, стратегическим и, главное, безусловным. Европа, как полагает Алиев, это уже исподволь признает, отправляя в Баку друг за другом председателей Европейского совета и Еврокомиссии, а теперь и сам Алиев в Германии, европейский лидер принимает на равных лидера Южного Кавказа…

В этом контексте и Москва уже не объект той полемики, отзвуки которой были одним из сюжетов в Шуше. В Берлине без эмоций и улыбок, только по делу. Баку может заменить Россию в энергетических поставках, что является результатом изменения политической карты мира. И еще раз — буквально накануне в Москве Сергей Лавров принимал коллег Джейхуна Байрамова, и есть все основания полагать, что для Кремля подобное начинание сюрпризом тем более неприятным не стало. И еще один берлинский лейтмотив практического свойства: Азербайджан, равноудаленный и значительный, готов решать судьбы войны и мира. И даже если Алиев не в курсе тайных встреч высокопоставленных немецких и российских эмиссаров в Баку, он ничего не имеет против. Если это, конечно, поможет остановить боевые действия…

Главный секрет Баку — превращение его собственной региональной повестки в мировую. Главный успех в том, что эта повестка миром будто принята. Победа в Карабахе — по сути, локальный успех в противостоянии местного значения. Но Азербайджану удалось превратить его в глобальную самопрезентацию. Притом что не победа превратила Азербайджан в претендента на лидерство, а, наоборот, без преодоления родовой в буквальном смысле государственно-национальной травмы любая попытка обозначить свое величие была обречена.

И теперь из этой логики проистекают все остальные построения. Например, Зангезурский коридор, о котором Баку говорит с такой практической настойчивостью, будто и в самом деле уже осенью, как анонсируют в Вашингтоне, там заработают землеройные установки.

Вряд ли. Позиции Баку и Еревана по-прежнему несовместимы. Азербайджану этот коридор не нужен без маломальской экстерриториальности, и там понимают, что Ереван не может на это согласиться, даже если кто-то найдет какой-нибудь полуфантастический компромисс. Противоречие настолько объективно, что стороны и не пытаются эти разногласия преодолеть, и просто выносят их за скобки. Как, впрочем, и мирный договор, перспективы которого сегодня выглядят не менее туманно, чем судьба Зангезурского коридора. Но тема не иссякает. В том числе и потому, что органично укладывается в рекламируемое Азербайджаном представление о себе как ключевом операторе глобальных коридоров.

Средний коридор для средней державы

Пока тема коридоров радует в основном любителей геополитических конструкций, и если экономической реальности в них места не находится, то это проблема реальностей. Мировой долгострой — маленький участок железной дороги из приграничной азербайджанской Астары в иранский Решт, который должен замкнуть так называемый коридор Север-Юг, из России через Азербайджан в иранские порты. Объяснить это глобальными коллизиями, а не прозаическими трудности вроде рельефа или выкупа земель под строительство, не только проще, но порой и выгоднее. Ведь и Зангезурский коридор интересен Азербайджану как путь в свой эксклав Нахичевань, и изначально он так и формулировался. Но он усиливает звучание этой темы, используя всё ту же подмену — расширяя свою повестку до мировой, провозглашая эти несколько десятков километров пути ключевым участком Среднего пути, очередным историческим путем из Китая в Европу…

Реальная логистика к большим стратегиям равнодушна. Там, где есть возможность и существует надобность, она образуется сама. Если где-то становится тесно, она ведет себя не в соответствии с единством и борьбой стратегических гениев, а как положено электрическому току, ищущему путь наименьшего сопротивления. Как Казахстан, делящий экспортные потоки нефти между Новороссийском и Каспием. И апробирующий сегодня в своем выборе поводы, которые труднее отличить от причины — страх перед дронами.

Тайна Зангезурского коридора, возможно, до обидного проста: главным препятствием для него являются не столько политические риски и издержки, сколько понимание того, что выгоды эти издержки не покроют. И потому всё более привлекательным пока оказывается менее прямой, но куда более спокойный путь из Азербайджана в Турцию — через Грузию, где есть вдобавок и портовая инфраструктура. Готова и Армения к нему с удовольствием (причем двойным — выходя из блокады и избавляясь от зангезурской темы) присоединиться.

Возможно, в этом и суть новой активности Баку. Представление в Шуше соблазнительно принять за открытие очередного памятника, который правитель открывает самому себе, и этот памятник — целое государство, и простая версия — иногда самая правдоподобная. Но есть версии и посложнее. Любое дело начинается с презентации, на которой посетитель самим фактом своего интереса уже вступает в сделку.

Можно собирать медиафорумы в Шуше и обсуждать глобальные торговые потоки будущего, экспансию Китая и прочие шелковые пути, но развивать при этом, например, не такие сказочные, но существующие и работающие инфраструктуры. Где вопросы не в геополитике, а в паромах и компрессорных станциях. Тот же Каспий, те же Трансанатолийский (TANAP) или Трансадриатический (TAP) газопроводы. Есть еще ресурс — расширение круга заинтересованных участников, которое создаст новую реальность куда живее, чем безудержные стратегические фантазии. В таком сценарии видит свою роль и Москва, и даже к каспийскому варианту и железнодорожному маршруту из Азербайджана через Грузию она, несмотря на их конкурентность, может отнестись как к расширению логистических возможностей — при усиливающемся дефиците других.

Та же интрига и с поставками российского газа в Азербайджан, который освободившиеся собственные объемы направляет в Европу. Всё выгодно. Баку наращивает экспорт и зарабатывает на марже. Европа закрывает часть газовых потребностей, диверсифицируя источники. И избавляя себя от рефлексии по поводу того, какой газ и откуда она получает.

Доходы, конечно, не из той «Тысячи и одной ночи», которую декламировали в Шуше, но процесс самовоспроизводится виток за витком, на очереди, возможно, Центральная Азия, президент которой уже заинтересовался грузинскими портами, а путь к ним опять же через Баку. И никакого Китая. Хотя при случае и этот коридор можно будет объявить Средним.

*Внесен властями РФ В списки иностранных агентов