Госсекретарь США Марко Рубио заявил, что во время встречи Трампа и Путина на Аляске в августе 2025 года не было достигнуто какого-либо соглашения (‘agreement’) по Украине, а звучали лишь «предложения» (‘proposal’).
По словам Рубио, Трамп подтверждал, что США готовы сыграть конструктивную роль единственно возможного медиатора и организовать переговоры России с Украиной.
«Но на Аляске не было никакого соглашения [по Украине]. Были сделаны предложения, но не соглашение», — уточнил он.
Сам госсекретарь Рубио заявлял, что США настроены лишь на продуктивные действия, но «не заинтересованы в бесконечном цикле встреч, которые ни к чему не приводят».
Российские власти сотни раз рассуждали о «духе Анкориджа» — особом взаимопонимании Трампа и Путина по украинской теме.
В феврале Кремль рассказал, что на встрече Путина с Трампа на Аляске были достигнуты некие «понимания», которые «способны сдвинуть процесс урегулирования, позволить выйти на прорыв». Источники The Washington Post утверждали, что Путин в Анкоридже якобы требовал от Трампа перехода под контроль России всех четырех присоединенных областей. Позже он, по данным газеты, смягчил требования.
А в нынешнем июне Лавров заявил, что в Анкоридже были согласованы параметры урегулирования кризиса вокруг Украины: американские переговорщики предложили программу действий, а российская сторона «с этой схемой согласилась». Он добавил, что «не хочет даже подозревать», что саммит на Аляске был задуман, «чтобы выиграть время для довооружения киевского режима», — «но на деле получилось так, как получилось»…
Путин много раз, и последний раз — в конце прошлой недели — заявил, что Россия готова к мирным переговорам с Украиной на основании стамбульских договоренностей, с учетом модальностей, обсуждавшихся в Анкоридже, и «реалий на земле». Российские власти на днях заявили, что пока «не чувствуют», что США занялись урегулированием украинского кризиса. А публичные попытки Киева сесть с Москвой за переговорный стол — игра на фоне усиления ударов по российский территории.
Киев, действительно, публично настаивает на личной встречи президентов, обмене всех на всех и прекращении огня для начала мирных переговоров.
