На национал-имперской идеологической панели ПМЭФ, собравшей «обычных подозреваемых» от царьградского олигарха Малофеева до только что прошедшего через чистилище Собчак Дугина, часто употреблялось слово «конец». Если не будет философии — «нам конец», если не будет технологий — «нам конец».

В известном смысле панель приобрела эсхатологическое звучание, потому что Малофеев сообщил, что в подготовленном группой ультраправых традиционалистов докладе, обсужденном в том числе в Генштабе, ядерный удар является частью «хорошего» сценария. Странно, что доклад имеет горизонт в виде 2050 года — в случае нанесения ядерного удара перспектива существования человечества до этого предела представляется нереалистичной. То есть всем конец, это и есть позитивный сценарий.

Как-то в унисон псевдояйцеголовым рассуждениям идеологов русского мира звучит часто задаваемый вопрос из партера: «Когда всё это кончится?». Но широкие массы имеют в виду другое: когда социологи у них интересуются, какой бы вопрос они хотели бы задать президенту, то который год лидирует следующая опция: «Когда закончится СВО?».

Честный ответ дал разведчик-нелегал Безруков: практически некогда. Ибо битва с Западом — что справедливо замечено — имеет разные формы, не только горячие, но и, как выразился нелегал (он же отец двух канадских детей, которые и не подозревали о том, что они не канадцы), «ползучие». А это лет на двадцать. То есть до конца…

Конца режима, который в этом году всё-таки дал течь — из него стали вытекать фрагменты «путинского сверхбольшинства». Это самое «сверхбольшинство» то наблюдает нефтяные дожди, то панораму «любимого города», который «может спать спокойно», оживляемую клубами дыма и сполохами пожара. «Безопасность» резко увеличивается в размерах.

Мне сразу вспомнилась статья замечательного советского литературоведа Александра Лебедева, автора нашумевшей в 60-е «жэзээловской» биографии Чаадаева (потом пришлось публиковать другую, ибо лебедевская была слишком либеральной). Она была опубликована в популярном в годы перестройки сборнике «Погружение в трясину (Анатомия застоя)», и в ней автор описывал застойную действительность, отталкиваясь от разговоров собачников на городском пустыре:

И ведь правда: «это было навсегда, пока не кончилось». А еще до этого «Русь слиняла в два дня».

Национал-империалисты же строят планы не только на наших детей и не только на внуков, но и на правнуков, не очень понимая, что признанная Дугиным автократия (он особо ее наличие подчеркнул) идет по нисходящей, но не по восходящей кривой, как и все автократии во все времена. К тому же жить в «царьградском» антиутопическом сценарии захотят не все россияне: точно не пожелают рожать столько детей, сколько нужно Малофееву, армии, флоту и ВПК, а существенная часть — и это опыт диктатур, выезд из которых не ограничивался комиссией парткома, — просто из России уедет.

С той демографической картиной, которая складывается сегодня (именно сегодня, а не в 90-е — помнится, через три месяца работы правительства Гайдара его обвинили в том, что рождаемость уже упала), планы до 2036-го, до 2050-го строить во многом бессмысленно. Ибо, повторим вслед за Дугиным, «нам конец». Конец, если этот режим продолжит так же неряшливо и медленно умирать, погружая страну в архаику с кокошниками, хороводами и технологическим суверенитетом с перепрофилированным Институтом философии.

Кстати, о «медленно». Дугин требовал скорости. Да, направление деградации общественной ткани и государственной конструкции правильное, но оно должно идти быстрее, надо действовать еще решительнее. «Автократия у нас есть (хотя бы кто-то из околовластных кругов признал очевидное и, разумеется, противоречащее основам конституционного строя РФ, отцы-основатели закладывались на демократию. — А. К.), но она не признана. Ее легитимация идет медленно. Новая Конституция — работают над ней, но даже еще не начали обсуждать. (Проговорился! — А. К.) Госпланирование — вот тут вообще нет. Как будто третий том «Материальной цивилизации» Броделя у нас вообще никто и не читал!»

Быстрее, выше, сильнее — статья 13, запрещающая госидеологию, названа Дугиным «идиотской», надо делать национал-имперскую мессианскую фундаменталистскую идеологию официальной, конституционной, хотя она и так уже вполне официальная — достаточно заглянуть в отдельные указы президента, в саму Конституцию, где что-то с 2020 года сказано о Боге, в учебники Мединского — Торкунова по истории и Мединского — Медведева по обществознанию, в «Основы российской государственности». Только вот при чем здесь Бродель? Он вовсе не был сторонником госпланирования, как раз в третьем томе писал об опасности замещения власти монополий властью государства, а под капитализмом понимал крупные его формы, отделяя их от собственно рынка — то есть от, в нынешних терминах, малого и среднего бизнеса.

Его-то сейчас как раз и добивают налоговым прессом и репрессиями, о чем на том же Питерском форуме внезапно сообщил Александр Вайно, сын главы администрации президента Антона Вайно —

А без капиталистических монополий, обязанных «делиться» с государством, которое погружается со своими тратами на «безопасность» и «оборону» в бюджетный дефицит и хроническую стагфляцию, не сидели бы бородатые и бритые национал-патриоты на панели (в широком толковании) — они-то и есть порождения того самого броделевского капитализма в плохом смысле слова.

Вологодский губернатор Филимонов, подсаженный на панель к национал-империалистам и разведчикам в ролевой функции патриотического регионального руководителя, что-то туманное произнес про Сталина, не справившись с заготовленными сложными словами в духе Изборского, Зиновьевского и прочих клубов и газеты «Завтра», а затем и вовсе запутался в показаниях, но на выходе случайно получилась точная мысль: «И СВО очень помогло (! — А. К.) возбудить эти праведные смыслы, раскрыть этот спящий потенциал. Чтобы люди перестали наконец-то называть вещи своими именами и говорить правду».

На параллельной панели, кстати, говорилось о необходимости продвигать за границей русский язык. Чиновникам теперь вроде бы по европам нельзя ездить, но если бы съездили, то заметили бы, что в «старой Европе» русская речь звучит на каждом углу — экспорт языка уже состоялся, правда, вместе с его носителями, а не отдельно. Еще несколько лет такой политики (по плану, в соответствии с докладом, до 2050 года), выдавливающей людей из страны, — и русский станет вторым иностранным на Западе после английского.

На еще одной панели помощник президента по экономике Орешкин говорил о том, что возврата к прошлому не будет, забудьте. А ведь именно этот возврат и есть своего рода национальная идея — чтобы всё было хотя бы так, как в январе 2022 года, и чтобы дроны над головой не летали. Как заметил пресс-секретарь президента Песков, для того и ведется СВО, чтобы они не летали.

Все эти панелисты живут в логике мадам де Помпадур «после нас — хоть потоп». Собственно, потопов, как и прорывов, только не к новым технологиям, а канализаций и прочих водопроводов, сработанных еще советским поколениями, хватает. А так-то, конечно, мы все умрем, нам конец. Нелегал, чье благостное пребывание в мире чистогана прекратилось в результате «предательства» (а так бы и дальше спокойно жил на этом самом Западе и передавал на родину секреты, вычитанные из газет), подтвердил: врагами разрабатывается такое биооружие, что оно «уничтожит нас всех». Опять же противоречие генеральной линии: первое лицо же сказало, что уникальное оружие — именно у нас. Не говоря уже о вышеупомянутом ядерном, которым стал грозиться не только «Царьград», но замминистра иностранных дел Рябков, до февраля 2022 года — один из самых профессиональных и разумных российских дипломатов. Что делать: служба такая — размахивать «ядеркой»…

Кажется, всё это противоречит и настрою существенной части населения, которому всё-таки хотелось бы пожить — мирно и нормально — и после 2050 года, а не искать себе на голову беспилотники и ядерные ракеты. Против же малоэтажного строительства вместо высотного, на чем настаивал Дугин, никто особо возражать не может. Но тут надо выбирать: или бомба, или расселение мегаполисов. И то и другое одновременно не получится. Если мегаполисы — тогда и о многодетности можно подумать. Под дронами и в дыму антиутопии заниматься многодетностью сложновато.

В общем, попугали публику — и пошли обедать. На деньги налогоплательщиков, а также монополистического капитала. Вполне по старику Броделю.

* Властями РФ внесен в реестр «иноагентов».