Скандал в импортозамещении. Отечественные процессоры «Иртыш», предназначенные для работы на критической инфраструктуре, оказались полностью идентичны китайским процессорам Loongson. Только упаковка разная.

Вообще-то, выдача чужих разработок за свои — не новость. Миллиарды бюджетных денег и путь к независимости от чужих решений — последняя надежда IT-бизнеса в России. Но для начала стоит очертить предмет обсуждения. Импортозамещение — не более чем мем, причем, как и многие популярные термины последних лет, достаточно бессмысленный. Реальность традиционно сложнее.

Кооперация и свободный рынок — это прогрессивно. Закупают страны продукцию американских компаний для управления государством — ну и отлично. Но вот если ты живешь в рамках осажденной крепости и дружить с тобой никто не хочет, критическая инфраструктура должна быть своя. И спорить с этим сложно. Тогда и говорят про импортозамещение, что является политическим решением, а не бизнес-моделью, претендующей на успешность.

Но производить всё своими силами невозможно. И исторический опыт, и природные ресурсные монополии — тому подтверждение. Лучшие процессоры — только на Тайване, и точка.

Однако и плюнуть нельзя: поддержку местного рынка, протекционизм, логику осажденной крепости и, в конце концов, попыток научиться что-то делать никто не отменял. Вот и пытаются. При этом ответ на вопрос «А что происходит на самом деле?» стоит начать с конца: большинство IT-решений что в бизнесе, что в госсекторе всё еще иностранные.

Дальше уже вопрос формулировок и деталей, с которыми лучше справляются автомобильные журналисты: что, собственно, считать машиной, произведенной в России, и как трактовать уровень локализации? Если тут просто покрасили, можно списать на R&D?

Можно громко заявить: ядро государственной машины — полностью отечественное изобретение. И сделка на 200 миллиардов рублей по закупке серверов Yadro для Росреестра — тому подтверждение. Если подходить формально — это чисто российское изобретение. Но под капотом — всё равно микросхемы, пусть попроще, но из Китая. И компания прибыльна только благодаря госзакупкам.

Уже чуть меньшие деньги — 3,5 млрд рублей — тратят Россети на отечественное ПО, отказываясь от вездесущей монополии офисных пакетов Microsoft (на этом месте должна пролиться слеза сотрудников-пользователей.) И эти деньги (а помимо вышеуказанного ведомства, есть еще тонна других с соответствующими бюджетами на госзакупки ПО) получат наши прекрасные программисты, свои! Ну разве не прекрасно? Смотрим на «детали», чтобы ответить на вопрос о необходимости баяна для козы.

«МойОфис» — российский офисный пакет, про который, судя по всему, идет речь в вышеупомянутом контракте Россетей. Этот контракт, впрочем, производителя не спасает — компания убыточна и активно сокращает сотрудников . То есть желающих купить продукт немного. Что дает легитимность задать вопрос: а нужен ли был нам свой офисный пакет?

Вот смартфоны и планшеты точно не нужны. Устройств на российской ОС «Аврора» в 2024 году было выпущено всего несколько десятков тысяч при заявленных миллионах , да и судьба их сомнительна. Конечно, ведомства имеют возможность навязать продукт: условные контролеры в трамвае или парковщики мнения не имеют. Но деньги и там считают. Зачем всё это, когда китайский аналог в разы дешевле?

Про предыдущие попытки построить российский смартфон можно и не вспоминать. Сколько их было… Успехов нет.

Работающая схема, но можно упростить.

Так, судя по фабуле дела, в МВД поставлялись китайские рации под видом российских. Удобно. И гарантия, что старший партнер точно услышит переговоры по ним.

Подобных новостей если не полно, то достаточно — на сотни миллиардов ежегодно. Это, конечно, немного в общей структуре расходов, но существенная часть немногого по иронии приходится на ФНС (что дает один из многочисленных ответов на вопрос, куда уходят налоги). Но и немало: есть за что сражаться как крупным подрядчикам типа Ростелекома или СберТеха, так и небольшим компаниям. Выручка Orion Soft — 4,3 млрд рублей в прошлом году , существенная часть этих денег — госузакупки. Без государства это всё не выжило бы. И важно уточнить: и сервера Yadro с китайским железом, и разработки Orion Soft используют мировые достижения вроде Linux. «Отечественный» — очень размытый термин.

В итоге объективная картина многообразна: тут построили, там украли, тут не получилось. Учитывая, что это всё не по собственному желанию, а исключительно по указу сверху, то всё подкреплено документами со строгими указаниями. Но все равно мечты о том, что всё сразу станет отечественным, не сбываются, что вынуждает переносить сроки , вносить корректировки, а в каких-то случаях тупо убеждать начальство: вот тут без иностранного никак.

Смотреть на картину вне контекста госзаказов смысла не имеет. Чем живет малый бизнес и какие местные IT-решения он использует, уже неважно — он и без этого загибается. Частных больших и даже средних компаний всё меньше, а оставшиеся критической роли не играют.

Увы, надо признать:

Конкурировать с западными компаниями, обладающими принципиально другими возможностями и не имеющими массы ограничений, нереально. Какие-то вещи чисто исторически невозможны — там люди на это десятки лет потратили, а вы хотите в космос за два месяца. И ладно деньги. Тут тоже дефицит кадров, и кто будет бороздить просторы вселенной, не очень понятно.

Как результат мы имеем следующее: идея делать всё на месте, обозвав это умным словом «импортозамещение», обернулась гигантскими коррупционными издержками на и без того небольшом российском рынке IT-технологий. Есть небеспочвенные подозрения, что в соседних отраслях примерно так же. Для того чтобы взлететь, необходимы принципиально другие средства и условия.

В итоге стоит только надеяться, что хоть что-то на фоне этой истерии да сделали и на этой земле зародилось производство, которое в будущем может стать конкурентоспособным. Но в реальности с закрытыми границами, утечкой мозгов и экономическими проблемами мы имеем лишь симулякр, которым можно похвастать с экранов телевидения. Без доступа к мировому пространству вся эта история никаких перспектив не имеет. Хочешь не хочешь, да хоть с новой наклейкой, а придется использовать чужое.