Главный человек в российском спорте, министр и глава Олимпийского комитета России Михаил Дегтярев был краток: «Приняли решение о денежном поощрении всех олимпийцев, кто не смог из-за вероломного политического решения поехать на Олимпийские игры». Ну, всех не всех, а 116 человек из числа победителей и призеров, а также участников Игр в Пекине-2022 (а, возможно, и в Пхенчхане-2018) уже отобрали.

Тут реформатор и почти что революционер Дегтярев ничего не изобретал, просто повторив схему, выработанную перед Олимпиадой-2024 в Париже: тех действующих российских олимпийцев, кто изначально не мог претендовать на получение нейтрального статуса и кто не смог его получить, было предписано поощрить в соответствии со статусом: чемпионам выделить по 500, серебряным призерам по 350, бронзовым по 250, просто участникам по 150 тысяч рублей. Тогда компенсации за вынужденное неучастие на сумму свыше 200 миллионов рублей получили 245 человек. Нынче затраты в связи с тем, что зимние Олимпиады по масштабам значительно уступают летним, будут поменьше, но дело ведь не в размере утешительных призовых, а в сути подхода, вызывавшего вопросы и тогда, и сейчас.

Вообще-то традиции поощрять за неучастие ровно десять лет — с того момента, как в олимпийский Рио-2016 не пустили всех российских легкоатлетов за исключением Дарьи Клишиной, что стало началом большой допинговой санкционной эпопеи со стороны международных спортивных организаций. Четкого компенсационного механизма еще не выработали, да и, как показали последующие годы, выработать его практически невозможно. Решения принимались по каждому конкретному случаю, пока поздней осенью 2023-го не приняли единую схему поощрения обиженных и угнетенных, ту самую, что от 150 до 500 тысяч.

Важное уточнение: эти утешительно-поощрительные деньги не имеют отношения к так называемым базовым призовым для реальных, а не виртуальных участников. Для российских олимпийцев и паралимпийцев вплоть до нынешнего года базу составляли «чемпионские» 4 миллиона, 2,5 — для серебряных призеров, 1,7 миллиона рублей — для обладателей бронзовых наград.

Кстати, по поводу нейтралов еще зимой 2024-го было сказано, что на компенсации они претендовать не могут, поскольку решили выступать без флага и гимна на унизительных условиях, от поддержки государства самоустранились и сами выбрали рискованный путь. Нейтральный статус не подразумевал никаких государственных выплат пробивающимся на пьедестал россиянам, в силу чего парижской серебряной теннисной паре Мирра Андреева–Диана Шнайдер и их персоналу призовые были выплачены только после специального решения.

Похоже, и единственный российский серебряный призер Игр-2026 ски-альпинист Никита Филиппов свои 3 миллиона будет получать точно так же. Но ничего, он уже поощрен квартирой в Петропавловске-Камчатском, а также часами «Ракета», куклой-талисманом мишкой олимпийским и другими подарками, как и все российские нейтральные участники Игр-2026 на встрече с главой ОКР. Все-таки прогресс наличествует — после Игр-2024 участников на этом уровне не принимали, планшетами и телефонами от имени государства не одаривали.

Но это все маленькие радости реальных участников, которым постарались хоть как-то компенсировать моральные и физические издержки, а здесь — про вынужденно виртуальных участников, которых отобрал ОКР. Способ отбора при всей внешней простоте — поощрить тех олимпийцев, кто продолжает карьеру и теоретически мог бы участвовать в очередных Играх, — обнаруживает очевидные слабости.

• Во-первых, далеко не все из участников прежних Олимпиад остаются в кандидатах на поездку и показывают достойные нового участия результаты.
• Во-вторых, при этой системе за бортом оказываются реальные члены сборной, не имеющие олимпийских заслуг, — пропустившие предыдущие Игры или в силу возраста, или из-за травмы, или из-за сильной конкуренции, но достигшие оптимальной формы именно к этим конкретным Играм.
• В-третьих, совершенно непонятно, что делать, к примеру, с хоккеистами — понятно, что они меньше всего нуждаются в финансовой помощи, но разные случаи бывают, порой и этой категории лишняя копеечка не помешает.

Так вот, действующих победителей и призеров Пхенчхана-2018 и Пекина-2022 достаточно много, под тридцать человек, но суть в том, что практически никто из них даже в нейтральном статусе в Милан бы не попал — и не потому, что командные виды дольше всего будут оставаться под санкциями, а потому, что чисто теоретически на Игры-26 отправилась бы российская сборная, в подавляющем большинстве составленная из игроков НХЛ. И самые обиженные в этом случае — те же суперзвезды Александр Овечкин и Евгений Малкин, лишившиеся возможности в последний раз побороться за олимпийское золото. По каким бы критериям оценили стоимость их неучастия — да всё по тем же, как участникам Игр в Сочи-2014, в размере 150 тысяч рублей.

Звучит анекдотично. Что же касается всего остального, то, согласно официальной позиции, «это покажет, что страна ценит труд и достижения своих атлетов, независимо от внешних обстоятельств… Выплаты могут стать дополнительной мотивацией для спортсменов продолжить карьеру и готовиться к новым стартам».

Не все же имеют возможность, как феномен Александр Большунов, получить за прошлые заслуги еще два с лишним миллиона. Для тех олимпийских кандидатов, которые вообще не вписываются в схему, самый популярный заработок — на внутренних стартах, а также на стартах «с международным контекстом».

Опыт поощрения за неучастие, пусть и вынужденное, — опыт диковатый, как и его реализация, по крайней мере в отношении победителей и призеров: свои призовые, и немалые, они уже получили, выплачивать именно за это дополнительные бонусы не очень логично, если только не считать, что государство на этих тратах не обеднеет. Понятно, что спортивные чиновники ищут разные способы, чтобы удержать на уровне спорт высоких достижений, материальный стимул здесь едва ли не самый главный, но только на нем не продержишься, и понятно, что триумфального возвращения российского спорта на международную арену ожидать не стоит.

Ясно и то, что конкретное распределение средств за неучастие, изначально страдающее однобоким подходом, добавит нервозности спортивному сообществу, которое и без того пятый год находится в стрессовом состоянии. И ближайшие перспективы, несмотря на заверения того же Михаила Дегтярева, далеко не радужные — даже если Олимпийский комитет России восстановят в правах, распростертых объятий не будет, и автобан по направлению на Лос-Анджелес-2028 не откроется.

А значит, «приказ о выплатах за неучастие» в архив сдавать рано. Еще пригодится.