Он был рукоположен в баптистские священники, но никогда не имел собственной церкви. В более широком смысле он служил всей стране и перекинул «исторический мост»: от доктора Мартина Лютера Кинга — организатора кампании за равноправие афроамериканцев (кстати, именно Джесси Джексон активно внедрял это слово в лексикон, подчеркивая связь чернокожих американцев с исторической родиной), до Барака Обамы, первого в истории президента — представителя черной расы. «Мы стояли на его плечах» — так отозвался о кончине Джексона Обама.

Лидер меньшинства в палате представителей Хаким Джеффрис назвал Джексона «легендарным голосом для тех, кто не мог говорить, могущественным борцом за гражданские права и выдающимся первопроходцем». Бернис Кинг, младшая дочь М.Л. Кинга, опубликовала фотографию Джексона со своим покойным отцом с подписью: «Оба предка». Мэр Нью-Йорка Зохран Мамдани, родившийся через семь лет после президентской кампании Джексона в 1984 году, написал так: «Он маршировал, он выдвигался, он организовывал и он проповедовал справедливость без извинений. Пусть мы чтим его не только словами, но и борьбой».

Отношения Джексона и Трампа начались в 1980-х годах и со временем претерпели кардинальные изменения. Они вместе фотографировались на боксерских поединках Майка Тайсона. В 1999 году, когда Трамп недолго рассматривал возможность баллотироваться в президенты от Партии реформ, Джексон положительно отзывался о нем, хваля его деловые достижения и готовность к взаимодействию с меньшинствами. Трамп, в свою очередь, предоставил офисные помещения для созданной Джексоном общественной правозащитной коалиции Rainbow PUSH по адресу Уолл-стрит, 40. С приходом Трампа в Белый дом отношения резко ухудшились. Джексон стал яростным критиком президента, предупреждая, что его риторика «сеет тучи» разделения и страха. Он осудил позицию Трампа по вопросам иммиграции, избирательных прав и расовых меньшинств, утверждая, что политика администрации нанесла вред общинам, за которые Джексон боролся десятилетиями.

В своем заявлении Трамп, как обычно, похвалил «себя, любимого» и вспомнил об Обаме, перед которым он так и не извинился после публикации на своей платформе соцсетей видео, где бывшая первая пара Америки — Барак и Мишель — изображена в виде обезьян. В этот раз, вспоминая Джексона, Трамп написал в соцсети Truth Social: «Несмотря на то что меня ложно и постоянно называют расистом негодяи и безумцы из числа радикальных левых, все демократы, мне всегда было приятно помогать Джесси» и далее: «Он имел большое отношение к избранию Барака Хусейна Обамы, человека, которого Джесси терпеть не мог, хотя и не упомянул об этом».

Парадокс в том, что, как это ни кощунственно звучит для представителей левого крыла демпартии, в человеческом плане эта пара довольно схожа. Оба — харизматики и импровизаторы, способные увлечь за собой толпы народа, в этом главный секрет их успеха. Оба бывали очень неточны, представляли факты весьма произвольно и затем переиначивали собственные слова. Прошлое обоих богато «скелетами в шкафу».

Соратник Кинга, вызывавший ревность других

«Сохраняйте надежду» — главный лозунг Джесси Джексона вошел в историю и почти так же известен, как слова исторической речи Кинга: «У меня есть мечта». На протяжении десятилетий Джексон говорил представителям своей расы, других меньшинств Америки — расовых, национальных и сексуальных — «Сохраняйте надежду» и «Свобода не дается бесплатно».

Вспоминает обозреватель Washington Post Эдвард Уолш: «При росте 188 см, с силой и плавной грацией спортсмена, он производил сильное впечатление, куда бы ни пошел. Как оратор, он был невероятно энергичен. Ораторский стиль преподобного Джексона… был основан на традициях афроамериканских церквей Юга. Он начинал медленно, почти в разговорном тоне, и постепенно наращивал накал страстей, доводя некоторых слушателей до слез».

Я — кто-то.

Я, может быть, и беден, но я — кто-то.

Я, может быть, и получаю пособие, но я — кто-то.

Я, может быть, и не образован, но я — кто-то.

Я, может быть, и в тюрьме, но я — кто-то.

Я — кто-то. И его аудитория понимала это так: я — личность, я такой же человек, как и все вы.

Его настоящее имя — Джесси Луис Бернс, он родился в Гринвилле, Южная Каролина, 8 октября 1941 года. Его матери было всего 16 лет. Отец — 33-летний Ноа Робинсон — был сортировщиком хлопка и уважаемым членом общины. Он жил по соседству и был женат на другой женщине. Через два года после рождения сына Хелен Бернс вышла замуж за Чарльза Джексона, почтового работника, который усыновил Джесси, но далеко не сразу — через 14 лет. А когда у отчима родился собственный ребенок, Джесси отправили жить к бабушке. В средней школе для афроамериканцев (напомню, тогда в США еще так не говорили) в Стерлинге Джесси Джексон был хорошим учеником и выдающимся спортсменом. Его спортивные способности принесли ему стипендию в Университете Иллинойса, но он ушел оттуда через год. Он долгое время утверждал, что ушел, потому что тренеры сказали ему, что не будут ставить чернокожего студента на позицию квотербека (ключевая позиция в американском футболе, «мозг команды»). Спустя годы репортеры обнаружили, что квотербеком Иллинойса в то время был другой афроамериканец, Мел Майерс.

Джексон перевелся в Северо-Каролинский сельскохозяйственный и технический колледж (ныне Университет штата Северная Каролина), учебное заведение преимущественно для чернокожих. Там он познакомился с Жаклин Браун, на которой женился в 1962 году. Она — мать пятерых детей активиста. Джексон окончил колледж в 1964 году со степенью бакалавра социологии и получил грант Фонда Рокфеллера для обучения в Чикагской теологической семинарии. Там он бросил учебу через два года, чтобы посвятить себя защите гражданских прав. Джексон любил вспоминать, что в семинарии его итоговая оценка за проповедь была D (наша «тройка с минусом»). Курс требовал от студентов заранее писать проповеди, но Джексон настаивал на том, чтобы просто встать в классе и начать говорить. Он верил в себя, в свою исключительность», — вспоминали соратники доктора Кинга. И когда он привел с собой в Сельму, штат Алабама, на исторический марш за избирательные права группу студентов и даже несколько преподавателей, он сразу дал понять, что «пришел, чтобы остаться» и стать правой рукой Кинга. Он произнес настолько яркую речь, что МЛК (так здесь часто называют доктора Кинга) назначил его директором кампании SCLC, которая оказывала давление на предприятия, чтобы те нанимали и продвигали чернокожих работников. Напористость Джексона вскоре создала напряженность в отношениях с другими помощниками Кинга. Лидер тоже, в конце концов, разозлился на дерзкого молодого активиста, однажды сказав ему: «Если хочешь занять свою нишу в обществе — пожалуйста, но, ради бога, не беспокой меня».

Мартин Лютер Кинг был застрелен снайпером 4 апреля 1968 года, когда стоял на балконе мотеля «Лоррейн» в Мемфисе. Джексон в это время находился во дворе мотеля. Он срочно вернулся в Чикаго, в водолазке с кровавыми пятнами, договорился об интервью на местных телевизионных программах и в программе «Сегодня» на канале NBC, заявив репортерам, что Кинг умер у него на руках. Этот рассказ о последних мгновениях жизни Кинга возмутили других помощников, которые категорически отрицали такую версию событий. Но цель была достигнута — общенациональная известность.

После гибели Кинга у Джексона возникли проблемы с дисциплиной в его организации, и Джесси даже временно отстранили от должности на 60 дней. В декабре 1971 года он объявил о создании новой организации по защите гражданских прав: Operation PUSH — первоначально People United to Save Humanity («Люди, объединенные, чтобы спасти человечество»), позже переименованной в People United to Serve Humanity («Люди, объединенные, чтобы служить человечеству»). Он работает по 18–20 часов в сутки, неустанно ездит по стране. В школах призывает учеников из неблагополучных семей делать домашнее задание, избегать наркотиков и усердно учиться. На предприятиях агитирует рабочих-афроамериканцев бороться за свои права, а начальникам угрожает забастовками и бойкотом, если те не будут нанимать в работники чернокожих и закупать товары у предпринимателей-афроамериканцев.

Критики назовут это формой вымогательства и даже коррупцией, когда некоторые чернокожие бизнесмены, получившие выгоду от кампаний PUSH, стали крупными спонсорами президентских компаний Джексона. В 2001 году в интервью газете Los Angeles Times Т. Дж. Роджерс, президент компании Cypress Semiconductors в Сан-Хосе, вспоминал, как это выглядело со стороны бизнесменов: «Основной механизм вымогательства заключается в том, что он объявляет о расизме на основе сомнительной статистики. Затем он дает вам шанс покаяться — и основной способ — дать Джесси деньги. Угроза в том, что вас назовут расистом, если вы этого не сделаете. Это пугает руководителей предприятий». За более чем двенадцать лет организации Джексона получили около 17 млн долларов в виде государственных грантов и частных пожертвований. Аудиты показали, что они часто находились в состоянии хаоса, отличались плохим управлением, недостаточным контролем за выполнением планов и слабым финансовым контролем.

По словам людей, тесно работавших с преподобным Джексоном, одной из причин неэффективности было то, что он ценил преданность превыше всего, включая компетентность. «Преданность, абсолютная преданность, всегда была для него самым важным, а не это — можешь ли ты выполнить работу», — сказал бывший сотрудник PUSH газете Los Angeles Times в 1987 году. И опять возникает аналогия с Трампом сегодня.

Джексон дважды выдвигался на президентских выборах, проиграв в 1984-м номинацию демпартии тогдашнему вице-президенту Уолтеру Мондейлу и отстав от сенатора Гэри Харта, а через четыре года стал вторым на съезде после Майкла Дукакиса. И после Джексон оставался важной фигурой в Демократической партии. Его кампании по регистрации избирателей добавили в списки миллионы человек, в основном сторонников демократов. Он был близким соратником президента Билла Клинтона и одним из его духовных наставников во время процесса импичмента после скандала с Моникой Левински. Клинтон назначил его специальным посланником в Африку, а в 2000 году наградил его Президентской медалью Свободы, высшей гражданской наградой страны.

Но политическая мечта Джексона объединить эту коалицию с белым рабочим классом Америки, чтобы навсегда здесь воцарилась социальная справедливость, так и осталась утопией. Хотя в нее продолжают верить представители левого, «прогрессивного» крыла демпартии, такие как конгрессвумен Александрия Окасио-Кортес или нынешний мэр Нью-Йорка Мамдани. Его идеи вдохновили движение BLM. Со всеми его дикими «перекосами» — в виде сноса памятников и коленопреклонненой чисткой обуви афроамериканцам.

И еще о «пятнах» в репутации этой, безусловно, исторической фигуры. В начале избирательной кампании 1984 года журналист Милтон Коулман сообщил, что в разговоре с ним преподобный Джексон назвал евреев «хайми», а Нью-Йорк — «хаймитауном». Это оскорбительный термин в отношении евреев из языка африкаанс (язык буров-выходцев из Нидерландов, они смело сражались за независимость против Британии, но, увы, были расистами). Он также не спешил отказываться от поддержки лидера «Нации ислама» Луиса Фаррахана, который имел историю антисемитских высказываний. В конце концов преподобный Джексон извинился за замечание о «хайми».

Кстати,

Как отмечают критики, он не только обнимался на фото с Ясиром Арафатом, его организация получила 200 тыс. долларов пожертвований от Лиги арабских государств, Конфедерации арабских стран и ООП. Для 1978–1981 гг. — совсем немалые деньги.

В 2001 году таблоид National Enquirer сообщил, что преподобный Джексон стал отцом девочки Эшли Джексон от Карин Стэнфорд, бывшего исполнительного директора филиала Rainbow/PUSH в Вашингтоне. Джексон принес извинения своей семье и последователям. «Я очень люблю этого ребенка и взял на себя ответственность за ее эмоциональную и финансовую поддержку с момента ее рождения» — отметил активист. Символично, если вспомнить, что сам он родился вне брака.

Еще один символ, если вспомнить о неоднозначном прошлом активиста, — политическое фиаско его сына. Джесси Джексон-младший, демократ, представлял Иллинойс в Конгрессе с 1995 по 2012 год и отсидел два года в тюрьме после того, как в 2013 году признал себя виновным в расходовании 750 тыс. долларов из средств избирательной кампании на личные нужды. «Мое сердце горит, — сказал тогда преподобный Джексон. — Как я всегда говорю своим детям, чемпионы должны играть, несмотря на боль. Нельзя просто уйти с поля, потому что тебе больно». В октябре его сын объявил о намерении снова баллотироваться в Конгресс, начав свою кампанию в день 84-летия отца.

Отойдя от дел в правозащитной организации, Джесси Джексон тем не менее буквально до самой смерти появлялся уже в кресле-каталке на акциях протеста, выступал против иммиграционной политики Трампа. Хотя семья не сообщила пока причину смерти, в последнее десятилетие он тяжело болел. В 2017 году правозащитник рассказал, что у него диагностировали болезнь Паркинсона — еще в 2013 году. В 2025-м диагноз уточнили: стало известно, что на протяжении более чем десяти лет Джексон жил с прогрессирующим нейродегенеративным заболеванием, которое влияет на способность человека ходить и глотать.

В заключении цитата из некролога «Нью-Йорк таймс», где, по-моему, максимально объективно названы многочисленные плюсы и минусы эпохального человека, оставившего след в американской истории: «Его возвышенная риторика была неотделима от несовершенной человеческой личности, чье эго, инстинкт саморекламы и личные недостатки были источником бесконечного раздражения для многих друзей и поклонников, а также объектом насмешек со стороны многих критиков… Тем не менее он предложил широкое видение возможностей для американцев, которое, по словам его поклонников, помогло изменить ландшафт возможностей для всей страны».

Вашингтон