Интервью · Общество

Молчание — в золото

Ювелирная работа по созданию гражданской солидарности

Этот материал вышел в № 29 от 21 марта 2022. Понедельник
Читать номер
Этот материал вышел
в № 29 от 21 марта 2022. Понедельник
Сергей Мостовщиков
views
56388
Сергей Мостовщиков
views
56388

Три недели мы живем в новом мире и пока толком в нем не разобрались. Приходится спрашивать у тех, кто сделал что-то реальное в мире прошлом, был в нем нужен, влиял на его осмысленность и собирался изменить к лучшему. К примеру, Наталья Брянцева — владелица нескольких популярных столичных ювелирных магазинов Avgvst. Они предлагают при помощи украшений самовыражаться людям, которые обычно не носят никаких украшений. Среди прочего милого и женственного здесь можно купить, например, подвеску со словами «ПЕРЕМЕН» или «ИНОАГЕНТ». Серебром и золотом Наталья Брянцева в прежнем мире украшала молодых людей России до начала так называемой спецоперации, которая, как обещано, теперь открывает им путь в русский мир, полный достоинства, безопасности, процветания и уверенности в завтрашнем дне. В этом интервью мы обсудили, получилось ли туда попасть.

Наталья Брянцева. Фото: Юрий Козырев / «Новая газета»

Наташа, как можно описать текущее положение ваших дел?

— На самом деле риск-факторов сейчас так много, что выделить из них что-то особое, что действительно повлияет на бизнес, пока очень сложно. Мы имеем дело со всем сразу: от перераспределения всех коммуникационных и дистрибуционных каналов до снижения покупательского спроса и дичайшего увеличения себестоимости. Это просто какой-то файерболл из проблем. Еще к тому же на днях прилетела новая штука: за три дня принят закон о том, что нежданно-негаданно меняются все режимы упрощенной системы налогообложения для ювелирки. Это тоже добавляет нам проблем.

Может быть, мы попытаемся распутать этот огненный клубок постепенно? Скажите для начала пару слов о том, как вообще был устроен ваш бизнес до 24 февраля 2022 года.

— «Август» — это независимая ювелирная марка, которая представлена четырьмя офлайновыми магазинами, интернет-магазином и неокрепшим еще европейским онлайн-магазином с европейским же складом. На момент начала событий у нас был нарисован и абсолютно реалистично спрогнозирован план интенсивного роста.

К концу 2024 года мы должны были стать миллиардной компанией. У меня на почте висел договор аренды на открытие парижского магазина в квартале Маре с очень красивой витриной.

У нас были на этапе переговоров и подготовки очень классные совместные проекты со стриминговым сервисом Spotify и глобальным спортивным брендом.

Мы сделали все это всего за семь лет. Мы — дизайнерская ювелирка, серебряная и золотая, в ценовом сегменте от 9 до 20 тысяч рублей. Помимо этого, у нас есть еще направление неювелирного ассортимента типа канцелярских предметов, часов, очков и так далее. Наверное, мы — самый крупный независимый дизайнерский ювелирный бренд в России. Статистику никакую на этот счет никто не ведет, но, судя по всему, это так. Мы сделали это сами с нуля. Никто и никогда в нас не инвестировал, мы никогда не брали кредитов. Это был естественный рост, органический и живой. И мы пришли в этот год, честно говоря, с большим оптимизмом. С большой уверенностью в себе и своих силах. Но все эти планы, они отвалились. Вот.

А как произошло это отваливание? Можете описать в динамике?

— Ну понятно, что парижский магазин мы бы финансировали за счет прибыли нашего российского бизнеса. Но теперь этот путь закрыт, мы не сможем вывести деньги. Закрыты все совместные с европейцами проекты. Мы смотрели в Москве место под новый магазин, в самом центре, на Петровке. Он должен был быть очень особенным, не похожим ни на один привычный наш магазин. Но мы теперь не понимаем даже, как будут функционировать наши текущие площадки. Поэтому мы поставили на стоп все наши планы по какому-либо развитию. Задача — сохранить то, что пока есть. Магазины, команду. С учетом контрактных производств это где-то около 100 человек, которые так или иначе зависят от развития событий.

Фото: Avgvst

События развиваются пока не рационально, а эмоционально, как мне кажется. Как бы вы описали эти эмоции? Ужас. Или ужас-ужас-ужас.

— Мы так растеряны, что даже не с чем сравнить. Точка координат степени ужаса, она отсутствует. И в этом как раз — самая нервозность. Сложно понять, сможет ли рынок адаптироваться. Что будет с покупательским спросом. Понятно, что будет хуже. Но насколько? Так что нет у меня возможности определить степень ужаса. При этом лично у меня сейчас морально — довольно стабильное состояние, чего я не могла о себе сказать еще, скажем, неделю назад. Без оптимизма, наверное, вообще нельзя жить. Поэтому мы очень верим в то, что наша аудитория, аудитория нашего бренда… Не люблю я слово «комьюнити», но почему-то применительно к нам его используют… Мы его сами стараемся не применять, какое-то оно неживое, на мой вкус. Но тем не менее. Мы надеемся, что в коммуникации с этим комьюнити мы занимались чем-то бо́льшим, чем просто коммерция. Поэтому мы видим большую поддержку от наших клиентов и партнеров и очень надеемся, что она позволит продержаться, даже если все мы станем жить менее комфортно.

Когда вы говорите, что занимаетесь чем-то бо́льшим, чем просто коммерция, что конкретно вы имеете в виду?

— Понимаете, ну вот мы вроде ювелирка. Это что-то такое про декоративное, наивное и отчасти магическое — камни, аметисты, волшебство. Но

в какой-то момент мы поняли и заметили, что украшения, которые мы делаем, — это не амулеты. С их помощью можно дать самим себе какое-то обещание.

Мы даем людям способ безопасного самовыражения. Написать что-то в фейсбуке страшно, а надеть на себя какую-то такую штуку, которая выражает позицию к происходящему, — красиво. Поэтому я надеюсь, что мы сможем продолжить делать актуальные высказывания в серебре да в золоте.

Это привлекает думающую и критически мыслящую аудиторию, а не людей, которые ценят просто побрякушки. Мы между собой даже подумали, что бизнес, да, может просесть в размерах, но наши люди — они останутся. Да, нам вместе с ними будет непросто, но мы будем вместе. Тем более что у нас появляется возможность, которую обрубили у медиа. Мы символами можем говорить то непроизносимое, что всем и так понятно. И мы будем стараться это делать.

Вы, наверное, общаетесь не только с клиентами, но и с большим кругом людей в российском бизнесе. Как бы вы описали их настроение сейчас?

— Мы созванивались сейчас с очень продвинутыми ретейлерами —приятными ребятами, такими же запаренными на смыслах, на том, что именно ты делаешь. И это катастрофа, должна я сказать. Бизнес не просто под угрозой выживания, он будет закрыт. Не буду называть конкретные имена, но вот я знаю людей, у которых было около 50 точек продаж по Европе и миру, что очень круто. Все европейские партнеры сейчас все отменили, при том что ребята все деньги вложили в производство и теперь не смогут получить свои заказы. Это просто полный развал.

У нас хотя бы есть стабильное производство в России, а у людей все накрылось медным тазом.

В модной сезонной среде, в которой я тоже вращаюсь, у них фишка в том, что деньги уже были вложены в товар, который должен был продаваться осенью и зимой этого года. Сейчас они фактически остались без какой-либо подушки финансовой безопасности.

Читайте также

Читайте также

«Ядерная война или Северная Корея. Больше вариантов не вижу»

Интервью блогера и писательницы Вероники Белоцерковской, которой грозит до 10 лет колонии за «ложную информацию о действиях армии РФ»

Как в этой ситуации людям удается держать себя в стабильном эмоциональном состоянии? Вот у вас лично есть какой-то способ?

— Вот я не думала, что когда-нибудь это скажу публично. Я один из самых больших скептиков и критиков всяческих практик. Но я сейчас медитирую, и мне это очень сильно помогает. Мы с командой договорились, что все выгружают друг другу все свои тревоги, и мы пытаемся каждую неделю все вместе поддерживать друг друга. Я лично говорю с каждым, и я говорю: тревожишься — звони и рассказывай. С самой собой я тоже пытаюсь разговаривать честно: в каком мы состоянии, какие риски и прогнозы. Я максимально открыто высказываюсь о том, что происходит.

Вы при этом оптимист? Вы видите какие-то позитивные выходы из нынешней ситуации?

— Знаете, если убрать за скобки возможность гражданской войны, которую я рассматриваю, то я почему-то верю, что ко всему можно адаптироваться.

Но я так понимаю, что вы сейчас не в России и речь, видимо, об этой адаптации?

— Слушайте, да нет. Так оказалось, что мы с семьей поехали отдыхать, думали на пару недель, но сейчас, видимо, пробудем месяц. Честно говоря, у меня вообще нет желания Родину покидать. Уж больно я люблю Россию. Не хочу я, чтобы она плохо себя чувствовала. Хочу, чтобы она продержалась. Не хочется мне думать, что все это — начало конца. Пока есть возможность здесь работать, будем работать. Меня как гражданина лично беспокоят поляризация и раскол в обществе. Мне кажется важным искать способы склеивать людей всеми силами. И если с помощью наших штук это получится сделать, мы будем это делать.

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе — запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

#спецоперация #цены #рынок #кризис #ювелиры
Электронное периодическое издание «Новая газета» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия 08 июня 2007 г. Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-28483. Выходные данные: Учредитель — ЗАО «Издательский дом «Новая газета». Редакция — АНО «Редакционно-издательский дом «Новая газета». Главный редактор — Муратов Дмитрий Андреевич. Адрес: 101990, г. Москва, Потаповский пер., 3. 18+. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.