Интервью · Политика

«Несколько управлений ФСБ считают меня личным врагом»

Белорусский оппозиционер, адвокат Алесь Михалевич — о том, как быть, если ты политэмигрант и на тебя идет охота

views
8592
views
8592

То и дело мы читаем о деятелях оппозиции, покинувших родную страну. Кого-то выдавливают, кто-то бежит от уголовного преследования. Но часто на этом история не кончается, власть преследует неугодных и за границей. Требует экстрадиции, объявляет в розыск по линии Интерпола. О том, что делать человеку, на которого идет охота, «Новой» рассказывает адвокат Чешской палаты адвокатов Алесь Михалевич, белорусский оппозиционер, в прошлом кандидат в президенты. Он на собственном опыте испытал, что такое быть беглецом.

Алесь Михалевич. Фото из личного архива

Как вы оказались в бегах?

— Началось все в 2010-м. Меня всегда интересовала политика, еще студентом я активно участвовал в протестных акциях. И пользуясь поддержкой общественных организаций, решил баллотироваться в президенты. Я не питал иллюзий насчет избирательного процесса, но не представлял, насколько беззастенчив режим в борьбе с оппонентами.

Меня задержали в ночь выборов в моем избирательном штабе, потребовали зачитать кляузу с осуждением других кандидатов. Я отказался и оказался в тюрьме. Со мной сидели бизнесмены, руководители крупных госпредприятий, другие политики, бросившие вызов режиму, и даже бывшие чиновники, от которых решили избавиться.

Чем бы ты ни занимался в Беларуси, но стоит стать успешным и самостоятельным — и ты рискуешь оказаться за решеткой.

Поводом может стать что угодно.

Долго сидели?

— Недолго, но жестко. Меня пытались завербовать, предложили стать агентом КГБ. Спустя полтора месяца пыток я осознал: единственный способ выйти из тюрьмы — подписать договор о сотрудничестве, что я и сделал и уже спустя пару часов оказался на свободе.

В 2010-м уже пытали?

— Еще как. Конечно, это не идет в сравнение с тем, что спустя десять лет происходило на Окрестина и происходит в «Американке» сейчас. Но физическое и психологическое насилие активно применялось уже тогда. Избиения за малейшее неповиновение, голое построение заключенных в коридоре, подвешивание, связывание, заламывание рук, запугивание, угрозы сексуального насилия. Моим адвокатам закрыли доступ в СИЗО, чтобы они не видели, что там творится, не видели следов побоев на моем теле.

Но вас все-таки завербовали?

— Это им так показалось. Выйдя, я сразу провел пресс-конференцию и рассказал о пытках, о том, что я ни в коем случае не стану сотрудничать с КГБ. Для Комитета это стало сюрпризом: они тут же заявили, что ничего мне не предлагали, даже смонтировали передачу с кадрами допросов, чтобы показать, как хорошо со мной обращались, угощали чаем. Возможно, я единственный человек в Беларуси, про которого КГБ выпустил официальное заявление, что я не являюсь агентом.

Как вам удалось покинуть территорию Беларуси?

— Как только появилась возможность, я нарушил подписку о невыезде и сбежал через Россию в Украину, а оттуда — в Европу. В те годы президентом Украины был Янукович, его отношения с Лукашенко казались теплыми. Я понимал, что оставаться в Украине опасно, и срочно улетел в Чехию, где запросил убежище и за неделю получил статус беженца. Мое дело широко освещалось в прессе, и это было относительно просто.

А вскоре я узнал, что меня объявили в международный розыск.

Что это означает на практике?

— Я значился в международных базах, несколько раз меня арестовывали в международных аэропортах. В Нью-Йорке я просидел десять часов. В Варшаве тоже арестовали, но почти сразу выпустили, понимая, что дело шито политическими нитками. В Испании полиция часто заглядывала в отель для проверки документов. В других странах, например, в Турции или Черногории, периодически всплывали «остаточные проблемы»: из международной базы меня уже исключили, а из национальной — нет.

Но в итоге вы все же вывернулись.

— Вывернулся благодаря тому, что с головой погрузился в тему, проштудировал всю правовую базу, познакомился с правозащитниками и юристами, с бывшими сотрудниками Интерпола. Я понял, как работает система, а это главное. Вскоре ко мне стали обращаться за помощью люди, объявленные в международный розыск, внесенные в базу Интерпола. Десятки людей из Беларуси, России, Узбекистана, Грузии и других стран. Сейчас мое бюро специализируется на взаимодействии с Интерполом, вопросах экстрадиции, иногда оказываем правовое сопровождение просителей убежища. Доля россиян среди моих клиентов подавляющая. Не называю имен, но до меня доходила информация, что руководители нескольких управлений ФСБ в российских регионах считают меня личным врагом, я помешал их планам по экстрадиции подозреваемых на родину.

Фото: страница Алеся Михалевича в Facebook

Речь идет о политических делах или об уголовных?

— Около половины российских клиентов проходили обвиняемыми по 159-й статье УК: «Мошенничество». Но не секрет, что зачастую неугодных пытаются «протянуть через уголовку», против человека возбуждают дело, например, по 210-й статье УК («Организация преступного сообщества»), что позволяет сколь угодно долго держать его в СИЗО и гарантированно довести до обвинительного приговора. Хочу подчеркнуть, что мое бюро не занимается делами, связанными с убийствами, наркотиками или изнасилованиями. С подозреваемыми по подобным делам мы работаем, только если есть признаки полной сфабрикованности дела.

Кого легче защищать, бизнесменов или политических?

— Безусловно, политических: с ними зачастую и так все понятно, плюс широкое освещение в прессе, плюс негативный имиджевый фон вокруг Беларуси и России за рубежом. Защищать бизнесменов куда труднее: тяжелее объяснить бытующие в России реалии. Помните, какой фурор произвели в Верховном суде Лондона разбирательства между Березовским и Абрамовичем, когда британские журналисты на пальцах объясняли, что такое kidalovo, krysha и otkat? Не секрет, что и сегодня многие бизнесмены из-за конфликтов с федеральными и региональными руководителями попадают в опалу, а следом и под уголовный пресс.

Раз уж упомянули Абрамовича. Недавно широко обсуждалось получение им гражданства Португалии. Насколько это легальная процедура с точки зрения международного права?

— В Португалии работает совершенно легальная схема получения национального гражданства для потомков евреев-сефардов. Но она требует многих часов работы юристов, архивных работников и других специалистов, поэтому доступна только тем, у кого есть деньги, несколько сотен тысяч евро. Другие страны тоже предлагают такие варианты, например, Румыния или Польша.

А если нет таких сумасшедших денег?

— Можно пойти двумя путями: получение вида на жительство с последующим получением гражданства (это занимает несколько лет, в Польше — до восьми). А если человек находится в международном розыске по политическим мотивам, он может податься на международную защиту, которая рассматривается от полугода до нескольких лет, но может действовать даже пожизненно.

Наличие вида на жительство является страховкой от невыдачи по линии Интерпола?

— Нет.

Зачастую люди, получившие вид на жительство, думают, что обезопасили себя, для них становится неприятным сюрпризом запрос на экстрадицию.

Если человек попадает в базу Интерпола, власти страны проживания почти всегда начинают процесс рассмотрения возможности его экстрадиции. Человек, преследуемый по политическим причинам, может параллельно экстрадиционному процессу запросить политическое убежище, в случае успеха его не экстрадируют в страну, которая объявила его в розыск.

Каких стран стоит избегать таким людям?

— Ближний Восток, страны Юго-Восточной Азии, Испания, Италия, Греция. Мне рассказывали, что на Кипре руководительница местного отдела прокуратуры награждена медалью Российской Федерации, чем очень гордится. Много вопросов вызывает независимость латвийской судебной системы. В этих странах не привыкли вдаваться в детали и причины запросов, выдача может произойти довольно быстро. Лучше выбрать Польшу, Швецию или Германию, где суд потребует от запрашивающей стороны все обоснования для выдачи человека и будет разбираться детально.

Фото из личного архива Алеся Михалевича

Объясните неспециалисту, как происходит процедура объявления человека в розыск через Интерпол.

— Национальное бюро Интерпола обычно является частью полиции страны, его подразделением. Например, бюро Интерпола России входит в структуру МВД РФ. Когда человека объявляют в международный розыск, это должно произойти в соответствии с национальным законодательством, с правилами Интерпола и согласно конституции Интерпола. Если одно из требований нарушено, это может быть использовано для исключения человека из базы розыска. Некоторые запросы самостоятельно отсекает Генсекретариат, а в случае обращения адвокатов происходит рассмотрение комиссией по контролю файлов, созданной при Интерполе, которая и принимает решение, были нарушены правила или нет. Важны нарушения именно международной части процедур. Многие не до конца понимают, что доказательства их невиновности для Интерпола почти не имеют значения. В подавляющем большинстве случаев комиссия ответит, что рассматривать подобные доказательства — дело национальных органов.

В чем разница между международным розыском и экстрадицией?

— В международный розыск подает та страна, где заведено уголовное дело, именно она выписывает международный ордер на арест. Дальше информация о существовании ордера направляется в другие страны, чаще всего по каналам Интерпола. Есть и другие механизмы, например, база розыска СНГ, европейский ордер на арест и так далее. Если человек будет задержан в другой стране, то уже в ней начнется экстрадиционный процесс. Который, как и Интерпол, не рассматривает дело по существу, не устанавливает вины или невиновности, решают только одно — можно выдавать человека в запросившую страну, или нет.

Чаще всего запросы на объявление в международный розыск воспринимаются Интерполом серьезно. Но бывают исключения. В апреле 2021-го Следственный комитет Беларуси объявил в международный розыск многих лидеров протеста. В том числе трехкратную олимпийскую призерку, руководительницу Белорусского фонда спортивной солидарности Александру Герасименю и исполнительного директора фонда Александра Опейкина. Это произошло после того, как Герасименя и Опейкин добились введения санкций МОК лично против Лукашенко и организовали кампанию по отмене чемпионата мира по хоккею в Беларуси. Им вменяли в вину «совершение действий, направленных на причинение вреда национальной безопасности Республики Беларусь». Беларусь объявила их в международный розыск, но подтверждения по линии Интерпола не было.

Интерпол ведет взаимодействие с Беларусью с особым вниманием, понимая, что Лукашенко пытается использовать каналы международной полиции в своих целях, фактически для борьбы с неугодными.

Успешно пытается?

— Нет, по публичным фигурам провально. В октябре 2020 года Беларусь объявила в международный розыск Светлану Тихановскую, а затем члена Координационного совета оппозиции, главу Народного антикризисного управления экс-дипломата Павла Латушко. Беларусь сегодня — единственная страна Европы, где для передачи человека в международный розыск достаточно документа, подписанного следователем, но и здесь наломали дров: обращения в Интерпол на политиков и активистов были написаны чуть ли не под копирку. Всё это противоречит уставу Интерпола, и в обоих случаях — и по Тихановской, и по Латушко — Минск получил отказ.

Евгений Медведев специально для «Новой»

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе — запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

#экстрадиция #лукашенко #интерпол #беларусь #беженцы

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Спасибо!

close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera