Колонка · Общество

Криптомания: круги ADA

Идет гонка миров к успеху. Успех — это создать цифровое пространство, привлечь в него множество проектов для жизни и игры, бизнеса и творчества

Алексей Поликовский, Обозреватель «Новой»
views
410
Алексей Поликовский, Обозреватель «Новой»
views
410

Фото: Антон Климов

Выйдешь поутру в интернет — справа высятся в голубом небе футуристические домики Федерации, слева прячутся в синем море подводные туннели I2P, а впереди на полях, обильно удобренных инвесторами, привольно колосятся криптовалюты. Их много, каждый день прибавляются две-три новых, а общее число подбирается к семнадцати тысячам. Семнадцать тысяч одновременно существующих, развивающихся, продающихся, покупающихся криптовалют, за одними из которых стоят большие фирмы и фонды, а за другими небольшие кружки людей, включающие в себя программиста, маркетолога, менеджера.

Человек, живущий в нижнем мире приколоченных к своим местам сущностей, удивленно крутит головой, глядя на верхний мир, где сущности танцуют, пляшут и множатся. Зачем, ну зачем, ответьте, так много криптовалют? А затем, что эпохи сменились, падают не только памятники диктаторам и рабовладельцам, падают и мысли-тотемы, и мысли-фетиши.

Пала и мысль о том, что только государство имеет право учреждать деньги, и в раскрывшийся проем ринулись энтузиасты и творцы нового века, новой экономики и новых валют. 

Кого только среди них нет, кто только не шагает в этой процессии одержимых будущим футуристов, во главе которой идет человек-невидимка Сатоши Накамото, давший миру биткоин. Щуплый мальчик Виталик Бутерин, создавший Ethereum и бросивший вызов биткоину, следует за ним, но пока он следует и готовит переход на Ethereum 2.0, ему самому бросают вызов со всех сторон. И какие умы!

Канадско-российский программист, сооснователь проекта Ethereum Виталик Бутерин. Фото: John Phillips / Getty Images for TechCrunch

Украинец Анатолий Яковенко, бывший инженер Qualcomm, однажды перепил крепкого кофе и во время ночной бессонницы испытал озарение программиста, в результате которого возникла криптовалюта Solana, названная по имени калифорнийского пляжа. Американец математик Чарльз Хоскинсон, изучавший теорию чисел, но не выдержавший абстракций чистой науки и бросившийся в мир крипты, чтобы основать проект Cardano, названный именем Джероламо Кардано, итальянского математика и исследователя азартных игр, жившего в шестнадцатом веке. Монета этого проекта называется ADA, в честь дочери Байрона Августы Ады Кинг, графини Лавлейс. Графиня занималась математикой и была первым программистом в истории. Так что она тоже тут. Под ручку с ней идет американка китайского происхождения, увенчанная многими премиями профессор компьютерной инженерии и компьютерных наук Университета Беркли Давн Сонг, создавшая сеть Oasis, валюту которого она назвала Роза. И там, дальше, в огромной процессии людей, чей IQ зашкаливает и которые своими суммарными усилиями могут перепрограммировать весь мир, — еще сотни выпускников лучших вузов, и программистов, и инженеров, и финансистов, привлеченных заманчивым сиянием цифрового золота.

Профессор Калифорнийского университета в Беркли Давн Сонг. Фото: Matt Winkelmeyer / Getty Images for WIRED

Биткоин это просто валюта. Он был и остается самым первым, самым важным, самым ценным и самым известным платежным средством цифрового мира. Ethereum расширил понятие крипты — через смарт-контракты. Но теперь тренд другой. Лучшие умы создают не валюты, а миры. Один за другим возникают системы, предназначенные для коммуникации, контактов, бизнеса и жизни. У каждой из них своя крипта, все они продаются за доллары и евро, некоторые за франки и фунты, некоторые за рубли и тугрики, а также друг за друга. Это уже давно не игра фриков и не боковой ход бизнеса, а самая его передовая и продвинутая часть, создающая огромный динамичный, живущий в непрерывном потоке идей мир.

Собственная крипта стала непременным атрибутом проекта. Если есть проект, значит, у него должна быть своя крипта. Зачем? Для оплаты внутренних транзакций и для выхода в цифровую экономику, где развернутся главные события XXI века. Пусть проект не имеет отношения к финансам, а занимается чем-то другим — своя валюта все равно должна быть. Браузер Brave, создающий новую систему отношений рекламодателя и рекламозрителя, имеет свой токен BAT, проект IPFS — Межпланетная Файловая Система — свою крипту Filecoin. Имеют свою крипту компания GALA, создающая децентрализованные игры, и цифровой риелтор Decentraland, распродающий лакомые кусочки на виртуальных берегах. И старый добрый BitTorrent тоже завел себе валюту.

Идет гонка миров к успеху.

Успех — это создать способное к расширению цифровое пространство, в котором коммуникации будут удобнее, чем у конкурентов, а транзакции быстрее.

Успех — привлечь в это пространство множество проектов, которые расположатся в нем для жизни и игры, для бизнеса и творчества, привлечь в него человеческий ум и человеческую жажду деятельности. Успех — это создать такой супермир, который окажется привлекательным для творцов других, не столь больших миров, чтобы они захотели войти в него и существовать в нем. Успех — создать универсальный мир для отдельных независимых, изначально не способных к общению между собой блокчейнов. Такой мир будет мультиблокчейном, то есть даст разным блокчейнам возможность общаться друг с другом. Это делают, соревнуясь друг с другом, Polkadot, Avalanche, Cosmos и еще другие. И это так же удивительно, как если бы была планета, на которой жители иных планет — маленькие зеленые человечки, мыслящие светляки с антеннами, разумные кремниевые камни и Homo sapiens среди них — могли бы без проблем общаться друг с другом.

Фото: Pavlo Gonchar / SOPA Images / LightRocket via Getty Images

Идет конкуренция идей — кто вырвется вперед, кто привлечет больше инвестиций и таким образом сможет быстрее развиваться, кто угадает и удовлетворит самые насущные потребности. Нет крипты без идеи, теперь каждая крипта — иное название идеи. Среди них нет плохих, а есть прекрасные, изящные, остроумные. Cleo — это идея передачи денег через смартфоны, которых в мире шесть миллиардов; и если у человека есть смартфон, он может принимать и посылать деньги другому человеку со смартфоном в доли секунды, без посредников, без унылого заполнения многочисленных бумажек и банковских комиссий. И это уже работает. Dash — идея решительного выхода крипты в реальный мир, это кэш цифрового мира, которым можно расплачиваться за пиццу, за кофе и за многое другое. И это тоже работает. Ariva — это идея крипты для туризма и путешествий, которой можно оплачивать любые услуги и отели в любом конце земли, не занимаясь конвертацией валют и ношением долларов в одном кармане, евро в другом, а рублей в третьем.

Мы плавно движемся к миру, в котором у государств не будет исключительного права на создание валюты. Это право уже сейчас перешло к семнадцати тысячам творцов, которые создали многочисленные блокчейны и миры-матрешки, внутри которых размещаются другие миры. Государства имели это право много веков, но сейчас они превратились в узурпаторов, которые захватили то, что принадлежит всем.

Долгое время считалось, что государственные деньги обеспечены заводами, пароходами и золотом. Но Америка отменила золотое обеспечение доллара в 1971 году. Евро, доллары, лиры, фунты, рубли держатся не на материальном обеспечении, а на вере людей в них. Сила евро говорит о вере людей в Евросоюз, влияние доллара говорит о вере людей в силу и влияние Америки. Швейцарский франк есть материальное выражение веры в надежность Швейцарии. Рубль падает каждый раз, когда кто-то наверху говорит глупость — в этот момент у людей падает вера в разум государства.

Но если можно иметь валюту, обеспечением которой является вера людей в государство, то почему не может быть валюты, обеспечением которой будет вера в конкретный бизнес или просто в человека?

Фото: Антон Климов

Потому что есть люди, которым веришь больше, чем государствам.

Крипта Илона Маска имела бы успех. Ему не до этого, он занят ракетами, «Теслой» и подготовкой полета на Марс. Но он поддерживает крипту Dogecoin, и ее курс растет, потому что люди верят Маску.

Экологически чистая, построенная не на майнинге, а на стекинге крипта Греты Тунберг тоже имела бы успех.

Со временем утвердится мысль, что собственную крипту может иметь каждый человек, и это право будет записано в конституциях. Крипт будет сколько угодно; одни глобальные, другие локальные, третьи для фанатов футбола (уже сейчас есть токен для фанатов «Барселоны»), четвертая для читателей «Новой газеты», а еще — личные крипты людей и небольших компаний. Это работает уже сегодня. Свой токен на основе Ethereum или Ripple можно создать за полчаса, не имея больших знаний в программировании. Я собираюсь заняться этим на следующей неделе.

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе — запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

#криптовалюты #блокчейн #Ethereum #биткоин
Реклама

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Спасибо!

close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera