Репортажи · Общество

«Немного опухшенький»

О том, как получил свой четвертый срок простой нижегородский парень Рома Гусев, едва не насмерть забитый полицейскими

Этот материал вышел в № 114 от 11 октября 2021
Читать номер
Этот материал вышел
в № 114 от 11 октября 2021
views

61195

views

61195

Роман Гусев. Фото: Арден Аркман / «Новая газета»

19 апреля 2021 года житель Нижнего Новгорода Роман Гусев был задержан и избит полицейскими. Поводом для задержания стала бутылка виски, которую Гусев попытался украсть в супермаркете. В служебной «Газели» ему сломали челюсть и ребра, выбили зубы, он получил сотрясение мозга. 30 сентября Нижегородский окружной суд приговорил Романа Гусева к 1 году и 10 месяцам колонии строгого режима — однако вовсе не за бутылку виски. Свой срок он получил по делу о применении насилия к полицейскому — во время того, как силовик ломал Гусеву ногу о дверной проем «Газели», Гусев вырывался и сопротивлялся. СК не стал возбуждать дело в отношении полицейских, которые, по словам Гусева, избили его, «в связи с отсутствием в их действиях состава преступления». Видео с камеры наружного наблюдения, которая запечатлела часть конфликта, судья не приняла во внимание. 

Корреспонденты «Новой» съездили в Нижний Новгород на суд над Гусевым и разобрались в обстоятельствах этого дела.

Утро 30 сентября. Бледно-желтое дореволюционное здание Нижегородского окружного суда с пилястрами и развевающимся под хмурым небом триколором на крыше. Высокие деревянные двери суда изредка распахиваются, внутрь заходят мужчины в серых пальто с кожаными портфелями в руках и женщины в форме прокурорских работников. По местному Арбату — Большой Покровской улице, это на ней расположен суд, — проносятся без умолку болтающие студенты с кофейными стаканчиками и сгорбившиеся пенсионерки в невзрачных пуховиках. На лавке у суда под деревом сидит Роман Гусев, невысокий короткостриженный мужчина с сединой на висках и тюремной татуировкой на пальцах левой руки, и курит беззубым ртом крепкие недорогие сигареты — одну за другой. Если бы не отсутствие зубов и не эта татуировка на руке, Гусев вполне мог бы сойти за среднестатистического жителя российской провинции — он мог бы сойти за одного из тех людей, которые живут сейчас свой обычный четверг и идут по Большой Покровской по своим обычным делам, не обращая на Гусева никакого внимания.

Нижегородский окружной суд. Фото: Арден Аркман / «Новая газета»

Он и одет так же, как они, — синие джинсы, отутюженный синий свитер, из под-которого выглядывает воротник синей рубашки, черная куртка. И утро его началось примерно так же, как и у них: он проснулся в своей съемной однушке на окраине Нижнего (светлая квартира с хорошим ремонтом, большой кроватью, огромным телевизором и грилем на кухне, с иконами на полках в коридоре), позавтракал с женой, высокой блондинкой Натальей Брандуковой. А потом поехал с ней в Нижегородский райсуд — без вещей, не веря, что домой ему сегодня уже не вернуться.

Гусев курит на лавке у суда, пока судья Маргарита Толстякова пишет ему приговор. Сегодня у нее еще два заседания по другим делам. Несколько минут назад закончилось эмоциональное выступление адвоката Гусева Натальи Добронравовой, Толстякова удалилась в совещательную комнату для вынесения решения, а Гусев, обняв плачущую жену в белоснежном зале заседаний с огромным золотым гербом над креслом судьи, вышел с ней на улицу. Кроме нее никто из близких Гусева на суд не пришел — да и из неблизких пришли только журналисты местного телеканала и юрист Комитета против пыток Кристина Диогидзе (Комитет проводит общественное расследование по факту избиения Гусева в полицейской машине). «У меня родители пенсионеры, у родственников у всех семьи, все заняты, — искренне удивляется Гусев, когда я спрашиваю его, почему никто, кроме Натальи, не пришел его поддержать. — Родители в курсе, что идет какое-то разбирательство, но зачем им нервничать? Матери тяжело ходить, у отца сахарный диабет. После приговора им скажу».

Роман Гусев с женой Натальей Брандуковой после вынесения приговора. Фото: Арден Аркман / «Новая газета»

Гусев говорит об этом так, словно это какая-то повседневная вещь — и я все расспрашиваю его о жизни и о том задержании, пытаясь найти настоящую трагедию в его рассказе.

И вскоре понимаю, что трагедия тут не в том, что произошло с Гусевым. А в том, что никому Гусева не будет жалко.

Ни студентам с кофейными стаканчиками, ни старушкам в невзрачных пуховиках, ни друзьям, ни соседям. Общество, узнав историю Гусева, скажет, что эта история с кражей бутылки и последующим избиением — в целом вписывается в сюжет его жизни. Гусев несколько раз сидел, на нем до сих пор висит непогашенная судимость — и таким, как он, общество не сочувствует. Про таких, как он, общество говорит: «Сам виноват». А для правоохранителей его жизнь по определению ничего не стоит, его проступки караются строже, и сегодня у него нет шансов на оправдательный приговор. Гусев — изгой, несмотря на то, что он одевается так же, как мы, живет в такой же квартире, в каких живем мы, и ест ту же колбасу на завтрак. Гусев — изгой, но это не дает полицейским права его бить, сколько бы бутылок виски он ни вынес из супермаркета.

Роман Гусев родился в городе Муроме Владимирской области. Там же отучился на мастера отделочных строительных работ в училище. Работал слесарем на заводе, женился, жена родила ему двоих дочерей: «Старшая в «Гнесинке» учится, я посылаю ей деньги. Младшая еще несовершеннолетняя», — говорит Роман. Когда «на заводе все стало рассыпаться», Гусев «пошел заниматься отделкой»: «Сначала один работал, — вспоминает Роман. — Потом приятели, родственники, знакомые пацаны стали со мной подрабатывать. Набралась бригада из 12 человек. Работы было очень много — делали магазины, детские садики, школы». Гусев никогда не был примером для подражания, за свои 45 лет он трижды сидел в тюрьме: «Первый раз по малолетке за хулиганство на год попал, — неохотно делится Роман. — Потом снова на год. В 2011 году [сел за] нанесение тяжких телесных повреждений». «Мы же не круглые сутки работали, — отвечает Гусев на мой вопрос, как он, имея семью и хорошо оплачиваемую работу, успевал совершать преступления. — Сабантуи какие-то были. Если день рождения, то собирались всей бригадой вместе с женами, где в кафе, где дома выпивали».

В 2018 году, отмотав свой последний срок, Гусев устроился на работу в такси в Муроме. С женой он на тот момент уже развелся. Вскоре после освобождения он сошелся с жительницей города, владелицей небольшой парикмахерской Натальей Брандуковой. После суда мне удалось поговорить с ней — я спросил ее, зачем ей вообще нужен такой, как Гусев. «Если бы он был плохой человек, я бы никогда не стала с ним жить, — коротко ответила мне Наталья. — Мы познакомились перед его последним сроком. Я его знала как хорошего специалиста, он несколько раз что-то чинил мне в квартире. Он очень добрый и отзывчивый, просто ведомый. Он никогда не будет ни с кем конфликтовать, лезть в драку сам не будет, он просто словами все постарается решить. А в последний раз он сидел не свой срок, его друзья говорили мне, что его подставили».

Наталья уговорила Гусева переехать в Нижний и «начать новую жизнь» — в Нижнем у нее живет дочь, и Наталья, по ее словам, давно хотела перебраться к ней поближе, но все не могла решиться «бросить квартиру и бизнес». Гусев дал еще один повод для переезда. «Заходили к нам приятели мои старые — Наталья нервничала, переживала, что опять какая-нибудь канитель из-за друзей произойдет, — вспоминает Роман. — Я говорю: «Нормальные же отношения, мне что — с ними ругаться просто так?» В итоге решили переехать сюда — вроде и у меня заказов тут будет больше. В начале 2019 года переехали, Наталья продала парикмахерскую». По словам Брандуковой, после переезда Роман «полностью изменился»: «Если до этого он был как бы сам себе на уме, то тут стал семейным человеком, все для дома, для семьи. Мы стали очень хорошо и спокойно жить». Семья сняла квартиру, Наталья устроилась на работу парикмахером, Гусев продолжил таксовать в Нижнем.

Жена Гусева Наталья Брандукова. Фото: Арден Аркман / «Новая газета»

Спокойная жизнь закончилась в понедельник 19 апреля 2021 года. «У меня двоюродный брат занимается отделкой в Муроме, — издалека начинает Роман. — Он не успевал с одним объектом и попросил меня помочь. Я в будни там жил, чтобы не мотаться каждый день, а в Нижний на выходные приезжал. И вот в пятницу, 16 апреля, я приехал сюда, в выходные мы гуляли по набережной, здесь по Покровке (Большой Покровской улице. — А. Р.) с Натальей и подругой ее, вечером в воскресенье я взял коньячка — дома в семейном кругу посидели, выпили. А в понедельник я проснулся с похмельем».

В 9 утра 19 апреля, когда Наталья ушла на работу, Гусев пошел в супермаркет SPAR возле дома, чтобы купить спиртного. По его словам и словам Брандуковой, он был трезв («Если бы я был пьян, то врачи написали бы это во время освидетельствования после того, как меня избили»).

В магазине он «неожиданно для себя» решил «вынести бутылку» виски за 795 рублей — спрятал ее за пазуху и пошел к выходу. «Да фиг его знает, зачем, — пытается объяснить Роман свой поступок. — Это просто ребячество. Я знал, что мне за это ничего не будет — бутылка стоила меньше тысячи, ну выписали бы мне штраф в 500 рублей и все. У меня и деньги были с собой. И когда меня остановил грузчик на выходе, я ему сказал:

«Пойдем, я оплачу или просто на место ее поставлю». Он говорит: «Мы уже кнопку нажали. Мы тебя вынуждены как бы задержать». 

Ну мы в итоге прошли в подсобку, подошел кассир. Мы там стояли, разговаривали, приехал ГБРовец (речь идет об инспекторе охраны частной охранной организации «Эскорт» Сергее Колотилове, который приехал в магазин, получив сигнал о срабатывании тревожной сигнализации. — А. Р.). Я его спокойно ждал, ни руками не махал, ничего, думал, что он приедет, я ему скажу, что оплачу и все. Он приехал и наручники на меня надел — как он объяснил, у них разные клиенты бывают, и он так на всякий случай делает».

После суда над Гусевым мне удалось поговорить в магазине с кассиром Виктором Никоноровым, который работал в супермаркете 19 апреля. По его словам, Гусев в то утро «был пьяный» и дважды ударил его: «Он пытался закурить в подсобке, я у него вытащил сигарету, он меня ударил — в живот и в бровь. Потом глаз зашивали. Но я забрал заявление, когда узнал, что на него завели уголовку за нападение на полицейского — подумал, что раз уж уголовка, то чё ему моя административка». В материалах дела медицинских документов, подтверждающих слова Никонорова, нет — есть только допрос кассира, во время которого он заявил, что «участковый проводил процессуальную проверку» по факту нападения Гусева (материалов этой проверки в деле нет). В ходе этой проверки Никоноров, по его словам, якобы написал заявление о том, что не желает привлекать Гусева к ответственности. Инспектор охраны Колотилов, согласно материалам дела, во время допроса заявил, что не застал конфликта между Гусевым и кассиром, но «словам кассира поверил в полном объеме», потому что поведение Гусева было «крайне вызывающим», он якобы высказывался «в грубой нецензурной форме», угрожал Колотилову и провоцировал его на конфликт.

Кассир магазина Spar Виктор Никоноров утверждает, что Гусев его ударил. Фото: Арден Аркман / «Новая газета»

После Колотилова в супермаркет на вызов о краже прибыли полицейские на служебной «Газели» — участковый отдела полиции № 5 УМВД России по Нижнему Новгороду, лейтенант полиции Андрей Чухрин и младший сержант патрульно-постовой службы Анна Бочкина. Водитель «Газели», старший сержант полиции Александр Меркулов, остался в машине, Бочкина и Чухрин зашли в магазин.

Из противоречивых показаний Андрея Чухрина следует, что Гусев в подсобке магазина при полицейских «вел себя более-менее спокойно», ничего «порочащего честь и достоинство» не высказывал. В то же время, согласно показаниям участкового, Гусев «пренебрежительно высказывался» в адрес полицейских и «пытался спровоцировать на конфликт» — каким именно образом Гусев это делал, Чухрин не уточнил.

Из магазина полицейские в наручниках повели Гусева в служебную «Газель». В СМИ позже разошлась видеозапись с камеры наружного наблюдения, установленной на соседнем супермаркете «Магнит», на которой видно, как в 11.51 Чухрин открывает дверь машины Гусеву, Гусев спокойно сам заходит в салон (согласно показаниям Чухрина, задержанный «в момент посадки в салон автомобиля» кричал, размахивал руками и оказывал активное физическое сопротивление).

— Наручники с меня сняли. Бочкина стала составлять протокол (по неизвестной причине протокол задержания Гусева в материалах дела отсутствует. — А. Р.), задавала вопросы, — вспоминает Гусев. — У нас даже завязался какой-то неформальный разговор: я ее спрашивал, не страшно ли молодой девушке работать в полиции, все-таки пьяных дураков много. Чухрин рядом сидел, никаких претензий у них ко мне не было. Это сейчас они говорят, что я там прыгал, размахивал рукам, — но там даже места нет, чтобы чем-то размахивать. В какой-то момент в салон зашел водитель. Он в форме был, но не представился. Стал задавать какие-то вопросы. Я ему говорю: «Подождите, отвлекаете меня, меня девушка опрашивает». Может, ему не понравилось, что я его проигнорировал, — короче, он меня за руку сначала потянул, потом Чухрин меня под руки сзади взял, а водила начал мне ломать ногу всей тушей (согласно показаниям Чухрина, в машине Гусев якобы оскорблял полицейских «грубой нецензурной бранью», заявлял, что хочет «избить» и «изуродовать» Меркулова и даже «ринулся в его сторону», после чего полицейские схватили Гусева и решили за руки и за ноги перенести его в отсек для задержанных в задней части машины. — А. Р.).

Как видно на видео с камеры наружного видеонаблюдения, полицейский, выйдя из машины, тянет находящегося в салоне Гусева на улицу за ногу, зачем-то сгибая ее о дверной проем в колене и упираясь в корпус «Газели» для устойчивости (на часах — 11.53, прошло всего две минуты с того момента, как Гусев зашел в машину, что могло за такое короткое время спровоцировать полицейского, загадка). Гусев в ответ на действия полицейского наносит ему удар левой рукой (он правша) и остается в салоне, после чего Меркулов поправляет кепку, заходит в «Газель» и закрывает за собой дверь; машина начинает трястись.

— Чухрин меня отпустил, получилось так, что я упал на колени, — рассказывает Гусев о том, что происходило в машине. — Меркулов прыгнул и с колена в лицо мне [ударил]. Тут хруст, кровища и такое состояние, когда не понимаешь, что происходит. Помню, что потом был удар в бок — то ли рукой, то ли ногой меня Меркулов ударил. Меня на спину откинуло, я лежал и захлебывался кровью. Меркулов разжал рот мне руками: «Зубы все на месте?» У меня до сих пор после этого неправильный прикус. — Гусев открывает рот и показывает, что его нижняя челюсть выступает вперед относительно верхней.

После удара у Романа Гусева случился перелом челюсти — пришлось удалить зубы. Фото: Арден Аркман / «Новая газета»

Согласно показаниям полицейских, регистратор на груди Бочкиной, которая находилась в салоне в тот момент, был разряжен, а камера в салоне автомобиля была отключена.

Спустя некоторое время, как видно на видео с камеры наружного видеонаблюдения, из машины выходят полицейские. Чухрин ходит возле машины и говорит с кем-то по телефону. Затем из салона, согнувшись, выходит Гусев. Он сплевывает кровь, держась за дверь «Газели», а потом самостоятельно идет в клетку для задержанных в задней части машины.

Гусева отвезли в городскую больницу № 35 для оказания ему медицинской помощи — согласно материалам дела, это произошло только в 14:10, до этого Гусева якобы возили в травмпункт, но он оказался закрыт.

Врач в 35-й больнице установил, что у Гусева перелом носа, отек «в области правого глаза и правой щеки», множественные ушибы мягких тканей.

Кроме того, врач указал, что у Гусева может быть черепно-мозговая травма и перелом верхней челюсти — рентген Гусеву делать не стали, согласно медицинской справке, фигурирующей в материалах дела, «ввиду неадекватности пациента».

Тут-то полицейские и развернули бурную деятельность. Несмотря на травмы Гусева, после больницы его отвезли в отдел полиции № 5 — согласно показаниям Чухрина, «с целью установления личности гражданина и составления в отношении него административного протокола» по факту кражи. В отделе Чухрин написал от лица Гусева объяснение, в котором указал, что задержанный никаких претензий к полицейским не имеет и «не помнит, каким образом получил имеющиеся у него телесные повреждения, так как был пьян». В материалах дела есть это объяснение, под ним стоит подпись Гусева.

«Да, я расписался. А что от них ждать, если меня только что чуть не убили? Два удара — и я вообще готов», — объясняет Гусев свое малодушие.

Меркулов тоже не терял времени. Сначала он съездил в травмпункт и зафиксировал свою «подкожную гематому верхней губы». Затем написал рапорт на имя начальника отдела, в котором указал, что Гусев «нанес ему удар правой рукой в лицо» и что в этом действии «усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ» (применение насилия в отношении представителя власти, не опасного для жизни). Что до травм Гусева — Меркулов сообщил, что задержанный «оступился, упал и ударился лицом об ступеньку служебного автомобиля».

Уже вечером 19 апреля из отдела полиции № 5 в СК был направлен «материал проверки» по факту получения Меркуловым «телесных повреждений».

Гусев в это время лежал на матрасе в обезьяннике, практически без сознания.

— Я не понимал, что вокруг происходит, у меня было состояние какой-то абстракции, — вспоминает Роман. — Я думал, что это из-за перелома носа. В итоге мне вообще стало хреново, вечером мне вызвали скорую и увезли меня в Семашко (Нижегородскую областную клиническую больницу им. Н.А. Семашко. — А. Р.).

По словам Гусева, в больницу вместе с ним поехали Меркулов и Чухрин, которые на тот момент уже не были на службе: «Они всю ночь там просидели, и я в их присутствии врачам говорил, что просто упал. Ну они же полицейские — увезут меня, и непонятно, что там может произойти. Врач сказал, что это надо было упасть с третьего этажа и прямо на лицо».

В больнице выяснилось, что «хреново» Гусеву было не только из-за перелома носа. Врачи подтвердили у него «множественные переломы костей лицевого скелета, передней стенки лобной пазухи», «сотрясение головного мозга», переломы ребер, «гематомы мягких тканей сердца» и другие травмы. Несмотря на свое состояние, Гусев отказался от лечения: «В больнице меня обкололи, стало полегче, и я стал настаивать, что мне надо домой, мне хотелось, чтобы никого рядом не было. Но меня из больницы 20 апреля повезли в мировой суд, там мне дали трое суток за кражу, а после суда опять повезли почему-то в пятый отдел, хотя должны были в спецприемник».

В отделе Гусеву вновь стало плохо («Лекарства отпустили, меня тошнило постоянно», — говорит он) и его на скорой увезли в Городскую клиническую больницу № 39.

— Я Рому в 39-й больнице впервые после произошедшего увидела, — вспоминает Наталья Брандукова. — Сначала я вообще не знала, где он находится. 19 апреля я не смогла до него дозвониться и как будто почувствовала что-то, ушла с работы, увидела, что телефон его дома — он его на зарядке оставил, когда вышел в магазин. Стала искать его, звонить в полицию, мне сказали, что его задержали за мелкое хулиганство. Ночью мне позвонил Меркулов, сказал, что Рома находится в Семашко: «При задержании мы его уронили на асфальт, он поцарапал лицо». На следующий день Меркулов опять позвонил, сказал, что прошел суд и ему дали трое суток. Я спросила: «Как он?» Он сказал: «Немножко опухшенький». 21 апреля Рома мне сам позвонил из 39-й больницы, у кого-то телефон взял. Я сразу примчалась — на нем живого места не было, фиолетовый шар вместо лица, куртка, рубашка, джинсы — все было в крови.

В больнице Гусев узнал, что в отношении него возбудили уголовное дело о нападении на полицейского.  

— Я лежал в палате, приехал следователь Следственного комитета [Заур Фикрет оглы Халыгвердиев], чтобы поговорить. Это было 21 или 22 апреля. Он сказал, что Меркулов написал в рапорте, что я на него напал. Я говорю: «Я делов не знаю, я ни на кого не нападал, просто избили меня. Давайте всю это катавасию закончим, мне не надо, чтобы на меня или на них что-то возбуждали». Я хотел просто забыть обо всем этом. Он говорит: «Я вынужден возбудить против тебя дело, чтобы в последующем их привлечь». Как он мне говорил, ему эти сотрудники интереснее, чем я, и он типа возбуждает против меня дело, чтобы потом из него вынуть дело о превышении полномочий. Начались очные ставки. Следователь просил у врачей какой-то свободный кабинет — Чухрин, Бочкина, Меркулов по очереди приходили. Я рассказывал все как было. А они все разное говорили, каждый свою задницу прикрывал.

Когда Гусев узнал, что против него возбуждено уголовное дело, он все-таки нанял адвоката и написал заявление в Следственный комитет — в нем он попросил «привлечь к ответственности» сотрудников отдела полиции № 5, «которые проводили его задержание», за «нанесение ему телесных повреждений». Следователь СК Заур Халыгвердиев в возбуждении уголовного дела «в отношении неустановленных сотрудников полиции» отказал в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела следователь указал, что полицейский, согласно положениям закона «О полиции», имеет право «применять физическую силу», если «несиловые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей». Я прочитал этот закон — там не написано, что полицейский имеет право ломать задержанному нос, челюсть и ребра.

29 апреля следственные действия по делу о нападении Гусева на полицейского были завершены. Вскоре дело было передано в суд.

— Я вообще не понимаю, как так получается, что меня избили, лишили меня, по сути, работы, потому что у меня зрение ухудшилось и я перестал таксовать, а теперь еще судят, — заканчивает свой рассказ Гусев и закуривает свою последнюю сигарету на свободе.

Судья Нижегородского окружного суда Маргарита Толстякова. Фото: Арден Аркман / «Новая газета»

Мы заходим в суд на оглашение приговора. Я замечаю в зале Александра Меркулова — он игнорирует все мои вопросы, молча смотрит в даль, натягивая маску повыше. Судья Маргарита Толстякова зачитывает приговор 40 минут — читает монотонно, тихо и очень быстро, проглатывая целые слова. Толстякова отмечает, что показания свидетелей обвинения «являются последовательными и соотносятся с другими доказательствами по этому делу» и назначает Гусеву почти два года колонии строгого режима. Особое внимание судья уделяет характеристике Гусева: «Неоднократно судим… Имеет непогашенную судимость…» Основное доказательство защиты — видеозапись с наружной камеры наблюдения, на видеотехнической экспертизе которой настаивала адвокат Гусева Наталья Добронравова во время прений, — Толстякова из перечня доказательств исключает. Наталья Брандукова плачет, уткнувшись лицом в ладони. Когда Гусева уводит конвой, она успевает сунуть ему в руку бутылку минералки.

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе — запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#нижний новгород #полицейское насилие #уголовное дело #полиция #кража #силовики #насилие

важно

8 часов назад

«Это бесчеловечно, это отвратительно»: Gulagu.net опубликовал интервью программиста, передавшего архив с видеозаписями пыток заключенных

выпуск

№ 114 от 11 октября 2021

Slide 1 of 6
№ 114 от 11 октября 2021

Топ 6

1.
Интервью

«Газпром» идет на шантаж Россия поставит дополнительно газ в Европу только в том случае, если Европа откажется от антимонопольных законов — нефтегазовый аналитик Михаил Крутихин

views

380021

2.
Колонка

Цветущая бедность — основа «стабильности» Как низкие доходы граждан становятся источником власти для правящей очень богатой элиты

views

198379

3.
Новости

В работе Facebook, Instagram и WhatsApp зафиксирован глобальный сбой. Главное

views

176971

4.
15 ЛЕТ БЕЗ АННЫ ПОЛИТКОВСКОЙ

Заказчик известен. Ему просто выдали индульгенцию 15 лет создавались все условия для того, чтобы главные виновники ушли от наказания. Раскрываем механизм

views

136679

5.
Расследования

Осколочные гранты Что известно о деле вице-президента Сбербанка Марины Раковой и о ней самой

views

133212

6.
Новости

Военное управление СК сообщило о предварительном следствии по делу «офицеров ГРУ», предположительно насиловавших солдат шваброй на Дальнем Востоке

views

128060

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera