Сюжеты · Общество

Немытая Россия не может уехать домой

Летом армию московских бездомных пополняют люди из провинции, которые в поисках заработка теряют деньги, документы и сочувствие окружающих. Многих спасла бы простая возможность помыться

10:34, 17 июня 2021Лилит Саркисян, корреспондентка отдела спецрепортажей

4

10:34, 17 июня 2021Лилит Саркисян, корреспондентка отдела спецрепортажей

4

Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Вот уже почти год, с июля прошлого 2020-го, каждый будний вечер по улицам Москвы проезжает «Ночной автобус» — гуманитарный проект петербургской благотворительной организации «Ночлежка», которая помогает бездомным людям.

Принято думать, что бездомным особенно тяжело приходится зимой, когда холодно. Но и лето для них не сахар: завсегдатаи улиц в жару страдают от инфекционных заболеваний, кроме того, армию бродяг пополняют растерянные жители «уголков», которые едут знакомиться со столицей, а остаются ни с чем. Всем им — и убежденным, и вынужденным бездомным — нужно есть и хоть как-то поддерживать человеческий облик. И вот каждый вечер волонтеры кормят горячим ужином больше сотни людей, а иногда и двести человек — не важно, бездомный это или малоимущий, пьяный или трезвый, судимый или нет. Еще раздают предметы гигиены — носки, трусы, прокладки для женщин, бритвенные станки для мужчин.

Рассказывают, что с улицы можно выбраться, что можно найти работу, восстановить документы — было бы желание. Корреспонденты «Новой» провели ночь с жителями московских улиц и поговорили с ними о том, что они ждут от этого лета и от этой жизни.

Доверчивая

В 7 часов вечера на парковке у площади Трех вокзалов — несколько десятков человек. Бездомные и городские бедняки сидят на парапете в ожидании ужина. Сегодня это гречка с котлетой, три куска хлеба, а потом — кофе или чай.

Фирменный автобус «Ночлежки» появился во время пандемии. С новым автомобилем помог Мосгортранс. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Волонтеры «Ночлежки» раздают еду бездомным и малоимущим. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Наша собеседница — тоненькая женщина восточного вида с короткой темной стрижкой и смуглой кожей. Карие добрые глаза, под глазом — фингал. На ногтях — облупившийся лак. Но выглядит она очень чисто и опрятно, видно, что улица — не ее дом. Она стоит с черным чемоданом в руке и очень просит ее не фотографировать: «Я из интеллигентной семьи». Но соглашается поговорить.

Ее зовут Матлюба, ей 60 лет. Совсем недавно Матлюбу обокрали на Казанском вокзале — она собиралась домой, в Самару. Ей пришлось провести несколько ночей на улице. По вечерам она приходила сюда поесть, а ночевала у вокзала.

— Я работаю комплектовщиком в «Фамилии», это бренд одежды. Приехала в Москву, потому что моей дочке сказали срочно операцию делать. Ну, думаю, что-то заработаю. Это было в апреле. Взяла 30 дней вахту, отработала. Приехала 18 мая на Казанский вокзал, купила билет и села. Сумка у меня, дура я старая, открытая лежала. Я дочке позвонила. Говорю, купила билет, завтра сяду, 20-го уже буду в Самаре. Смотрю — у меня ничего нету. Паспорт, три карты банковские, телефон, планшет моего внука… Все украли.

Она пошла в полицию, но ее оттуда выгнали, «как бомжиху». На улице она заработала свой синяк под глазом; под видом помощи другие бездомные пытались обмануть ее: одна женщина предложила Матлюбе, чтобы дочка скинула ей на карту деньги, а Матлюба бы их сняла. «Нашла дурочку», — ворчит она.

Недалеко от площади трех вокзалов в Москве. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Помогли благотворительные организации, в том числе фонд «Доктор Лиза», «Ночлежка» и «Ангар спасения». Благодаря им ей удалось подать документы на восстановление паспорта и купить билет домой. Волонтеры «Ночлежки», где она ужинала почти неделю, пообещали дать ей паек в дорогу.

Матлюба показывает мне билет на поезд — боится, что я не верю ее истории: «Вы думаете, я вру вам? Я не люблю врать! Никогда не вру».

Но семье о том, что несколько дней ей пришлось провести на улице, она не рассказала. «Так загорела под этим солнцем… Неделю из дома не выйду теперь. Стыдно очень!» Спрашивает, виден ли фингал под глазом, сильно стесняется.

— Я всем такого желаю: увидите хороших женщин — помогите им. Я всем говорю здесь, кого вижу, даже пьющим. Я говорю: тебе помогут — иди туда и туда. Чего ты опускаешься? Нельзя так жить, это не жизнь.

Искатель ощущений

Крепкий высокий мужчина — Эдуард! — в кепке и сланцах на босу ногу, требует взять у него интервью. «Давайте видео сразу!» — предлагает он, но быстро соглашается на диктофон и фото. Он говорит жадно, хоть и с трудом, много жестикулирует. Он явно пьян — половину разговора плачет, слезы текут по лицу и крупными каплями падают на землю. Запах алкоголя — не резкий, но уже как будто въевшийся в него — выдает в Эдуарде алкоголика.

Волонтер записывает фамилии тех, кто уже взял еду. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

— Я приехал из Тобольска. Город Тобольск, Тюменская область. Мне надоело все дома. Я решил просто картинку поменять. Раз в пятилетку мне приходит в голову такое. Меня достало все. Есть у меня две дочери, оказывается, две внучки уже. Я не знал до недавнего времени.

У Эдуарда, судя по его рассказам, жизнь насыщенная: детей и женщин у него немало. Проблемы с алкоголизмом начались 25 лет назад, когда ему изменила первая жена.

— У меня был тогда первый срыв, связанный с алкоголем. С 31 декабря по 13 января пил, как одни сутки. Я просто ходил по Тобольску, в руке — ножик-«бабочка», я его не выпускал из рук. Мой комбат в армии говорил: «В экстренной ситуации все, что у вас в глазах, — это мишень. Все, что у вас в руках, — это оружие».

Тогда обошлось: на улице ему не попалась ни одна «мишень». Вернувшись через две недели домой, Эдуард с горя избил жену.

— А сейчас мне звонят и говорят, что мой двенадцатилетний сын от второй жены пытается во дворе отстроить структуру криминальную. Когда ему было шесть лет, его поставили на учет в комнату полиции. Когда ему было пять лет, я ему дал кинжал и сказал: «Когда отец уходит на войну, сын остается самым старшим, ответственным за всю семью. Славяне всегда поступали так».

Эдуард. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Со второй семьей тоже не сложилось: жена даже подавала на лишение Эдуарда родительских прав, но суд отказал ей. И вот 5 января этого года Эдуард решил «сменить обстановку» — приехал в Москву. Устроился монтажником технологических трубопроводов.

— Первые полтора месяца прекрасно все платили. Расчет раз в две недели. А потом раз — и забуксовало что-то. И тут выясняется, что одна сумма должна прийти к нам, а приходит другая. Начинаем высчитывать. Выводим на чистую воду бригадира. Короче, мы с ним поссорились, он меня ударил хорошо. Он мне сел на грудь правой коленкой, левой рукой схватил меня за кадык и душил. А правой бил по башке. Я говорю, ты чего, задушить меня хочешь? Он говорит: да! Но меня отпустил. Я собрал все, что было. Оделся и ушел. Все на этом кончилось. Зарплата развалилась, бригада развалилась. Все пошло по ***** [не туда]. На этих словах Эдуард плачет. «За это время я ***** [потерял] все: паспорт, телефон, патефон, магнитофон.

Пока была связь, пытался связаться со своими близкими, просил 500–1000 рублей. Покушать. Сигарет пачку купить».

Денег ему не прислали.

Зато он уверяет, что прямо сейчас в МФЦ на улице Люблинской, 53, восстанавливают его паспорт: заявление уже написано, даже фото сделано, «осталось только доехать и госпошлину заплатить. И буквально через несколько дней мне дадут справку о том, что я подал заявление об утере паспорта. У меня справка будет, чтоб я хотя бы работал. Работа уже есть. На складе работать, бирки вешать на одежду», — говорит он, все еще плача и обнимая меня на прощание.

Выход с улицы

Мы привыкли думать, что тяжелее всего бездомным зимой — если не замерзнешь насмерть, то наверняка получишь обморожение. Но и летом им непросто: проблемы со здоровьем — те же обморожения, полученные зимой, могут только усугубиться.

Волонтер раздает мужчинам бритвенные принадлежности. У «Ночлежки» есть также и «женские дни», когда гигиенические средства раздают женщинам. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

«И, конечно, встает проблема передвижения в транспорте, — говорит Илья Кусков, директор приюта «Теплый дом». — Когда человеку сложно помыться, сложно поменять одежду, он резко ограничен в возможности переехать. В летнее время это ощутимее, чем в зимнее. Это порождает проблему поиска работы, реабилитации. Все это вырастает в такой ком».

Илья говорит, что в Москве работают лишь четыре санитарных пропускника, где бездомные могут помыться и обработать одежду.

Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Три из них открыты правительством Москвы и один — фондом «Милосердие». Но этого критически мало для тысяч людей, живущих в Москве на улице.

В Москве, где «Ночлежка» так и не смогла открыть прачечную для бездомных в Савеловском районе из-за протестов местных жителей, санитарные проблемы бездомных особенно болезненны: в Санкт-Петербурге, например, такая прачечная существует с 2016 года.

«Будь бы таких пропускников больше, проблема пренебрежительного отношения к этим людям была бы решена, — уверен Илья. — Они бы ничем не отличались от остальных. Но эта услуга развита плохо, люди плохо выглядят, плохо пахнут, плохо выздоравливают».

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#бездомные #ночлежка #волонтеры #помощь

важно

день назад

Роспотребнадзор обязал столичных работодателей вакцинировать от коронавируса 60% сотрудников сферы услуг

важно

2 дня назад

Минюст признал иностранным финансированием грант Союза журналистов России, врученный самарскому изданию «Парк Гагарина»

Slide 1 of 6

выпуск

№ 64 от 16 июня 2021

Slide 1 of 6
  • № 64 от 16 июня 2021

Топ 6

1.
Сюжеты

Прости, Юра, мы тут наснимали Скандал в «Роскосмосе»: космонавт Крикалев лишился должности исполнительного директора из-за несогласия с планами отправить на МКС актрису Юлию Пересильд и режиссера Клима Шипенко

714542

2.
Интервью

Александр Сокуров: «Остается только перестрелять таких, как я» Неюбилейное интервью выдающегося режиссера — о времени, кино и об удушающей силе немощного авторитаризма

139394

3.
Комментарий

«Какие ваши доказательства?» Американцы — об интервью Путина накануне встречи с Байденом

132030

4.
Сюжеты

100 тысяч рублей за убийцу «Новая газета» объявляет сезон охоты на браконьеров. За информацию об охотнике, сделавшем фото на фоне трупов полутора сотен птиц, мы гарантируем вознаграждение

126975

5.
Репортажи

Приставы у остова Почему адлерский пенсионер застрелил судебных приставов, пришедших сносить гараж, в котором он прожил больше 50 лет. И почему эта трагедия может повториться

122428

6.
Колонка

Цены отморозились Продукты дорожают двузначными темпами. Это – результат действий правительства

120224

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera