Сюжеты · Общество

Медведей загнали в угол

Финансовый кризис подкрался к диким зверям, живущим в деревне Рапполово. Теперь им приходится надеяться на людей

прямо сейчасКристина Кондрашкова, специально для «Новой»

0

прямо сейчасКристина Кондрашкова, специально для «Новой»

0

В начале мая в соцсетях петербургского центра помощи диким животным «Велес» появилось тревожное: «Все очень плохо! Без вашей помощи нам не выжить».

Работники центра рассказывали, что их подопечным — хорькам, лисам, львам, медведям, лосям, рысям, енотам — нужны тонны мяса, моркови, комбикормов. А еще центру нужно как-то оплачивать электричество, медикаменты и сено для вольеров. Но денег катастрофически не хватает.

При этом цены — абсолютно на все — неуклонно растут. А из-за пандемии центр закрыт для посещений.

Фото: Кристина Кондрашкова / специально для «Новой»

***

От Петербурга до Рапполово 36 километров. В деревне живет 800 человек, а если вместе с «Велесом», то еще 20 медведей, 30 лис, шесть львов, северные олени, белые аисты, альпаки и кабан Василий. Плюсом к людям — порядка 200 животных.

У входа в центр — плакат: «Тихо! Спят медведи!» Дальше — три дорожки к вольерам, между которыми: кухня, прачечная, операционная и боксы для больных животных.

Директор центра, ветврач Наталия Бондаренко, встречает меня в рабочей, исцарапанной куртке.

Животные, рассказывает Наталия, нередко попадают в центр при совсем неприглядных обстоятельствах.

— Маша, трехногая медведица, из Новосибирска. Там расстреляли берлогу, маму и брата убили, ей ногу отстрелили. С охотхозяйства нашли, выходили.

Другая медведица, Тоня, с детства сидела на цепи. Звенья вросли ей в кожу и мышцы. В центре ее откормили, вытащили сталь из тела. Сейчас у нее длинная темная шерсть.

У Потапыча — другая судьба: он сам пришел в вагончик на стройку. Хозяин его прикармливал, пока не нашел, куда определить.

В тазиках у медведей — остатки каши.

— Мы ее варим в огромном количестве. Мясо или рыбу они едят по несколько килограмм в день. Овощей уходит не меньше трех тонн в неделю, — говорит Наталия. И вдруг останавливается. Так, вот здесь близко не подходить.

Лязг железа. Наталия двигает туда-обратно заслонку. Эльза…

Из домика в вольере высовывается морда львицы. Крупная особь. В Ленобласть приехала из Чечни: хозяин не знал, что с ней делать. Еще лязг. Львенок-подросток. Из цирка. Готовили выступать, но началась пандемия: у хозяев не нашлось средств на содержание. Львы съедают восемь килограмм мяса в сутки летом и десять — зимой. На шесть особей нужно 336 кило в неделю.

Фото: Кристина Кондрашкова / специально для «Новой»

— Выживаем на помощь народонаселения. Руководитель вкладывает личные средства, — говорит Наталия.

В боксе — лиса «из-под машины».

— У нее с лапой беда, возможно, придется ампутировать. Но попробую сберечь. Дальше — стерилизация и общий вольер, — говорит врач. — Некоторые лисы выросли у людей, потом их отдали — дома такое животное держать не получится: они хаотично метят жилище, — продолжает она. — К сожалению, дети ничего не знают про лес. Находят оставленных родителями под кустом детенышей. После рук человека мама его не заберет. Та же история у многих зайчат. В доме они чаще всего гибнут: люди не знают, чем их правильно кормить. Вообще-то, прежде чем забрать детеныша, нужно сутки просидеть в засаде и пронаблюдать, приходила ли мать покормить выводок. Естественно, это трудновыполнимо. Но и нести крошку домой сразу же — грозит ему гибелью.

Шестеро молодых лосей тянут головы поверх загона. От них пахнет лесом. Самец один — Линдерманн. Есть Алиса — в честь группы. Они сироты, мам постреляли. Выжили благодаря местным, которые их прикармливали. Взрослые лоси живут в отдаленном загоне, их посторонним без нужды беспокоить не стоит. Едят овощи, комбикорма, самое главное — ветки.

Фото: Кристина Кондрашкова / специально для «Новой»

Наталия мечтает о вольерах полувольного содержания для них:

— Это вольеры в лесу, чтобы можно было существовать в естественных условиях, но нельзя было бы выйти к людям. Зверей, содержащихся в них, можно подкармливать, лечить.

Медведям хватило бы каждому по гектару, лоси нуждаются в большей территории: на 15-16 особей — 45–60 га. Всего, если посчитать, нужно порядка 150–200 гектаров.

***

На дворе два бассейна без воды. «Велес» начинал с помощи ластоногим. Сейчас нерп и тюленей сюда не присылают: их спасением занимается «Водоканал». Это благо, ведь и на зверей, которые уже есть, едва хватает персонала. Чем больше сотрудников, тем больше им нужно платить, а с этим проблемы: зарплату могут предложить скромную, работы много, и она тяжелая. Сейчас сотрудников всего четверо. Обязательное условие — работники центра живут тут же, в мансарде: график ненормированный.

Сама Наталия в «Велес» пришла трудиться случайно: сын работал таксистом и подвозил руководителя центра. Разговорились. Тот как раз искал врача.

— Я не могу назвать это работой. Просто жизнь— такая, которой и хочется. Когда-то в детстве мечтала работать с дикими животными. Но, став профессионалом, не думала, что получится. Не знала, что в России есть центры, а за границу ехать не представлялось возможным. Всегда жаль людей, которые занимаются тем, что им не нравится. Может быть, от этого и дело страдает.

Фото: Кристина Кондрашкова / специально для «Новой»

Идем вдоль маленьких зверьков: голубой норки, енотовидных собак, куниц, выкупленных людьми со звероферм, где их пускают на шкуры.

Есть тут и пернатые. Вот скворец, который не может летать. Зимует на кормокухне. Там поет, разговаривает.

— Птиц мы не берем перед грядущим переездом — на этом месте заканчивается срок аренды, продлевать нам ее не будут.

Земли для переезда у «Велеса» нет. Есть возможность получить участок сельхозназначения, но капитальные постройки — в том числе операционная, — на такой земле окажутся вне закона. И уезжать от Петербурга зверям далеко нельзя: могут потребоваться обследования на медицинской аппаратуре, которой сам центр не располагает. Овощные базы, на которых закупаются по сходной цене продукты, тоже находятся в черте города.

Для вольеров полувольного содержания нужно не только поле, но и лес, и водоемы: один верблюд, живущий в «Велесе», может выпить 200 литров жидкости в сутки.

Чиновники Санкт-Петербурга продвигали инициативу о внесении в перечень использования лесных угодий строки о возможности размещения реабилитационного центра для диких животных, отправили ее в Москву. Пока бумага бродила из кабинета в кабинет, было распущено правительство. И все началось заново.

— А там, на новом месте, еще нужно будет возвести постройки очень быстро. И — сразу хорошо. Мне бы до спячки медведей перевезти. У нас ведь даже машины своей нет, — говорит Наталия. — Но переезд — это не только перевозка животных, но и скарба, аппаратуры. С этим мы еще не сталкивались.

Фото: Кристина Кондрашкова / специально для «Новой»

Есть вариант — получить землю под охотхозяйство, но Наталия поясняет: «Не можем — противоречит всем принципам. И также не можем взять землю «под кафе», ведь наша деятельность далека от общепита».

На большом камне — бронзовая фигурка медведя. Это памятник Сене — он был особенным зверем. Выкупленному с притравочной станции, больному, с множеством патологий, ему пророчили жить от силы полгода. Он прожил три, мужественно перенося операции, и за свой добрый нрав стал всеобщим любимцем.

На остановке в Рапполово местный житель Александр рассказывает мне, что медвежат подбрасывают под ворота центра:

— Приедут, позвонят в звонок — и быстрей убегать. Сразу и не поймешь, кого оставили, они же, как котята, маленькие.

В автобусе в разговор вмешивается мужчина средних лет.

— В петербургском зоопарке нет ни одного медведя. Зато здесь есть. Конечно, нужно выделить им землю.

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

важно

24 минуты назад

Экс-мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана арестовали на 9 суток за «организацию» митинга в поддержку Навального

важно

5 часов назад

Что произошло за ночь 12 мая. Коротко

выпуск

№ 50 от 12 мая 2021

Slide 1 of 11
  • № 50 от 12 мая 2021

Топ 6

1.
Репортажи

Интернат В закрытых психоневрологических заведениях сегодня живут 177 тысяч россиян. Большинство из них там и умрут. Елена Костюченко и Юрий Козырев провели несколько недель в ПНИ

554921

2.
Комментарий

Есть вещи пострашнее SWIFT Евросоюз угрожает отказаться от российской нефти и газа — и на этот раз вполне серьезно. Объясняет Максим Авербух

386492

3.
Интервью

Девочка, которая потеряла Конституцию 11 мая студентке МГУ Ольге Мисик выносят приговор за «осквернение будки» Генпрокуратуры

266674

4.
Новости

«Добили жену — добейте и меня»: ветеран вышел на акцию против незаконной торговой пристройки в Петрозаводске

153101

5.
Сюжеты

«Тут военный депутат требует два вертолета и Шойгу…» «Красного губернатора» Приморья Андрея Ищенко забрали врачи. Перед этим он обвинил действующего губернатора Олега Кожемяко в даче взятки

145872

6.
Колонка

Новые лишенцы Депутаты всех фракций Госдумы задумали отнять у россиян избирательные права

142012

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera