Сюжеты · Общество

Док и ангел

Полевой хирург док Пол Кеннеди и медсестра ангел Мэрион Сомс — представители «величайшего поколения» Америки

Этот материал вышел в № 48-49 от 7 мая 2021
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 48-49 от 7 мая 2021

прямо сейчасАлександр Панов, собкор «Новой», Вашингтон

0

прямо сейчасАлександр Панов, собкор «Новой», Вашингтон

0

Капитан Медицинского корпуса армии США, полевой хирург, док Пол Кеннеди. Фото из архива семьи Кеннеди

Сначала американские солдаты посмеивались над военными врачами, когда те на передовой вместо оружия — автоматов, винтовок и пистолетов надевали каску со знаком Красного Креста. Их называли «толкатели таблеток» (pill pushers). Знак Красного Креста должен был защищать медиков в бою, но разве солдаты вермахта всегда помнили о Женевской конвенции?

Но, как пишет в книге «Гражданские солдаты» Стивен Эмброуз, очень скоро военные врачи из мишени насмешек превратились в фигуры любимые и почитаемые. Они оказывали помощь раненым, часто подвергая себя большой опасности. После непродолжительного осмотра при необходимости накладывали жгут, вводили морфин, очищали рану и присыпали ее сульфамидным порошком, выносили раненого солдата с поля боя.

От Красного Креста на касках медиков отказались во время вьетнамской войны, потому что он стал мишенью для снайперов, и тогда же врачам выдали оружие для самообороны. Но во время Второй мировой американские полевые медики не были вооружены. В те годы в американской армии батальон численностью от 400 до 500 человек обычно имел в штате около тридцати медиков и их помощников. За смелость и самоотверженность вместо ироничного прозвища «толкатели таблеток» полевые врачи получили у американских солдат краткое и уважительное обращение: док.

Посвящается тем, кто спасает мир и страну от пандемии

Док

В 2016 году издательство University Press of Kentucky опубликовало книгу «Хирург на поле боя. Жизнь и смерть на передовой Второй мировой войны», составленную на основе дневников Пола Эндрю Кеннеди. Книгу подготовил младший сын доктора Кристофер Кеннеди как дань памяти отцу, скончавшемуся в 1993 году и из-за болезни Паркинсона, вынужденного досрочно отказаться от хирургической работы. И как дань памяти всему поколению американцев, которое известный журналист Том Брокау назвал «величайшим поколением» в истории страны.

Пол Кеннеди никогда не рассказывал о Второй мировой войне. После смерти отца Кристофер Кеннеди обнаружил его дневники и военные фотографии. Пол Кеннеди сделал более 1500 снимков, большая часть которых была проявлена и тщательно промаркирована, но никогда не распечатывалась. Дневники, отчеты и фотодокументы вместе составили книгу — живую историю капитана Медицинского корпуса армии США во Второй мировой.

Кеннеди было 30 лет, когда он и его коллеги по 2-й вспомогательной хирургической группе отплыли из гавани Нью-Йорка в Северную Африку в ноябре 1942 года. Он уже был женат, имел двух малолетних детей, а супруга Мэрион ждала третьего. Как пишет в предисловии Кристофер Кеннеди, когда отец прощался с женой на базе Кэмп-Килмер, он еще не знал, куда их отправляют и надолго ли. Только через двое суток посреди океана медикам сообщили, что они направляются в Африку.

О рождении третьего ребенка Пол Кеннеди узнал с опозданием в 2 недели из объявления на порванной странице армейской газеты Stars and Stripes.

Типичный американец, он плохо представлял себе остальной мир и дико скучал по семье. В первый относительно спокойный период службы в Касабланке, спасаясь от скуки, он начал писать дневник, мысленно обращаясь к жене.

Помощник хирурга Пол Кеннеди (слева) и главный хирург Мэддинг (справа)

Книга, составленная из личных записей, медицинских подробностей 355 операций, иллюстраций и фотографий Кеннеди — это тоска по дому, скука, одиночество, усталость, а иногда и страх. Жизнь военного хирурга — в постоянном движении, которое требовалось для работы в полевых госпиталях. Госпиталь включал в себя штаб и три взвода, которые могли работать самостоятельно. Кеннеди и его коллеги проводили бессонные ночи, спасая раненых солдат.

Кеннеди участвовал в самых ожесточенных боевых операциях американцев в Европе — операции «Лавина», в атаке на Анцио, операции «Драгун». Вошел в концлагерь Дахау через два дня после его освобождения. Но его дневники описывают жизнь без драматизма, представляют войну без пафоса, оттеняя обыденность среди большого пожара.

Отрывки из книги «Боевой хирург. Жизнь и смерть на передовой Второй мировой войны», University Press of Kentucky, 2016.

«Вторник, 30 мая 1944 г. Сегодня лег спать после полудня — а уже должен возвращаться на работу, сейчас 23.30, я не спал ни черта — просто не могу спать днем. Я стану стариком, если эта штука продлится еще долго. И, по всем слухам, наши очень скоро готовятся начать новое наступление на Рим. Сейчас мне нужен отдых, а не работа. Есть всевозможные предположения относительно того, что случится с нашим подразделением, когда падет Рим, — говорят о южной Франции, Англии, Югославии и Индии. Я предполагаю, что это будет Англия.

Четверг, 1 июня 1944 г. Прогресс на фронте был неплохим, но потери высокими. Мы еще не видим сейчас худших случаев, потому что полевые госпитали вырвались вперед. Ожидается, что мы скоро отправимся в один из них. Последние пару дней здесь проводят простые хирургические вмешательства, они монотонны и утомительны».

Как пишет младший сын Кристофер, редактор книги: «Он был молод, относительно неопытен в качестве хирурга и сталкивался с медицинскими случаями такой серьезности и сложности, с которыми редко можно столкнуться в обычной гражданской практике в мирное время. Почти три года он жил кочевником, передвигаясь вместе с фронтом. Ему было неуютно, грязно, жарко, холодно и, самое главное, — одиноко. Он ужасно скучал по моей матери; он очень хотел увидеть своих детей. К боли одиночества добавлялись физические неудобства, связанные с проживанием по большей части в палатках, почти постоянная мобильность, чтобы не отстать от фронта. Помогали две вещи: почта и работа. Почта была его единственной связью со всем, что он так любил. Он жил за счет писем из дома, хотя, как он часто говорил, после прочтения ему становилось хуже. В жизнь этого одинокого хирурга, скучающего по дому, входили сотни раненых мальчиков. Раны, которые он лечил, были ужасными; мальчики, о которых он заботился, были изуродованы и искалечены. Там, в холодной смертоносной обстановке современной войны, они получили ужасные травмы, из-за которых очутились на операционном столе в каком-то холодном, грязном временном полевом госпитале и оказались на попечении моего отца, который их спас».

Конечно, записи хирурга Кеннеди безыскусные, в чем-то наивные, не сравнить по художественному восприятию с военной прозой Хемингуэя и Ремарка, но Кеннеди сам мог бы стать героем их рассказов и повестей.

Еще один отрывок из книги:

«Воскресенье, 4 июня 1944 г. Встал в 6.30 утра (спокойный ночной отдых) — съел блины, а затем отправился на оружейном транспорте к нашему новому месту. Количество разбитых машин «джерри» (так презрительно американцы звали немцев, как по нашу сторону фронта их звали «фрицами». — А. П.), орудий и т.д. — немая дань уважения работе нашей авиации. Дороги просто покрыты обломками — большими танками с дулами, тупо направленными в землю, которые выглядели ужасно мощными, но теперь кажутся мертвыми. Вальмонтоне, Кори и Лабико расстреляны, и от них ничего не осталось. Мы расположились недалеко от Палестрины на шоссе № 6. Работа уже идет — ребята говорят, это арьергардные бои. «Джерри» в бегах, а часть наших войск уже находится на окраинах Рима.

Понедельник, 5 июня 1944 г. Работа, кажется, следует за нами, куда бы мы ни пошли. Случаев в изобилии. Сейчас мы — самый передовой полевой госпиталь. Пригласили на помощь три новые команды, и они стали очень желанными гостями. Рим в наших руках — это было вчера. Очевидно, «джерри» намереваются бежать. Танки шли здесь весь день одним непрерывным потоком — прошлой ночью их проносилось бесчисленное множество. Я уверен, что очень скоро они кого-нибудь впечатлят. Война идет быстро — это хорошо, я так хочу домой.

6 июня 1944 г., вторник, Рим. Я волновался. Свежие следы войны на пути, который ведет в Рим, — сгоревшие танки, пушки, мертвые лошади — и люди, возвращающиеся в свои дома. Рим кажется красивым городом. Небольшие разрушения, симпатичные люди — намного чище, чем итальянцы на юге, — больше похоже на город в Штатах. Увидел собор Святого Петра и преклонил колени у могилы Святого Петра. Это великолепная церковь, сильная и высокая. Стойкая как католицизм. Перешли Тибр, увидели Колизей и Римский форум. Это был тот Рим, которого мы ждали. Кстати, сегодня открылся Второй фронт (союзники высадились в Нормандии.А. П.)».

Анцио. Фото: SeM/Universal Images Group via Getty Images

«Хороший дневник может воскресить мертвых с силой, недоступной даже самому одаренному врачу, — написал в рецензии на книгу Рик Аткинсон. — Пол Э. Кеннеди был выдающимся хирургом, но именно его дневник о трехлетней войне в Северной Африке, Италии и Западной Европе воскрешает эру, которая прошла более семидесяти лет назад. Абсолютная достоверность его повествования делает его одним из самых убедительных антивоенных рассказов о Второй мировой войне».

В качестве хирурга в небольшой мобильной медицинской бригаде под командованием доктора Гордона Мэддинга, а позже во главе собственной команды

доктор Кеннеди прооперировал 475 американских солдат, союзников, военнопленных и узников фашистских лагерей.

Кеннеди с почетом демобилизовался и получил орден Бронзовой Звезды. После этого его ждали десятилетия успешной работы хирургом в больницах университетов Баффало и Стэнфорда, участие в создании первых кардиостимуляторов в 1965 году и первая успешная имплантация кардиостимулятора на западном побережье США. После смерти хирурга Кеннеди с речью в его память в стенах Конгресса выступил легендарный американский политик-демократ Том Лэнтос. Конгрессмен из Калифорнии, уроженец Будапешта, узник нацистских лагерей, отметил, что Кеннеди стал примером мужества и любви к своим коллегам, семье и друзьям.

Ангел

«Ангел Анцио», медсестра Мэрион Малик, 1944 год. Фото: Kelly Wilkinson / IndyStar

Во время Второй мировой «ангелами» в американской армии называли медсестер. Свыше 60 тысяч американок служили в корпусе армейских медсестер. Шестнадцать человек погибли на войне. Шестьдесят семь попали в плен. Более шестисот женщин были награждены. А всего во время Второй мировой около 400 тысяч американских женщин служили в вооруженных силах и около 500 погибли.

На этой войне медсестры работали ближе к линии фронта, в «цепочках эвакуации» служили под обстрелами в полевых и эвакуационных госпиталях, в больничных поездах, на больничных судах и медицинских транспортных самолетах.

Док — хирург Пол Кеннеди и медсестра Мэрион «Нэн» Малик могли встретиться. Медсестру Мэрион (так, кстати, звали и супругу хирурга) Малик, в замужестве — Сомс, назвали «ангелом Анцио». Там, в итальянском Анцио, в 1944-м, на полях одного из самых драматичных сражений Второй мировой, находился и Пол Кеннеди. Скорее всего, они пересекались. Но были ли они знакомы, уже не спросишь. Хирург умер в 1993 году, медсестра прожила 101 год и скончалась в 2018-м.

Уроженка Огайо, Мэрион Сомс уже работала медсестрой, когда на волне патриотизма после разгрома американского флота в Пёрл-Харборе она добровольно вступила в Корпус армейских медсестер. После военной подготовки в больнице имени Вудро Вильсона в Вирджинии весной 1943 года ее отправили в Северную Африку на открытие полевого госпиталя в городе Оран. Кстати, с Северной Африки, с Туниса началась война и для дока Кеннеди.

Сегодня Анцио — небольшой курортный городок на западном побережье Италии, примерно в 30 милях к югу от Рима. В 1944 году он стал местом одного из самых изнурительных сражений войны. Союзный десант в 36 тысяч человек высадился в Анцио 22 января в рамках операции «Шингл». Цель — выбить немцев из Рима. Но пока союзники разворачивались, немцы укрепили этот район войсками и обрушили на десант шквал огня. Американцам потребовалось больше четырех месяцев, чтобы подтянуть подкрепление в 100 тысяч и, наконец, вырваться из Анцио.

Десант находился на плацдарме под постоянным огнем артиллерии и под бомбами до мая 44-го. Палатки полевого госпиталя, отмеченные большими красными крестами на белом круге, не стали для военных медиков безопасным убежищем.

Вопреки обязательствам по Женевской конвенции немецкие самолеты преднамеренно обстреливали полевые госпитали. Американцы назвали Анцио «половиной акра ада».

Сомс служила в Неаполе в 21-й эвакуационной больнице и сама вызвалась поехать в Анцио. «Именно здесь я чувствовала себя нужной», — сказала она в интервью газете IndyStar в 2018 году, за два месяца до смерти. Она быстро освоилась на новом месте, и один из санитаров дал ей прозвище «Быстрая».

События 7 февраля 1944 года бывшая хирургическая медсестра вспоминает со слезами на глазах. Она пробыла в 95-й эвакуационной больнице всего пару дней, когда старшая медсестра Бланш Сигман приказала ей и еще одному санитару вырыть окоп под койкой в палатке. Это и спасло ей жизнь.

Анцио. Фото: ullstein bild / ullstein bild via Getty Images

Немецкий пилот, преследуемый британскими истребителями, сбросил пять бомб прямо на больницу. Медсестра и санитар прыгнули в только что вырытый окоп, наполненный холодной водой. «Земля просто тряслась, я была в той яме, и казалось, что земля засыплет меня, и я не выберусь», — вспоминала Сомс. Когда бомбежка прекратилась, они вылезли наружу. «Там вообще ничего не было. Палатку полностью снесли. По сей день я не могу говорить об этом, потому что тогда я, перед бомбежкой, только что сделала обход и разговаривала с солдатами, которые были моими пациентами». В одном из ящиков в своей квартире как сувенир о дне, который она считает своим вторым рождением, 74 года медсестра Сомс хранила три ржавые зазубренные шрапнели.

Но в тот день надо было двигаться дальше, восстановить госпиталь, перегруппировать медперсонал, позаботиться о раненых и умирающих. В результате бомбежки было разрушено 29 палаток. 26 человек были убиты и 64 ранены. Среди погибших три медсестры, два медицинских сотрудника, работник Красного Креста, 14 солдат и шесть пациентов. Одной из погибших была лейтенант Бланш Сигман. Она была одной из двух американских медсестер, получивших Серебряную Звезду.

Около 200 армейских медсестер приняли участие в сражении при Анцио, оказав помощь 33 тысячам пациентов. Сомс получила почетную грамоту за «выдающуюся и самоотверженную работу под непрекращающимся огнем» и неформальное звание «ангела Анцио».

Рентгеновский. Все палатки соединены в центре. Фото: Пол Кеннеди

Медсестра завершила войну во Франции. Война же свела ее с будущим мужем Джоном Сомсом. Они познакомились в Северной Африке и поженились во Франции в 1946 году. «Он служил на складе военной базы, внимательно смотрел, как мы, медсестры, спрыгиваем с грузовика, и выбрал меня. Так мы познакомились», — вспоминала Сомс.

Они поселились в Индианаполисе и прожили в браке 48 лет, у них родились двое детей и двое внуков. Мэрион Сомс продолжила свою карьеру медсестры в местной больнице Wishard.

Отправилась бы она добровольцем на фронт, спросила журналистка газеты IndyStar Доун Митчелл. «Я бы хотела этого, — решительно ответила «ангел Анцио».

— Бог дал мне силы, чтобы я могла быть рядом и помогать людям. Я думаю, что возможность помочь солдатам — это благословение. Это лучшая часть моей жизни».

Док тяготился на войне и рвался домой, ангел понимала свою миссию как благословение, но оба они — представители уже почти полностью ушедшего «величайшего поколения» Америки вместе с советскими врачами, не убивая, а спасая жизни, помогли остановить величайшую беду в истории XX века.

Здесь не говорят — «можем повторить», вспоминая Вторую мировую. Говорят — «никогда больше».

Вашингтон

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#врачи #медики #вторая мировая война #9 мая

важно

3 часа назад

Пропавшего на охоте главу омского минздрава нашли живым. Он сам вышел из леса

важно

день назад

Лукашенко подписал декрет о передаче власти Совбезу и введении чрезвычайного положения в случае своей гибели

выпуск

№ 48-49 от 7 мая 2021

Slide 1 of 11
  • № 48-49 от 7 мая 2021

Топ 6

1.
Репортажи

Интернат В закрытых психоневрологических заведениях сегодня живут 177 тысяч россиян. Большинство из них там и умрут. Елена Костюченко и Юрий Козырев провели несколько недель в ПНИ

538572

2.
Комментарий

Есть вещи пострашнее SWIFT Евросоюз угрожает отказаться от российской нефти и газа — и на этот раз вполне серьезно. Объясняет Максим Авербух

383741

3.
Интервью

Девочка, которая потеряла Конституцию 11 мая студентке МГУ Ольге Мисик выносят приговор за «осквернение будки» Генпрокуратуры

262323

4.
Комментарий

Патриарх обличал не ту тиранию Как оппозиция на Пасху решила, что глава РПЦ вдруг перешел в ее стан

152475

5.
Колонка

Новые лишенцы Депутаты всех фракций Госдумы задумали отнять у россиян избирательные права

141161

6.
Сюжеты

Казни, изнасилования, грабежи Во Франции вышло расследование о «бесчинствах российских наемников» в ЦАР. Вот самое главное

111548

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera