Интервью · Культура

Евгений Сангаджиев: «Точечно, больно, расстрельно, затрагивая мое этническое происхождение»

Режиссер нового сериала «Happy еnd», 1 апреля выходящего на more.tv, подвергается травле

13:33, 30 марта 2021Лариса Малюкова, обозреватель «Новой»

3403

13:33, 30 марта 2021Лариса Малюкова, обозреватель «Новой»

3403

Евгений Сангаджиев. Фото: РИА Новости

Новый сериал от продюсеров «Психа» начинается 1 апреля, но сразу после выхода трейлера хейтеры начали жесткую атаку на режиссера.

«Happy end» — кино для взрослых о запретном и притягательном. Его герои попадают в раскрученную индустрию Webcam. Высокотехничный стриптиз-бизнес, граничащий с порноиндустрией, построен на общении веб-модели и наблюдателя в онлайн-видеочате, где звезды площадки зарабатывают миллионы.

В чем претензии к режиссеру? Слишком откровенные сцены? Обнаженные тела? Почему градус агрессии зашкаливает?

Сюжет и актеры

Лера и Влад удирают из родного города в столицу. А неоновая Москва слезам не верит, питается неокрепшими душами. Они барахтаются в сверкающих водах дорогой моей столицы с ее надувными соблазнами. Пытаются выгрести. Насколько далеко они готовы зайти ради достижения своих целей?

Уже прослеживается внутренняя связь собственных проектов more.tv: «Чики», «Псих», Happy еnd. Само пространство действия (кабинет психоаналитика в «Психе», пыльный город на юге России в «Чики», Webcam в «Happy end») становится детонатором конфликта героев друг с другом, с самими собой, проявляют жирные пятна фальши внутри социума.

В этих картинах — превосходный кастинг, открытие новых имен, повороты в карьерах знаменитых актеров, таких как Ирина Горбачева, Елена Лядова, Евгений Симонов.

В «Happy end» — королевскую пару юных провинциалов (Лена Тронина и Денис Власенко) играет роскошная свита: Александр Горчилин, Любовь Толкалина, Алексей Агранович, Евгения Добровольская, Александра Ребенок. Manizha здесь в новой для себя роли саунд-продюсера.

Как и другие собственные проекты more originals, новый фильм бежит от отработанных лекал TV-лубка, не подворовывает у западных сериалов. Ищет болезненные зоны, предъявляет мир, булькающий пустотой и глянцем, давящийся страхом завтрашнего дня и болью сегодняшнего, врущий себе и другим, страдающий скорбным бесчувствием. И судорожно ищущим спасения в эмпатии.

Трейлер

Обращает на себя внимание некоторая закономерность. Как только художник нетитульной национальности входит в зону рискованных тем, немедленно начинается травля. Недавно это коснулось певицы Манижи, борющейся за права женщин и поддерживающей ЛГБТ+-сообщество, а теперь режиссера Сангаджиева, посмевшего размышлять о виртуальной секс-индустрии.

Говорим с ним о том, что происходит, почему он решил снимать восьмисерийную драму, будучи актером Гоголь-центра и до этого снимавшим только короткометражки.

— Я окончил Школу кино и телевидения «Индустрия». Начал фантазировать, что могу и что хотел бы снимать. Тут наши продюсеры предложили сделать небольшой тизер для сериала о балете…

— Видимо, решили, что поможет ваше хореографическое образование, вы же до ГИТИСа окончили хореографическое училище в Калмыкии?

— Наверное. В общем, я просто оказался рядом. И они дали мне почитать сценарий «Happy еnd». Я прочитал. И отказался.

— Рискованная тема напугала?

— Да нет. Уже был снят пилот. И в том ключе я не мог бы продолжать: жанрово слишком гладкая история. Не моя. И тогда мы вместе с продюсерами Настей Корецкой и Лешей Киселевым (Студия Видеопрокат) начали обсуждать историю, трансформировать и актуализировать ее. Искать интонацию каждого героя, их конфликт.

— Что для вас было принципиальным в этом развороте?

— Хотелось наших героев настроить так, чтобы они стали близки молодому поколению, чтобы можно было им поверить. Отсюда и кастинг, чтобы фальшака было как можно меньше. Да и сам мир Webcam — странный, обольстительный и опасный. И внутри этого гигантского монстра есть разное: плохое и хорошее, есть заряд для конфликта.

Кадр из сериала «Happy end»

— Сюжет про приезд молодых провинциалов в столицу стар как мир, а в нашем телевизоре замылен до дыр. В чем вы искали свежий ход для своей «человеческой комедии»?

— Прежде всего — в правде характеров и реакций, реалистичности в немыслимых обстоятельствах. Поэтому мне было важно закрепить точку отсчета — город Н., откуда бегут наши герои. Для такого внезапного катапультирования нужен импульс. Обычно на подобное бегство толкает неустроенность. А нам нужен был обрыв связи. И не хотелось долго раскручивать понятную предысторию. А взять и как можно резче, внезапней — как это бывает в жизни — погрузить ребят в экстремальные обстоятельства. Чтобы динамичнее прибыть к точке «выбор». При этом наша история — про завоевание маленьким человеком большого города — со времен Чаплина или бальзаковского Растиньяка не потеряла актуальности.

— Вы сказали: «в правде». Так в чем правда, брат?

— Если говорить о фильме, у каждого она своя. Персонажи очень разные, и в различиях Леры и Влада спрятана энергия. В этой связке есть внутренний конфликт. Она видит во всем с ними приключившемся возможности, он — испытания.

— А Москва и есть возможности. И испытания. За медными трубами — пожирающий огонь.

— И их очевидная разность и полярное отношение к происходящему, к соблазну таит возможность подключения к этому путешествию, дает зазор для шанса увидеть себя внутри этой истории. Мы пытались так выстраивать сюжетные линии, чтобы были «пропуски», не раскладывать все по полочкам. Чтобы можно было додумать. Вот есть конкретные персонажи, со своими светлыми и темными сторонами. Идем за ними, не очень понимая, что там сейчас за поворотом.

— А до этого «включения» вы знали про Webcam-индустрию?

— Я слышал о ее существовании. Но и представления не имел, что это гигантский мир, баснословные деньги.

— Число подписок на Webcam-площадки за пандемию увеличилось на 800%. За минуту общения с моделью платят тысячи долларов. Но я даже не удивлена, что вас уже обвиняют — мол, по скользкой дорожке пошел дебютант. Начал с «нехорошей квартиры».

— Я не вижу в этой истории эпатажа, не стремлюсь рассказывать про секс или порно. Генеральная ситуация — два молодых маленьких человека и их непомерные желания. Типичная проблема времени. Да и если говорить про Webcam, вы не задумывались, откуда эта миллионная армия виртуальных любовников?

Я не хочу морализировать: хорошо или плохо. Это индивидуальный выбор. Но хочу понять, что происходит, что ими движет.

Я думал, что готов к волне хейта. Но вот сегодня целый день идет жесточайшая атака на мой инстаграм. В комментах такой кошмар, страшно заглядывать.

Кадр из сериала «Happy end»

— То есть пишут, что затрагиваете непозволительные темы, развращаете молодежь…

Вы так хорошо говорите… А там точечно, больно, расстрельно, затрагивая мое этническое происхождение, вероисповедание.

— С этим у нас просто. И ведь люди, которые, как я видела, начинают пост со слов «чурка узкоглазый», ратуют за «высокое, светлое, доброе». При этом есть ощущение, что они-то точно знают, что такое Webcam. Поэтому особенно болезненно реагируют, будто их поймали за руку. Ведь они и фильм не видели.

— Никто его еще не видел. Но есть постер, обложка, трейлер, в котором мы показываем, что это динамичная, откровенная, хлесткая история. Готовя второй трейлер, я думаю прежде всего о нежности, которая для героев может стать спасательным кругом. Но какая тут нежность, когда вокруг нас такая ненависть! Посмотрите, что происходит с Манижей, какая волна ксенофобии и мизогинии. Причем на гребень этих волн поднимаются те, кто обычно не на виду.

— Часто в подобных «движениях войны» объединяются крайние силы: от «Мужского государства» до активистов «Сорок сороков».

— Ящик Пандоры открывает ритуальный призыв «Не позволим!». Он институирует традиционное — право быть моральным лакмусом под знаменами, быть белее, чище. Возможно, написав мне проклятие, они становятся морально устойчивей, как-то самоутверждаются… Кто-то ждет моего ответа, чтобы получить дополнительную энергию, набрать воздуха для следующего плевка.

Читайте также

Читайте также

Манифест Манижи

На Евровидение от России едет певица родом из Таджикистана с феминистским хитом. Российские ксенофобы и сексисты в ужасе

— Уже сложился сценарий подобных хайпов. Ханжество, ксенофобия соединяются с патриотикой. Важно, чтобы не обнаружились благонравные депутаты, которые эту отрицательную энергию используют в личных целях самопиара. Как это было с «Братством» Лунгина.

— Анализировать подобные процессы — не мое дело. Возможно, это все от большого количества свободного времени. От нереализации. Людям, наверное, нечем заняться. А мне некогда отвечать. И не хочется.

— Конечно, неприятие прежде всего связано с пограничьем вашего сюжета с индустрией порно. Когда вы снимали, как обозначали границы запретного и возможного?

— Есть конкретная граница, которая называется «Уголовный кодекс», есть юристы нам в помощь. Но ведь и задачи не было демонстрировать «клубничку», тело ради тела, секс ради секса. Откровенные сцены подчинены драматургии. В какой-то момент даже мне показалось, что их слишком много. Но мы рассказываем историю о тонких отношениях, о неумении говорить друг с другом и договариваться. О неумении признаваться в ошибках. О разрушительности успеха. О разрушительности ослепительной бациллы столицы и наших главных врагов — желаний, которые нас пожирают. Но еще это романтическая история о молодом человеке, родившемся не в то время и не в том месте.

— Юный Вертер попал в Webcam ХХI века и побежал вслед за бедной Лизой топиться… На наших глазах мир необратимо меняется. Люди удаляются друг от друга с космической скоростью в социальной, интимной жизни.

— Во взрослую жизнь вошло поколение, родившееся не с ложкой во рту, а с гаджетом в руке. Супертехнологический скачок произошел. А с ним обновляется этика, степень искренности, коммуникация. Им удобнее писать. По телефону уже не говорят. И вот парадокс. С одной стороны — очевидное стирание границ: все говорят по-английски, больше нет языковых барьеров. Могут общаться через океан в режиме онлайн. И при этом вроде бы сближении — стали по-человечески дальше друг от друга. Кроме того, все доступно, с доставкой на дом. Без усилий. Представьте, если бы локдауны случились в 1982-м. Люди сошли бы с ума. Интернет с его зумами, чатами, телеграм-каналами позволил пережить эту «консервацию». Возникла устойчивая иллюзия общения.

Кадр из сериала «Happy end»

— Иллюзия, как тень — не знает своего места, постепенно подменяя реальную близость?

— Мне видится это время чрезвычайно ярким, интересным. Невозможно эти процессы оценивать с точки зрения «хорошо» или «плохо». Невозможно и не нужно с ними бороться. Да и как? Но в конфликте поколений у гаджетов — «роль со словами». Родители дистанцируются от детей, гаджеты, мультики их подменяют. Дома перестают разговаривать.

— Кстати, есть любопытное наблюдение. Родители, чьи дети учатся в других городах и странах, начинают больше общаться по скайпу, зуму. А скажите, в чем преимущество видеосервиса с собственным производством перед сериалом на федеральном канале?

— Платформа начинает выигрывать, она дает возможность расширения спектра проблем, жанров, тем. В частности, нашу историю нельзя было бы рассказать на госканале. Кроме того, это новое пространство, созданное по твоему запросу. И если компьютер подключен к кабелю, то на мониторе у тебя слева — Денис Власенко, справа — Том Круз… Не могу сказать, что на платформах неограниченная свобода. В частности, есть возрастные ограничения, но внутри них — возможность снимать и говорить более открыто.

— На днях в соцсетях разгорелась дискуссия о преимуществах платформ перед госканалами. И среди прочих высказано мнение, что платформы отличаются лишь тем, что там позволены обсцен и обнаженка, а никакой другой свободы нет.

— Свободы больше. Но платформы в основном принадлежат госкорпорациям. Поэтому ограничения есть, в том числе политические. Хотя я с ними не сталкивался…

— До поры до времени…

— Пока нет возможности все тотально контролировать и отключать контент. С одной стороны, интересное время, с другой — ты сам должен чувствовать настройки.

— Время мутное и смешанное, вот на вас нападают «дружинники» в инстаграме… А на какую аудиторию вы ориентировались?

— Мы старались снять человеческую историю, которая не обязательно должна нравиться каждому. Реакция может быть полярной. Если вы видели наши заставки, то на них Happy and перечеркнут. Для меня это не зачеркивание, а тонкая линия между низом и верхом. С точки зрения обывателя, который не смотрит, но осуждает — это нижняя история. Для других — сюжет про ребят с их мечтами и крушениями. А мы идем по этой тонкой линии…

Кадр из сериала «Happy end»

— Что такое линейка more-tv—original?

— Это собственные проекты. Платформа финансирует, производит, транслирует, продает такие сериалы, как «Чики», «Псих», демонстрируя, что сериальные проекты могут быть самых разных жанров, в том числе это драмы, трагикомедии. Казалось бы, как может подключиться мой соотечественник в Калмыкии к страданиям героя, живущего в 250-метровой квартире? При этом история «Психа» задевает самых разных людей.

— Жители Калмыкии будут смотреть «Happy еnd»?

— Надеюсь, да. Не только потому, что режиссер из Элисты. Хочется, чтобы больше людей посмотрело. Даже неважно, понравится им сериал или нет. Это всего лишь кино. Но что-то не так во времени, когда из-за кино тебя могут оскорбить. Когда любой может мне публично писать мерзости, звонить в видеочате. Узнать, где я живу. Выследить. Тревожно очень.

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#сериалы #новая этика #травля

важно

5 часов назад

В Риме задержали двух офицеров по делу о шпионаже в пользу России. Италия высылает двух российских дипломатов

важно

18 часов назад

«Мемориал» включил канских подростков в список вероятных жертв политических репрессий

выпуск

№ 34 от 31 марта 2021

Slide 1 of 11
  • № 34 от 31 марта 2021
  • № 33 от 29 марта 2021
    № 33 от 29 марта 2021
  • № 32 от 26 марта 2021
    № 32 от 26 марта 2021
  • № 31 от 24 марта 2021
    № 31 от 24 марта 2021
  • № 30 от 22 марта 2021
    № 30 от 22 марта 2021
  • № 29 от 19 марта 2021
    № 29 от 19 марта 2021
  • № 28 от 17 марта 2021
    № 28 от 17 марта 2021
  • № 27 от 15 марта 2021
    № 27 от 15 марта 2021
  • № 26 от 12 марта 2021
    № 26 от 12 марта 2021
  • № 25 от 10 марта 2021
    № 25 от 10 марта 2021
  • В архив выпусков «Новой газеты»

Топ 6

1.
Версии

Танкер, который смог Почему блокировка Суэцкого канала не похожа на случайность

493913

2.
Репортажи

Миллиардер. Из Пензы Как выживает один из беднейших регионов России, где губернатор арестован за взятки. Репортаж «Новой»

257699

3.
Сюжеты

Культурно посидели, попили-поели Нарушения почти на полмиллиарда рублей нашли аудиторы Контрольно-счетной палаты в работе администрации Адмиралтейского района Петербурга

230489

4.
Сюжеты

«Заткните это животное!» В Находке структуры, которые были связаны с Ротенбергом, строят завод по производству метанола для Китая. Он нравится всем, кроме местных жителей

195930

5.
Колонка

Масочный режим для фуфловира Главу «Биотек» Шпигеля арестовали потому, что госструктуры не простили частникам конкуренции в ковид-пандемию. А губернатор пошел довеском

186954

6.
Сюжеты

«Всю ночь стоишь по колено в крови, и я потребовал отдыха» Признания участников спецгрупп НКВД и исполнителей расстрелов советских граждан. Украина продолжает открывать архивы Большого террора

141877

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera