— Налитературном поприще вы дебютировали в 2002 году, книга воспоминаний называлась «Не всё». За восемнадцать лет появились новые люди, новый опыт. «Ещё не всё» уже не воспоминания, а что — другой жанр, другое настроение, другие задачи? И почему именно сейчас?

— Мне давно предлагали написать книгу, взяв за основу мою авторскую программу «Нескучная классика». Честно говоря, думала я над этим довольно долго. Изначально идея меня не очень захватывала: казалось, есть уже программы, их можно найти в интернете, к чему еще и книгу издавать? Но в итоге поняла, что может получиться интересный сборник бесед, если выбрать ряд самых знаковых, важных для меня интервью. Я не случайно придумала подзаголовок «Ещё не всё»… Эта книга — не продолжение первой моей книги, в ней соединились беседы и зарисовки — эссе о каждом из героев.

— Программа«Нескучная классика», наследница вашего предыдущего проекта «Камертон», выходит десять лет, в наши переменчивые времена — серьезный возраст. Наверное, подсознательно книга, кроме прочего, своеобразное подведение промежуточных итогов, их осмысление. И подарок себе, любимым. Как можно понять из предисловия, родной канал — или не родной — не спешит с поздравлениями?

— Я не задумывалась ни над подведением итогов, ни над идеей «подарка самим себе». На канале «Культура» я выхожу в эфир 15 лет. При этом ни одного дня, не понимаю, почему, не была штатной ведущей канала. А что касается поздравлений — юбилей программы прошел полгода назад, так что правильнее будет сказать, что

— Скем легче, со знакомыми или совсем новыми для вас собеседниками?

— С очень близкими людьми сложнее. Самое сложное для меня, пожалуй, — интервью с Владимиром Спиваковым (а он был героем программы три раза). Мне показалось, что и ему было не очень уютно со мной в одном кадре. С новым собеседником гораздо легче. Мы оба в равном положении, ведь сверхзадача — произвести первое впечатление.

— Тех, кто в книгу не попал, не обижаются?

— У них еще есть время обидеться, книга только что увидела свет. Но я почему-то уверена: этого не произойдет. Мне кажется, книга получилась светлая. Она — мое признание в любви людям, беседы с которыми легли в основу этого опуса. Отбор был сложным, долгим, нужно было найти баланс между героями книги, чтобы все главы были внутренне созвучны одна другой. У меня было желание включить больше интервью, но выдающийся редактор Елена Шубина пошутила: «Корешок не выдержит». Если книга будет принята хорошо, я не исключаю, что напишу продолжение этого цикла бесед.

— Классикаи попса — вечное противостояние. Классику приходится защищать, в обыденном сознании она воспринимается заведомой скукой, не случайно же ваша программа носит полемичное название. А что, попса всегда интересно и весело, откуда этот стереотип? Неужели шлягер, пару недель возглавляющий хит-парады, интереснее Баха, Моцарта, Чайковского? Или тут другие, гораздо более сложные, неочевидные отношения?

— Очень даже очевидные. Во-первых, между великой поп-музыкой и вульгарной попсой — пропасть. Пожалуй, единственное, что их связывает, — и то, и другое продукты массового потребления. Они легче усваиваются. Классика же имеет накопительный эффект для нашего сознания. Во-вторых, классика давно не нуждается в чьей-либо защите. Просто ей необходимо завоевывать территорию, может быть, и жертвуя пресловутым нимбом элитарности. Задача классики — просвещать, пусть даже иногда развлекая. Одно другому не противоречит.

— Выиз замечательной музыкальной семьи: папа — скрипач, мама — пианистка. Почему не продолжили традицию?

— С детства инстинктивно понимала, что игра на рояле — не мое. Наверное, сыграло роль то, что меня окружали люди, музыкально гораздо талантливее. Скажем так, я просто не любила музыку как профессию. Зато уверена: из меня получился талантливый слушатель.

— Этимлетом ушла из жизни ваша мама Аида Аветисова, поразительно красивая женщина, я видела, как она слушает музыку. Расскажите о ней.

— Мама была очень одаренным человеком, с очень сильным характером. Уверена, как профессионал она до конца себя не раскрыла. Пианистка, первая в Армении игравшая на клавесине, преподававшая более 30 лет в специальной музыкальной школе. Но главное, в чем мама реализовалась, — она была гениальной женой и гениальной бабушкой для своих внучек. Папы нет уже 35 лет, мама ушла полгода назад… С каждым прожитым днем я все больше осознаю, что не успела с ними договорить.

— Пандемияпоказала, насколько мы все уязвимы, как быстро, несмотря на виртуальные возможности, рвутся тонкие человеческие связи. Особенно это затронуло культуру—кроме финансовых потерь есть эмоциональные травмы, в первую очередь страх. Как думаете, что изменится в этой сфере?

— Думаю, жизнь наша поделилась на «до» и «после». С другой стороны, душа, как хвост ящерицы, имеет свойство регенерировать. Выживут те, в ком есть внутренний свет. Это может быть вера, любовь, желание творить.

— Есть ли нереализованноежелание, возможное и невозможное, чего душа жаждет?

— Не задумываясь: новых ролей в театре! Новых проектов на телевидении! Но я давно научилась не мечтать о невозможном и не жалеть о том, что уже не может произойти. Возраст — это когда понимаешь значение слов «больше никогда». С другой стороны, реализация желаний во многом зависит от моей энергии и воли. Вышедшая книга — один из примеров.

— Этотвопрос звучал в программе «Нескучная классика», возвращаю его вам: «Что бы вы хотели о себе услышать?»

— Всё! Мне всегда интересно, что обо мне думают люди. Особенно те, кем я восхищаюсь.

— Какговорят музыканты, «идем на коду». Каждая глава в книге завершается саундтреком, плейлистом с музыкальными предпочтениями собеседника, его музыкальный портрет. Ваш саундртек, как бы вы себя охарактеризовали музыкой?

— Это будет очень эклектичный плейлист. Будет Бах в исполнении Глена Гульда, будет соната Франка в исполнении моего мужа, Пятая симфония Чайковского, адажиетто Малера, будет звучать голос Джесси Норман, а еще непременно Шарль Азнавур, Мина Мадзини, Леонард Коэн… И, конечно, моя младшая дочь, певица Анна Кова.

БеседовалаКлариса Пульсон, специально для «Новой»