Сюжеты

Резня

Ее еще стыдливо называют нейтральным словом «депортация». 18+

Фото: Zuma / TASS

Этот материал вышел в № 117 от 23 октября 2020
ЧитатьЧитать номер
Общество38 489

Павел ПолянОбозреватель «Новой»

38 489
 

Одной из самых страшных трагедий ХХ века стала «Армянская резня», осуществленная турками в ходе Первой мировой войны, когда армянское население было «депортировано» из прифронтовых районов вглубь страны. 

Депортации по определению предполагали большие просторы, так что возможностями для их осуществления не располагал в Европе никто, кроме двух соседних империй — Российской и Османской. И обе империи попользовались ими необычайно широко, в том числе Россия, депортировавшая своих недругов не только в Сибирь, но и по взаимной договоренности в… Турцию!

Так, после пленения Шамиля и победного завершения Кавказской войны на Восточном Кавказе российское правительство выселило сотни тысяч побежденных «мухаджиров», то есть непримиримых повстанцев и членов их семей. Потомки этих эмигрантов и по сей день проживают и в современной Турции, и на бывших османских территориях на Балканах и на Ближнем Востоке, а также в странах Западной Европы и США. Всех таких депортированных для простоты нередко объединяли одним, более привычным словом — «черкесы».

Расселение армянского населения в восточных областях Османской Империи, 1896 год. Фото: Wikimedia

Во время Первой  мировой войны Россия прибегала к весьма активной депортационной политике в прифронтовой полосе как на Западном (против Германии), так и на Юго-Западном (против Австро-Венгрии и Болгарии) театрах боевых действий. Главными объектами депортации были неблагонадежные этнические контингенты — в первую очередь евреи и граждане враждебных воюющих государств. 

То же самое происходило и на Южном (Кавказском) театре, направленном против Турции, но только это, несомненно, менее изучено. Война здесь была объявлена позднее: 30 октября 1914 года, причем с турецкой стороны — в форме джихада, подразумевающего ни много ни мало — искоренение неверных. 

И уже в ноябре противники атаковали территории друг друга. Первыми в начале месяца границу перешли два русских отряда, а в середине ноября то же сделали и турки: при поддержке повстанцев в Южной Аджарии они вторглись в Россию и подошли к Батуму.

На оккупированных землях они сумели мобилизовать под свои знамена несколько тысяч мусульманских добровольцев, на что воспоследовала депортация мусульманского населения (по меньшей мере 10 тыс. чел.) из прифронтовой зоны. Все это были преимущественно подданные Турции. Высылали их во внутренние губернии: Олонецкую, Воронежскую, Калужскую, Ярославскую, Рязанскую и Тамбовскую, а в особенности — в район Баку, где для них был создан устрашающий по своим условиям лагерь на 5 тыс. человек. 

Но Россия точно так же, как Турция с российскими мусульманами, заигрывала с турецкими армянами, подбивая их на восстание. Так что, на первый взгляд, турецкая политика против потенциальной «пятой колонны» у себя в тылу — против христианских подданных Порты — армян и греков — вписывается в ту же логику, что и российская. Тем более что сами по себе репрессии были объявлены только после сокрушительного поражения турок в декабре 1914 — январе 1915 года у высокогорного Саракамыша. 

Но это только на первый взгляд.

Потому что турецкие репрессии были не просто депортацией, а геноцидом армян, чаще всего и по справедливости именуемым Резней. 

Следует подчеркнуть, что подготовка к Резне и первые ее репетиции начались задолго до воинственных младотурков — еще при свергнутом ими султане. Ни переход власти от султана к младотуркам в 1908 году, ни аналогичный переход от младотурок к Ататюрку и республиканцам в 1919 году в этом вопросе не принесли перемен. 

Колонна армян движется под вооруженной охраной. Апрель 1915 года. Фото: Wikimedia

Особенностью султанского предгеноцида было использование в качестве убийц не только «башибузуков» (солдат регулярной армии), но и «софтов» — фанатичных и юных (от 12 до 25 лет) студентов-исламистов, а также и «хамидие» — парамилитарных курдских отрядов, прямым назначением которых была нейтрализация армян, контроль над ними и террор против них (курдам были переданы и все пастбища вдоль российско-турецкой границы). 

Отметим и принципиальное отличие турецкого геноцида армян и греков, не только допускавшего, но и приветствовавшего конвертацию христиан в ислам, от немецкого геноцида евреев и цыган, не предусматривавшего для расово идентифицированных жертв вообще никакой альтернативы, кроме коррупции и продления их жизни в гетто или лагерях смерти на время трудовой эксплуатации. Гитлер не предлагал им ни христианизации, ни тем более германизации.

Турецкая депортационная политика проявила себя в эти годы в такой чудовищной ипостаси, что принесла стране вечно позорную репутацию творца первого в новейшей истории этноцида. 

В совместной Декларации от 24 мая 1915 года страны Антанты — Англия, Франция и Россия — впервые квалифицировали резню армян как тягчайшее преступление против человечности. Германия же не только не осудила арменоцид, но и внесла в него свой посильный вклад: во-первых, подстрекательством, во-вторых, понимающим отведением глаз во время самой резни и, в-третьих, соучастием в замалчивании геноцида. 
Как и во время Второй мировой в случае евреев, депортации армян во время Первой были неотрывны от геноцида и являлись его неотъемлемым звеном и одновременно операцией прикрытия.

Но серьезной особенностью тут является то, что и сами депортации как таковые были не столько фазой (этапом) геноцида, но и одним из главных его инструментов. Те, кого «эвакуировали» в сирийскую пустыню Дейр-эз-Зор, в Конью или еще дальше, в Северную Мессопотамию (вплоть до Мосула и Киркука), еще по пути становились жертвами «четтес» — турецких и, в Месопотамии, курдских разбойничьих банд, которым был выдан фактический карт-бланш на грабежи, насилие и убийство армян. 

Армяне, уничтоженные в Алеппо. Фото: Wikimedia

Но и те армяне, что как-то дошли до пустынь назначения, вовсе не были там в безопасности: в их лагерях царили смертельно опасные антисанитария, голод и эпидемии.

Другой особенностью арменоцида была его беспрецедентная брутальность: большинство жертв умерщвлялось вручную — холодным оружием, убийству в большинстве случаев предшествовали издевательства, изнасилования и садистские пытки. 

Убийцам были нужны не просто убитые армяне, но армяне замученные.

Известно немало случаев, когда прежде чем перерезать беззащитному армянину горло, турки закапывали его живьем. На оптимизации конвейера смерти и трудозатратах на убийство ненавистных армян младотурки в нищей Турции, в отличие от нацистской Германии, не экономили. 

Непосредственно в убийствах охотно принимали участие и курды, и черкесы — потомки тех самых западнокавказских мухаджиров, что были высланы в свое время из России.

Еще в феврале 1914 года перспективы были другими: турецкие армяне были близки к получению автономии, поскольку Россия вырвала у Турции согласие на создание двух зон из шести армянских областей и города-порта Трапезунда, которые должны были управляться согласованными с Портой представителями европейских держав. Но младотурецкий триумвират — Энвер-пашá, Талаат-пашá и Джемаль-пашá — в очередной раз «кинул» русского царя и сделал ставку на Германию, с которой 2 августа 1914 года, то есть назавтра после объявления Мировой войны, Турция подписала секретный договор. 

Младотурецкий триумвират. Талаат-пашá, Энвер-пашá и Джемаль-пашá. Фото: Wikimedia

Одним из пунктов договора было послевоенное изменение восточных границ Османской империи для создания коридора к мусульманским народам России, что не слишком хорошо вязалось с армянским присутствием в тех же местах. 

Первым шагом к резне стала мобилизация в турецкую армию. Призванные в армию армяне — около 100 тысяч человек! — оказались в самой настоящей западне. Их разоружили и жестоко, по одному, убивали, перерезая каждому горло. Разобраться с остальными армянами — женщинами, детьми и безоружными стариками — было уже не так сложно. Депортировали всех! 

Депортация армян. Фото: genocide-museum.am

Различают несколько фаз депортации-геноцида. Первая началась с высылки армян Зейтуна и Дертьела в Киликии в начале апреля 1915 года, вторая, начавшись 24 апреля (этот день и отмечается как День памяти жертв армянского геноцида), охватила армянскую элиту Стамбула, точнее, ее часть (турки опасались излишней и ненужной огласки в связи с наличием в столице множества европейцев). Третья фаза — это депортация армян из ареала их компактного расселения в восточной Анатолии. 

А в июне 1915 года, уже после завершившегося в середине мая Ванского сражения, когда союз русской армии и армянских повстанцев уже сложился, началась четвертая фаза: депортировали всех армян изо всех приграничных районов и из Киликии, за исключением тех, кто был признан полезным для государства.  

26 мая 1915 года министр внутренних дел Турции Талаат-паша представил «Закон о депортации», утвержденный меджлисом 30 мая 1915 года. В приказе от 21 июня 1915 года Талаат-паша ввел три принципа, ставших основополагающими при будущем расселении армян: первый — число армян не должно превышать 10% от числа мусульман в регионе, второй — число армянских домов в деревне не должно превышать 50, третий — армянам запрещалось менять место жительства и открывать собственные школы.  

Не слишком демократично, конечно, но действительность была очень далека и от этого режима спецпоселений.

На деле же ручьями полилась армянская кровь, и последнее слово в «окончательном решении армянского вопроса» оставалось не за чернильницей чиновника, а за ятаганом убийцы.

Депортация и уничтожение турецких армян в 1915 году коснулись и причерноморских провинций Османской империи. Здесь, однако, геноцид и «депортация» имели специфические черты: часть «депортированных» вывозили на кораблях в море и топили по турецкой привычке — в мешках. 

Во время трибунала 1919 года начальник полиции Трапезунда показал, что губернатор области Мехмет Джемаль Азми насиловал армянских медсестер из больницы Красного Полумесяца и держал их в качестве наложниц. Не забывал губернатор и старших товарищей по партии в Стамбуле, куда отправлял молодых армянок в качестве «скромного подарка». 

По сравнению с другими провинциями, в турецком Причерноморье армяне были сравнительно малочисленны. Из христианских народов здесь доминировали понтийские греки, так же, как и армяне, ставшие жертвами этноцида. Но, по сравнению с армянской резней, этот этноцид известен и изучен значительно хуже.

Русские солдаты над останками жертв геноцида в армянской деревне Шейхалан. Фото: Wikimedia

Начавшийся по тому же сценарию, что и армянский, то есть с призыва молодых греков в турецкую армию (в марте 1915 года их, правда, не убивали, как армян, а отправляли в трудовые лагеря), геноцид греков был как бы смещен во времени примерно на год. Официальным поводом послужил коллаборационизм греческого населения, искренне приветствовавшего приход русской армии. Трапезунд находился под российской оккупацией с апреля 1916 по март 1918 года. Греки провозгласили временное греческое правительство c митрополитом Хрисанфом во главе и сформировали отряды самообороны. Их бойцы — так называемые «поликары» — ушли в горы и продолжили партизанскую борьбу с турками и после ухода русской армии.  

Но сразу же после того как Россия овладела областью Трапезунда, младотурки начали жестокую расправу над предателями — греками-понтийцами — на всех остававшихся под его властью территориях. А когда в марте 1918 года, после заключения Брест-Литовского договора, российские войска покинули Трапезунд, турецкая армия хлынула в город и окрестности, повсюду устраивая кровавые бани. 

Многие греки, спасаясь от смерти, бежали на Кавказ, к этому времени расколовшийся на независимые страны.

В 1919 году началась очередная греко-турецкая. Греческое наступление в Анатолии стало сигналом к новому, еще более жесткому истреблению понтийцев — фактически все они были объявлены вне закона.

Продолжились «обычные» турецкие зверства: грабежи, убийства, изнасилования, массовые депортации. В отсутствие какой бы то ни было поддержки извне (Греция войну проиграла, а ее бывшие союзники по ряду причин поддерживали Ататюрка) поликары сосредоточились на переправке греческих беженцев за пределы Понта — в изгнание. Около 400 тысяч понтийцев были эвакуированы в Грецию, еще около 135 тысяч — на Кавказ. 24 июля 1923 года, через год после поражения Греции в войне, между Турцией и Грецией был заключен мирный договор. 

Фото с акции памяти по случаю 100-летия геноцида армян. США, 2015 год. Фото: Zuma / TASS

По официальным турецким данным, в стране в 1912 году проживало 1,3 млн армян, из них в шести восточных вилайетах (провинциях) с преобладанием армянского населения — Эрзеруме, Ване, Битлисе, Арпуте, Сивасе и Диарбекире — 660 тысяч. Куда больше доверия вызывают данные армянской патриархии, согласно которым в Турции в 1912 году проживало около 2,1 млн армян, из них более миллиона — в шести армянских провинциях, еще 140 тыс. — в провинциях, соседних с ними, 410 тыс. — в Киликии и 530 тыс. — в Западной Анатолии и европейской части Турции.  

Оценки количества жертв по разным источникам радикально разнятся — от 600 тыс. до 1,5–2 млн человек. 

После окончания Первой мировой войны в Турции оставалось лишь 70–80 тысяч армян. 

Потоки беженцев были возможны только вблизи границ с Россией, Грецией или Болгарией, но люди бежали главным образом именно в Россию (из Эрзерума и Вана). Почти 600 тысяч армян стали тогда беженцами и рассеялись по многим странам мира, пополнив старые и образовав новые армянские общины. Так образовалась глобальная армянская диаспора — Спюрк. 

Что касается понтийских греков, то физически их было уничтожено не менее 350 тысяч человек. В самом Понте сегодня проживает около 300 тысяч исламизированных греков, из них примерно 75 тысяч сохраняют понтийские язык и обычаи и, по сути, являются криптохристианами. 
Большинство беженцев-понтийцев осели и проживают компактными группами на Кавказе (Южная Россия, Грузия, Армения) и в Северной Греции (Македония и Западная Фракия). Значительная диаспора существует в Казахстане и Узбекистане, куда греков депортировали уже Советы.

P.S.

Пытаясь вступить в Евросоюз, Турция признала через губу сам факт Резни, но упорно отрицает его в качестве геноцида и даже — по закону 301 об оскорблении турецкой нации — строго преследует всех несогласных с этим тезисом (наиболее известный пример — писатель и Нобелевский лауреат Орхан Памук). 

Почему это важно

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть честной, смелой и независимой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ в России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Пять журналистов «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Ваша поддержка поможет «Новой газете».

Топ 6

Яндекс.Метрика
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera