Комментарии

Федор Крюков: «Вымышленного в моем рассказе нет ни полслова»

К 150-летию запрещенного советской властью русского классика

Культура9 763

Андрей Черновписатель, член Петербургского ПЕН-клуба

9 7631
 
Федор Крюков. Фото: wikipedia.org

Он родился в семье казака-хлебороба 2 (14) февраля 1870 года в станице Глазуновской Усть-Медведицкого округа области Войска Донского. С серебряной медалью окончил усть-медведицкую гимназию, а в 1892-м — Санкт-Петербургский историко-филологический институт. 13 лет учительствовал в Орле и Нижнем Новгороде, но на малой родине (куда он, такой нетипичный статский советник, летом приезжал помогать семье пахать и сеять, а станичникам — писать прошения и жалобы) любили и его, и его прозу.

Он начал печататься в1890 г. в «Северном вестнике» и многие годы был членом редколлегии неонароднического журнала «Русское богатство», который издавал В. Г. Короленко. Выпустил сборники «Казацкие мотивы. Очерки и рассказы» (1907), «Рассказы» (1910).

Факсимиле писателя на одном из его неопубликованных писем

Его прозу ценили Горький и Короленко, его при жизни называли Гомером казачества. На кого из писателей второй половины ХХ века более всего похожа его проза? По методу, иронии и даже по каким-то стилистическим особенностям, пожалуй, более всего — на прозу Довлатова. «Вымышленного в моем рассказе нет ни полслова», — признается Крюков в 1906 г. своему товарищу по «Русскому богатству» в одном из неопубликованных до сих пор писем.

В тот же год писатель избран в Первую Государственную Думу от донского казачества, был близок к фракции трудовиков и стал одним из основателей Партии народных социалистов (политическая партия русской интеллигенции, единственная из социалистических партий, не признававшая террора). 13 июня 1906 г. на пленарном заседании Первой Государственной Думы депутат Крюков протестует против использования правительством казачьих частей для подавления гражданских волнений. Его речь вызвала парламентскую бурю.

Вскоре после этого царь распустит Думу.

Крюков уезжает на Дон, но через год по решению донского наказного атамана он выслан с Дона в… Петербург. Уникальный случай в российской истории!

За подписание Выборгского воззвания (воззвания депутатов распущенной Думы к народам России) отбывает трехмесячное тюремное заключение в петербургских Крестах (1909), а потом несколько лет работает помощником библиотекаря в Горном институте.

По музыкальности, по бережности передачи донской речи его проза ни на кого не похожа. Разве что на «Тихий Дон»:

«Пахло отпотевшей землей и влажным кизячным дымом. Сизыми струйками выползал он из труб и долго стоял в раздумье над соломенными крышами, потом нехотя спускался вниз, тихо стлался по улице и закутывал бирюзовой вуалью вербы в конце станицы. Вверху, между растрепанными косицами румяных облаков, нежно голубело небо: всходило солнце».

Нет-нет, это не «Тихий Дон», это повесть Крюкова «Зыбь» (1909 г.).

На фронтах Первой мировой войны Крюков — санитар отряда Государственной Думы и фронтовой корреспондент.

Федор Крюков перед отсидкой в «Крестах» за подпись под Выборгским воззванием (1909). Фото из архива

Февральскую революцию встречает в столице. Весной 1917-го Крюков возвращается на Дон. Следующей весной вместе с войсковым старшиной Голубинцевым поднимает в Хоперском округе первое на Дону антибольшевистское восстание. В бою с красными получает контузию. Арестован большевиками, но по приказу командарма Филипа Миронова, друга их общей молодости, выпущен. Работает директором гимназии, а после в Новочеркасске избирается секретарем круга войска Донского (сейчас бы сказали — спикером парламента) и становится редактором газеты «Донские ведомости», правительственного печатного органа. Крюков — один из идеологов Белого движения. По решению Войскового круга собирает и публикует свидетельства о Вёшенском восстании.

По официальной, но ничем не подтвержденной версии, весной 1920-го умер от тифа в одной из кубанских станиц во время отступления казаков к Новороссийску, по другой, также не подтвержденной, схвачен и расстрелян красными.

Его литературных творений хватит на пять увесистых томов. И это без романа о казаках, который он писал в последние годы своей жизни, о чем новочеркасская газета «Вольный Дон» сообщала 8 сентября 1917 г. в редакционном репортаже, озаглавленном «По станицам. Дорожные впечатления»: «Ф. Д. Крюков задумал написать роман из казачьей жизни, где предполагает коснуться старины и нарисовать также и современную казачью жизнь».

О том, что последние годы своей жизни писатель работал над «Тихим Доном», существует несколько независимых свидетельств.

Что и как было присвоено Шолоховым, — вопрос по-прежнему остается открытым. В начале 1990-х архивные чины Лубянки признавались, что они бы и выдали рукопись Крюкова, но «семья Шолохова возражает». Ну а вскоре архивы захлопнулись и такие переговоры стали просто неактуальны.

Созданная десять лет назад волонтерская группа независимых исследователей по книгохранилищам и архивам собрала практически всё написанное мастером, многое оцифровала и выложила на сайте «Несториана». А 14 февраля, в день рождения писателя, в Пушкинском Доме (Институт русской литературы РАН) проходят Крюковские чтения. Программу можно прочесть на сайте Пушкинского Дома.

Кроме того, в Большом конференц-зале Пушкинского Дома открылась выставка, где представлены подлинники писем и фотографии писателя — с 1882 по 1919 год и много других никогда не выставлявшихся материалов. Выставка будет открыта до 17 февраля.

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera