Сюжеты

5 лет теракту в редакции «Шарли Эбдо». Помолчим? Или заткнемся?

В годовщину трагедии редакция выпустила специальный номер, рассказав о новых видах цензуры, жертвы которой – мы все

Ришар Малька. Фото: Наталья Данилова / «Новая»

Общество9 679

Юрий Сафроновобозреватель «Новой», журналист RFI, Париж

9 67923
 

Сегодня — 5 лет трагедии в редакции «Шарли Эбдо».

Тогда террористы убили 12 человек — под предлогом «оскорбленности» за карикатуры на Пророка. В те же дни террорист из той же банды лишил жизни еще пятерых человек — сотрудницу полиции и посетителей магазина Hyper Cacher.

С тех пор террористические убийства во Франции стали страшной обыденностью. Было 19 терактов, в которых погибли 264 человека. Последний случай — в парижском пригороде Вильжюиф, произошел несколько дней назад, 3 января, когда от ножа «сумасшедшего» (кричавшего «Аллаху Акбар!») погиб мужчина. 5 января в Меце еще одного «сумасшедшего» с ножом, кричавшего то же самое, успела схватить полиция.

…А сотрудники «Шарли» все эти годы живут под усиленной охраной и сочиняют рисунки в редакции, чей адрес — тайна государственной важности. И сегодня уже почти никто, кроме «Шарли», не позволяет себе таких вольностей как карикатуры на самую обижаемую в мире религию.

«Приходится признать, что многие журналисты и художники подвергают себя цензуре. И что сегодня все так же намного проще издеваться над Папой и католиками, чем представлять в карикатурном виде ислам», — говорит в интервью Paris Match Патрик Пеллу, бывший колумнист «Шарли», врач скорой помощи. Он в день трагедии по случайности не был на планерке, но приехал на место в числе первых вместе с другими врачами. Я помню, как на следующий день Пеллу пришел в телестудию рассказать о погибших друзьях и не сдержался в прямом эфире, плакал.

Читайте также

Убийственный смех

Сегодня он просто зол. У него спрашивают о судебном процессе по делу «Шарли Эбдо», который в мае начнется над 14 предполагаемыми пособниками террористов, а Пеллу отвечает: «Понять, как функционирует враг, это уже половина победы. Я также надеюсь, что этот процесс позволит нам по-настоящему осознать, какую войну нам объявил исламистский фанатизм…».

Пеллу говорит еще гораздо более резкие вещи, несправедливо резкие, поэтому я их просто не буду цитировать.

«За эти пять лет я сильно изменился, — говорит он. — Я, как и Зинеб (Эль-Разуи), ловлю малейшие сигналы».

«Я больше не могу терпеть ни малейшего нарушения принципа светскости… Это идет из внутренностей, из кишок».

Зинеб Эль-Разуи, выступавшую на религиозные темы в «Шарли» (откуда она, наряду с еще несколькими старыми сотрудниками, ушла из-за несогласия по финансовым вопросам), называют «одной из самых охраняемых женщин Франции». Зинеб очень смелая. Женщина с арабской фамилией, которая продолжает писать полные издевательского гнева «открытые письма кандидатам на джихад» и говорить об исламизме в таком тоне, что ей уже аплодируют французские ультраправые. Нынешним летом судили угрожавшего ей индивидуума, которого полиции удалось вычислить, но таких — очень много, рассказывает она.

Зинеб Эль-Разуи. Фото: EPA

Эль-Разуи тоже порой говорит несправедливо жесткие вещи, а ведь нельзя ни при каких обстоятельствах позволять вашей ненависти брать над вами верх, и делать зло главным проводником ваших действий…

Но вот под этой, лежащей на поверхности, ее «истиной» нужно подписаться:

«Чем большее число людей будет молчать, тем большей опасности будут подвергаться те, кто, как я, молчать не могут». 

«Чем больше людей выступит в защиту свободы, тем меньше опасность будет концентрироваться на отдельных людях».

А пока на стороне «оскорбленных» фанатиков играют не только власти стран, управляемых на религиозных основах, но и шефы социальных сетей, и левые интеллектуалы, которых Рисс, нынешний редактор и основной владелец «Шарли Эбдо», в своей только что вышедшей книге «Одна минута сорок девять секунд» называет «коллаборационистами». Рисс был в редакции в тот день, выжил, получив ранение.

Он говорит: произошедшее в «Шарли Эбдо» было политическим убийством»: «Целью террористов 7 января (2015) было сделать так, чтобы исчезли наши идеи». Идеи, в которых свободе высказывания все-таки отдается приоритет перед «свободой» убийства за высказывание. И эта вторая «свобода» не может быть оправдана ни при каких обстоятельствах.

Сегодня приходится признать, что террористы во многом достигли своей цели, говорит Ришар Малька, адвокат «Шарли Эбдо», который представляет интересы редакции вот уж почти тридцать лет. В целях безопасности о месте пресс-конференции с его участием, которая прошла 6 января в Париже под патронажем «Репортеров без границ» (RSF), журналистам сообщили за полтора часа до начала.

Глава RSF Кристоф Делуар напомнил участвовавшим в конференции спецдокладчикам ООН о том, что необходимость защиты граждан от «опасностей религиозной нетерпимости» до сих пор не прописана ни в одной из многочисленных резолюций о свободе слова, и пора бы этот «недочет» исправить.

А пока не только резолюции молчат, но и законы 69 стран мира предусматривают наказания за «богохульство». (В 6 странах за это казнят. 7.01.2015, расстреляв за одну минуту сорок девять секунд 12 человек в редакции «Шарли», террористы тоже кричали, что наказали неверных, «обидевших пророка»).

Другая наша беда состоит еще и в том, что даже когда мы живем в странах, где закон полностью на стороне свободы слова, мы предпочитаем молчать, говорит адвокат Ришар Малька.

«В европейских странах люди боятся свободы слова, хотя она никогда еще ранее не была так юридически защищена… — подчеркивает адвокат. — В последние лет десять я наблюдаю странный феномен, который постоянно прогрессирует. Рак запрета на «богохульство» дал метастазы на все области мысли… Сегодня философам, журналистам, политикам запрещают высказываться в университетах, которые должны быть храмами знания и сомнения — запрещают под предлогом уважения к «чувствительности» верующих».

И действительно, чего же боятся те, кто предает себя безволию самоцензуры? Ведь «во Франции закон защищает богохульников! Как и полиция, которая сейчас в этом зале, и которая постоянно со мной и с моими подопечными вот уже пять лет…» — грустно шутит адвокат «Шарли Эбдо». И задает вопрос, и отвечает на него сам:

«Кто сегодня, через 5 лет после «Шарли», рискнет критиковать религию?.. Страх одержал верх».

А обложка «юбилейного номера» Charlie Hebdo выглядит так: 

На ней художник, раздавленный мобильным телефоном, и подпись: «Новые цензуры… Новые диктатуры». В редакционной колонке Рисс объясняет: среди новых цензоров — «те, кто считают себя королями мира, прячась за клавиатурой телефона. «Вчера мы говорили "дерьмо" про армию, церковь, государство. Сегодня нужно научиться говорить "дерьмо" тираническим ассоциациям, эгоцентрическим меньшинствам, блогерам и блогершам, которые бьют нас по пальцам, будто школьные учителишки».

Что ж, газета «Шарли Эбдо» все так же имеет смелость сказать «дерьмо», а значит, продолжает жить. И сегодня поздно вечером, 7 января, проведет в Доме Радио встречу с большой аудиторией. Впервые за все это время в Париже.

На встрече, вероятно, не будет ушедшего из редакции Патрика Пеллу, еще и поэтому процитирую его слова пятилетней давности, сказанные им в телестудии:

«Я их любил очень… — говорит Пеллу и дальше не может продолжать. — …Это были экстраординарные мужчины и женщины…»

Террористы «расстреляли людей на планерке, которая была посвящена борьбе против расизма. Вуаля…» — с трудом выдыхает Пеллу.

Газета не имела никаких расовых и религиозных предпочтений. Им было просто плевать на такие различия. Если для кого-то это важно, то стоит сказать, что католиков они высмеивали чаще и жестче, чем мусульман, иудеев или адвентистов седьмого дня. Под Рождество-2014, за несколько дней до теракта, на ставнях парижских киосков пылала ярко-красная обложка специального выпуска — «Настоящая история младенца Иисуса». Богоматерь лежала с раздвинутыми ногами, счастливый Иисус радовался выходу в свет.

Боже храни богохульников. Сегодня и вовеки веков.

И давайте смеяться друг над другом. Не только богохульники над верующими, но и наоборот. Как говорил Шарб, погибший редактор «Шарли Эбдо»: «Кто такие исламофобы? Те, кто считают мусульман достаточно тупыми, чтобы воспламеняться при виде гротескного рисунка». «Считать, что ислам несовместим с юмором — что это как не дискриминация?»

P.S.

Сегодня утром представители властей: мэр Анн Идальго, глава МВД Кристоф Кастанер, министр юстиции Николь Беллубе и еще несколько официальных лиц провели церемонии памяти возле редакции и у магазина Hyper Cacher. Президент не приехал. К слову, накануне он пообещал, что к началу февраля представит «меры по борьбе» с «коммунитаризмом и исламизацией».

Спасибо, что прочли до конца

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera