Сюжеты · Общество

Памяти Зои Ерошок

Ушла Зоя Валентиновна Ерошок. Первая леди «Новой газеты». Невероятная. Неповторимая. Наша драгоценность

Этот материал вышел в № 130 от 23 ноября 2018
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 130 от 23 ноября 2018

11:44, 21 ноября 2018«Новая газета», редакция

59426

11:44, 21 ноября 2018«Новая газета», редакция

59426

Фото: Анна Артемьева / «Новая газета»

Мы потерпели поражение — не удержали Зою Ерошок в этой жизни.

Теперь это наше горе, а не ее. И ваше. Потому что эта женщина с ее обостренным чувством спасателя была необыкновенно добра к тем, кто нуждался в помощи и участии.

Такое поразительное устройство было у Зои Валентиновны — звезды теплого света.

Она писала свои потрясающие тексты крупными детскими буквами, так что на странице помещалось, хорошо если два предложения. Но хватило бы и одного — предложения жить внимательно, уважительно к слабому и быть деятельно сострадательным.

Она помогла многим, спасла многих, хотя для того, чтобы войти в пантеон достойного человека, — хватило бы и одного.

Зоя, одна из тех, кто основал «Новую газету», для того чтобы сделать ее жизненной необходимостью для той части наших людей, которые сохраняют идеалы простой, то есть правдивой жизни!

Она часть нас и вас.

И останется таковой до той поры, пока мы не изменили друг другу.

То есть навсегда.

Юрий Рост и «Новая газета»

Фото: Анна Артемьева / «Новая газета»

У нас с вами горе, друзья. Ушла Зоя Валентиновна Ерошок. Первая леди «Новой газеты».  Невероятная. Неповторимая. Наша драгоценность. Кому безмерно повезло стать героем ее таланта, сегодня плачут. Кому повезло стать героем ее любви — не могут дышать. Больно очень.

  • Елена Милашина

Фото: Анна Артемьева / «Новая газета»

У нее было сочувствие всему живому и неприятие всего мертвого. И это не про биологическое. Она не любила мертвые слова. В секунду разоблачала пафос и надутость, чувствовала фальшь. Хирургически вынимала обиду. Гневалась на лень. Восставала против несправедливости.

Она все время удивлялась миру. Любопытство.

Это давало какую-то нереальную движущую силу ее текстам. Я двенадцать лет помню ее заметку про памперсы. В домах ребенка не было памперсов, памперсы не включили в бюджет великой нашей страны. Зоя в двух абзацах описала разницу между памперсом и пеленкой.

И следующие дни люди пачками несли эти памперсы в редакцию и в московские бары, бесконечный такой поток. «Газелями» вывозили.

Потому что невозможно же.

Она была очень красивая. Любила красивые вещи. Окружала себя красотой. Мне кажется, она этим приглушала свое сияние, создавала какой-то шлюз, переход, чтобы нам рядом было проще.

У нее было очень много сил. И любви. Она создала любовью нашу газету. Великие тексты. Своих студентов и учеников. Нас. 

К ней в самые черные минуты все приходили сидеть. 

Всю власть, которая у нее была, она использовала, чтобы защищать. Мелочи ее не интересовали.

У нее любимое слово было «людячье». «Искать людячье», «держаться за людячье».

Сколько мы потеряли, Зоя, как мы теперь?

  • Елена Костюченко

Фото: Анна Артемьева / «Новая газета»

Больше 20 лет назад на встрече с ее отцом я сказал ему: «А вы знаете, меня родила Зоя Ерошок для «Новой газеты». Он тогда не понял, что это означало, а Зоечка потом еще очень долго смеялась…

1995 год. Я тогда работал в военкомате города Жуковского, а до этого всю жизнь в войсках — прошел Афганистан и имел выслугу лет. После того, как мой призывник — 18-летний мальчик — попал в Чечню и погиб там, я сказал себе, что не могу больше видеть, как сыновей отнимают у матерей, а обратно возвращают в цинковых гробах.

Так получилось, что я начал писать в местную жуковскую газету, и как раз тогда ко мне пришла одна из сотрудниц «Новой газеты» Валентина Тихомирова и попросила написать для «Новой». Я сказал, что я не журналист, на что она мне ответила: «Тогда дай интервью лучшей журналистке «Новой газеты».

И вот в сентябре 1995 года на квартире Валентины Тихомировой мы проговорили с Зоечкой не меньше 12 часов.  Потом в «Новой газете» вышла статья под названием «Майор Измайлов: не хочу призывать в эту армию».  После этого меня вызвали  в областной военкомат: «Ты же деньги получаешь, а говоришь «не хочу». И в этот момент у меня родилось: «Да пошлите меня туда, куда посылаете моих призывников». Они обрадовались и отправили меня в Чечню.

Зоечка считала, что это все из-за заголовка, который вышел в «Новой газете». Потом «Новая» как бы курировала меня в Чечне. Я стал освобождать заложников, числясь в армии, а работая в политической газете. Я был единственным офицером, у которого был такой статус. А все началось с Зои и благодаря ей, вся моя 23-летняя последующая деятельность.

Зоя. Я воспринимал ее как маму для всех журналистов «Новой газеты» — и тех, кто старше ее, и тех, кто младше. Вся редакция советовалась с ней, и я тоже. Помню, лет 15 назад у меня был небольшой конфликт с Анной Политковской. Зоя об этом узнала и очень тактично мне намекнула, что надо пойти и извиниться, даже если она не права. После того, как я это сделал, я на всю редакцию закричал: «Зоечка, я извинился!».

А совсем недавно пытался до нее дозвониться, чтобы посоветоваться по поводу своего сына, у которого проблемы с успеваемостью в школе. Но она не отвечала несколько дней. Она держала свою болезнь в тайне, лишь немногие знали об этом. Лена Милашина говорила мне, что она в отпуске, но я уже тогда почувствовал неладное, ведь она никогда не отсутствовала в редакции больше двух недель.

Не стало мамы «Новой газеты». И это очень сильная потеря.

  • Вячеслав Измайлов

Фото: Анна Артемьева / «Новая газета»

Принято разделять: в школе — учитель, а в университете — преподаватель. Из-за вас, Зоя Валентиновна, я с этим не согласен. Вы были и остались учителем. Не просто человеком, полтора часа «дающим предмет», а человеком направляющим, наставником.

Мы познакомились на моем третьем курсе. Сразу удивило, как много вы улыбались. И как много было жестов, интонаций и эмоций, когда вы говорили. Это были не просто лекции, это было нечто живое.

Вы много говорили о тех, кто слабее. Постоянно задевали струны, которые в наше циничное время, казалось бы, лучше приглушить. Лепили из нас, уличных подростков, людей.

Признаюсь честно — я не помню содержание вашей лекции о Маргарет Тэтчер. Но я прекрасно помню, как первый раз отправил сто рублей фонду «Подари жизнь». Это было после вашего рассказа о нем.

Вы умели отдавать. И своей открытостью помогали раскрываться другим.

Вы стали моим учителем еще и потому, что привели в «Новую газету». Точнее, не отказали в возможности прийти в нее (а такое было с другими изданиями). Я просто спросил: «Можно поработать?» А вы сказали: «Можно. Но с деньгами будет трудно». На том и порешили.

И потом еще год, если не больше, интересовались в редакции, все ли у меня хорошо. Не бросали. И всегда улыбались.

В конце концов, мы с вами защитили диплом. Я помню, что в своей рецензии вы, помимо оценки работы, написали много хорошего обо мне. А мне некуда и вроде бы незачем было предъявить справку о том, какая хорошая вы.

Вот эта справка. Предъявляйте ее везде.

Я верю, что ваш путь продолжается.

  • Иван Жилин

Валерий Евстигнеев, директор Благотворительного центра «Радуга»: Я не встречал в жизни людей, которые бы умели так откликаться на чужую боль

— С Зоей Ерошок познакомил меня Митя Алешковский. Они приехали в Омск, когда появилась идея создания первого в Сибири детского хосписа. Это было три года назад. С тех пор мы с нею не расставались: она не забывала про нас ни на день, ни на час — звонила, спрашивала, как продвигаются наши дела, чем еще можно помочь. Статьи, которые она писала, по крайней мере, про нас, про наших детей, наших мам, — это больше, чем журналистика. В них — величие ее души, ее уникальная по нынешним временам способность к сопереживанию, и выражалась она не только в мудрых, глубоких словах: с публикации ее участие в судьбе хосписа только начиналось. Я не встречал больше в жизни людей, которые бы умели так откликаться на чужую боль, чужое несчастье. Для меня, для всех сотрудников «Радуги» Зоя была самым близким человеком. Это страшная потеря для нас.

— Насколько я знаю, она не очень верила, что ее статьи помогут собрать много средств для «Дома радужного детства».

— Да, она сомневалась, что словами в наше время можно пробить людей. Но ее слова пробивали и обывателя, и людей, преуспевших в бизнесе, состоятельных, непробиваема у нас только власть. До публикации «Жизнь до конца» на счет хосписа поступило 762 тысячи рублей. В той статье она писала, что для завершения строительства срочно нужно минимум 10 мил­лионов. И на следующий день после ее выхода случилось невероятное, фантастическое: Зое позвонил предприниматель Александр Светаков из фонда «Абсолют-помощь» и сказал, что готов оплатить, сколько необходимо, и перевел через две недели 11 миллионов 790 тысяч 617 рублей.

— Она показывала вам статьи перед публикацией?

— Конечно, хотя я не просил. Присылала не только готовые статьи, но и отдельные абзацы, спрашивала, что нужно в них поправить? Но как я могу править такого мастера? Рука не поднималась. Хотя мне страшно неловко, что она выставляла меня каким-то героем. Я пытался ее убедить, что никакой я не герой — любой, кто считает себя человеком, должен заботиться о больных, обреченных детях, о том, чтобы они уходили из жизни счастливыми. Вот об этом мы спорили с нею, только об этом — я просил ее поменьше упоминать обо мне, но она настаивала на своем. Говорила: «Валерий, я пишу, как я думаю, как я вижу». Она видела больше, чем я, чем все мы, кто этим занимается. Ее статьи открывали мне такие глубины философские, до которых я сам бы додуматься не мог.

Я — человек совсем не сентиментальный, но как-то позвонила она из московской редакции и зачитала по телефону только что написанную статью. И на последних прочитанных ею фразах — так было там сильно сказано о человеческом, сокровенном — и у меня прошибло слезы, и у нее.

Она думала про наш хоспис, искала какие-то возможности нам помочь. Сводила меня со звездами шоу-бизнеса — Филиппом Киркоровым, Дианой Гурцкой и многими другими, давала их контакты, но к ним я обращаться не стал. Что-то меня останавливало: не хотелось унижаться, кто я для них — какой-то «валенок» из сибирской глубинки? Не стал просить помощи и у высокопоставленных чиновников, депутатов, с которыми она хотела меня познакомить, по той же причине.

— Она познакомила вас с Лией Ахеджаковой…

— Да, и общение с нею для меня было праздником, и Лия Меджидовна очень щедро нам помогла. Таких звезд, которые не только светят, но и греют — дают тепло окружающим, мало.

Зоя Валентиновна была единственной из этого мира, с кем у меня сложились доверительные отношения. Она часто звонила просто так, рассказывала о своей молодости, об отце, спрашивала совета — ей нужен был в этот момент собеседник. Последний раз звонила буквально на днях и ни слова не сказала о своей болезни…

Для меня, для всех нас это — большая трагедия, наша, личная, потому что таких людей, как она, больше нет

  • Георгий Бородянский

Не удалось отобразить 667

P.S.

P.S. Прощание с Зоей Ерошок состоится 23 ноября 2018 года на Троекуровском кладбище в Большом зале прощания в 10:40.

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#утрата #потери #новая газета #ерошок

важно

час назад

Российские фигуристы Синицина и Кацалапов стали чемпионами мира в танцах на льду

Slide 1 of 7

выпуск

№ 32 от 26 марта 2021

Slide 1 of 11
  • № 32 от 26 марта 2021
  • № 31 от 24 марта 2021
    № 31 от 24 марта 2021
  • № 30 от 22 марта 2021
    № 30 от 22 марта 2021
  • № 29 от 19 марта 2021
    № 29 от 19 марта 2021
  • № 28 от 17 марта 2021
    № 28 от 17 марта 2021
  • № 27 от 15 марта 2021
    № 27 от 15 марта 2021
  • № 26 от 12 марта 2021
    № 26 от 12 марта 2021
  • № 25 от 10 марта 2021
    № 25 от 10 марта 2021
  • № 24 от 5 марта 2021
    № 24 от 5 марта 2021
  • № 23 от 3 марта 2021
    № 23 от 3 марта 2021
  • В архив выпусков «Новой газеты»

Топ 6

1.
Расследования

Крым их Как поделили полуостров друзья Владимира Путина и местные чиновники. И чем этот «дележ» обернулся для обычных жителей

496676

2.
Комментарий

Прасковеевские небеса Тайны геленджикского двор[ц]а: кому он принадлежит на самом деле, зачем его строили и как рухнули мечты. Исследование Владимира Пастухова

258679

3.
Сюжеты

«Заткните это животное!» В Находке структуры, которые были связаны с Ротенбергом, строят завод по производству метанола для Китая. Он нравится всем, кроме местных жителей

185920

4.
Колонка

Масочный режим для фуфловира Главу «Биотек» Шпигеля арестовали потому, что госструктуры не простили частникам конкуренции в ковид-пандемию. А губернатор пошел довеском

183488

5.
Сюжеты

«Умирать я буду одинокой» Пройти девяностые и штурмовать Грозный, биться на ринге и прыгать с парашютом. Ничто не сделает мужчину — мужчиной, если внутри него живет женщина

166553

6.
Репортажи

Миллиардер. Из Пензы Как выживает один из беднейших регионов России, где губернатор арестован за взятки. Репортаж «Новой»

129420

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera