Сюжеты · Культура

Свобода от обыденности

29 августа выдающемуся философу Владимиру Бибихину исполнилось бы 80 лет

Этот материал вышел в № 94 от 29 августа 2018
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 94 от 29 августа 2018

21:57, 28 августа 2018Ольга Седакова, старший научный сотрудник МГУ им. Ломоносова

5613

21:57, 28 августа 2018Ольга Седакова, старший научный сотрудник МГУ им. Ломоносова

5613

Есть люди, о существовании которых важно помнить всегда, если мы не хотим, чтобы наше общество погрязло в той обыденности, о которой так ярко писал Владимир Бибихин, «самый оригинальный, самый не «школьный» и самый недилетантский из русских философов». Его лекции и книги по философии стали ключевыми для многих, кто хотел выйти из тисков коммунистического воспитания. Он переводил с семи языков, но переводы Хайдеггера особенно ценились теми, кто рвался за пределы советского обществоведения. Бибихин оставил глубокий след в памяти тех, кто его знал и ценил. Сегодня, в день 80-летия, уникального ученого вспоминает филолог и поэт Ольга Седакова.

Если я сейчас воображу Владимира Вениаминовича здесь, в Азаровке (конечно, таким, как я его знала; каким он стал бы за эти тринадцать лет и «каким его сделала вечность», не моего ума дело), то получается, как всегда получалось при наших встречах: явление подарка и какое-то пробуждение.

И как от обморока ожил — что-то в этом роде.

Мы, наверное, недолго бы выясняли, что происходило за эти годы.

Включилось бы настоящее время. Из настоящего жалко удаляться: какой сейчас свет, как много яблок в этом году и какие они отличные, белый налив, мельба, как по дорожке идет кот (другой кот: тот, которого он знал, давно лежит под ивой). Чем все это дышит.

Подарок Владимира Вениаминовича был в свободе от обыденности. В настроении (важное для него слово) свободы от обыденности. Я имею в виду не житейские дела и заботы — он никогда их не чурался и исполнял с блеском, легко и толково. Плотничал, как плотник, разбирал мотор, как механик. Интеллектуалов, гуманитариев, «творческих людей» вещи, как известно, не любят. Замки у них не открываются, еда подгорает. За это их и называют «не от мира сего». Владимир Вениаминович хотел, чтобы и в этих вещах, как в мысли, всё было точно и успешно (успех — еще одно его важное слово). Вещи любили его как своего. Я думаю, даже деньги бы его любили, если бы он это им позволил.

Все, что делал Владимир Вениаминович — из того, что отнесут к житейскому, — он делал в том же месте, где переводил Хайдеггера или читал «Илиаду» по-гречески (с греческой «Илиадой» я застала его в послеоперационной  палате): в бытии, а не в обыденности. В мире, в языке, в своем, в другом начале… Там, где он узнавал себя. Читатели В.В. Бибихина опознают в этом моем перечислении его слова.

Я начала со свободы от обыденности. И Владимир Вениаминович Бибихин, и Сергей Сергеевич Аверинцев совсем не часто говорили об обыденности. Но по силе и неожиданности высказываний, в которых это слово у них появляется, можно догадаться, что оно значило немало. Аверинцев, рассуждая о науке и мистике, заметил, что две эти вещи ничем не близки — кроме одного: они обе противоположны обыденному. В «Языке философии» Бибихина мне встретилась такая: «Возможно, отчаяние принадлежит области обыденного». Ни Бибихин, ни Аверинцев при этом не давали определения обыденного (мне, во всяком случае, такие определения и разъяснения у них не встречались). И мне не хочется на нем долго задерживаться. Обыденное не дается определению, потому что сама его сущность — в отмене всего определенного. И в отмене неизвестного: обыденное полагает, что все, что ему нужно, оно уже знает, а то, чего оно не знает, — этого или не существует, или же оно совершенно несущественно. Существенно в обыденном одно: вынужденность. Существенно то, что нам в данный момент некогда, и ничто нас от этого никогда не оторвет. Это жизнь-обморок, сон беспокойства, не позволяющий глубоко вдохнуть и выдохнуть. Здесь нет места ни большой мысли, ни полному недоумению (любимой бибихинской амехании), ни прямой радости, ни открытому горю — ничему, что сбивает с толку. Никаких «последних вещей». Все это когда-нибудь потом, в другом месте, в других обстоятельствах. Обыденное недовольно собой — и одновременно самодовольно, оно страшно неуверенно и одновременно самоуверенно. Очарования в нем нет, но оно и не претендует на очарование. Обыденное происходит при плохом освещении, при ярком свете оно исчезает. В обыденном ничего нельзя решить — из него нужно выйти, чтобы что-то решить.

Ах, не получается у меня описать эту несчастную обыденность. Может быть, она похожа на хайдеггеровскую Заботу? Но я хотела сказать только то, что во Владимире Вениаминовиче ее не было. У него для всего и в любую минуту было время и внимание.

Однажды в разговоре о Хайдеггере Владимир Вениаминович сказал:

— У Хайдеггера есть одна такая тонкая золотая нить, — он как будто смотрел на эту нить, как она выныривает из ткани наружу, как уходит вглубь, и, когда она исчезала из виду, он как будто пробовал найти ее на ощупь. — Остальное не так уж важно. Но эта нить…

В мысли и мыслях Бибихина, в его жизни, я думаю, есть своя золотая нить. Никто у нас ее пока не попробовал увидеть, никто о ней не сказал. Его слушали завороженно. Его книги — трудами Ольги Евгеньевны Лебедевой — издаются и переиздаются. Но разговор о В.В. Бибихине в России еще не начался.

Может быть, это и правильно. Это явно лучше, чем слушать рассуждения и обсуждения, происходящие из области обыденного.

Мысль Владимира Вениаминовича Бибихина, самого оригинального из русских философов, самого не «школьного» и самого не дилетантского, обогнала нас. Но это не пессимистическое заявление: пессимизм — как, может быть, ничто другое — принадлежит области обыденного. Он, в сущности, и есть это обыденное, которое само ничего не ждет и другим ждать не велит.

Мысль или образ обгоняют нас потому, что они говорят о том, что нас обогнало навсегда. Помните бибихинскую мысль о нашем опоздании? Когда мы думаем о том, что так обогнало нас, мы видим его вдали, впереди, в цветном тумане — как не до конца ясное, но, несомненно, доброе известие. Известие не о том, что будет, а о том, что есть сейчас.

И напоследок я снова вспомню слова из книги В.В. Бибихина «Мир», которые уже не раз вспоминала. Они из тех, в которых, я думаю, золотая нить Бибихина подходит близко к поверхности мысленной ткани:

«Нигде как в целом мире не может иметь место существо человека, чистое присутствие с его основной мелодией, молчаливым согласием».

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

важно

2 часа назад

Российские фигуристы Синицина и Кацалапов стали чемпионами мира в танцах на льду

Slide 1 of 7

выпуск

№ 32 от 26 марта 2021

Slide 1 of 11
  • № 32 от 26 марта 2021
  • № 31 от 24 марта 2021
    № 31 от 24 марта 2021
  • № 30 от 22 марта 2021
    № 30 от 22 марта 2021
  • № 29 от 19 марта 2021
    № 29 от 19 марта 2021
  • № 28 от 17 марта 2021
    № 28 от 17 марта 2021
  • № 27 от 15 марта 2021
    № 27 от 15 марта 2021
  • № 26 от 12 марта 2021
    № 26 от 12 марта 2021
  • № 25 от 10 марта 2021
    № 25 от 10 марта 2021
  • № 24 от 5 марта 2021
    № 24 от 5 марта 2021
  • № 23 от 3 марта 2021
    № 23 от 3 марта 2021
  • В архив выпусков «Новой газеты»

Топ 6

1.
Расследования

Крым их Как поделили полуостров друзья Владимира Путина и местные чиновники. И чем этот «дележ» обернулся для обычных жителей

496694

2.
Комментарий

Прасковеевские небеса Тайны геленджикского двор[ц]а: кому он принадлежит на самом деле, зачем его строили и как рухнули мечты. Исследование Владимира Пастухова

258704

3.
Сюжеты

«Заткните это животное!» В Находке структуры, которые были связаны с Ротенбергом, строят завод по производству метанола для Китая. Он нравится всем, кроме местных жителей

186009

4.
Колонка

Масочный режим для фуфловира Главу «Биотек» Шпигеля арестовали потому, что госструктуры не простили частникам конкуренции в ковид-пандемию. А губернатор пошел довеском

183502

5.
Сюжеты

«Умирать я буду одинокой» Пройти девяностые и штурмовать Грозный, биться на ринге и прыгать с парашютом. Ничто не сделает мужчину — мужчиной, если внутри него живет женщина

166557

6.
Репортажи

Миллиардер. Из Пензы Как выживает один из беднейших регионов России, где губернатор арестован за взятки. Репортаж «Новой»

130863

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera