Репортажи · Политика

Взорвали башню, убрали мэра

Илья Азар — о том, как Екатеринбург пытался защитить символы своей свободы

18:30, 3 апреля 2018Илья Азар, спецкор «Новой газеты»

13751

18:30, 3 апреля 2018Илья Азар, спецкор «Новой газеты»

13751

Фото: Донат Сорокин/ТАСС

3 апреля депутаты законодательного собрания Свердловской области сразу в трех чтениях приняли законопроект об отмене прямых выборов главы Екатеринбурга. Накануне вечером на площадь Обороны в Екатеринбурге вышло несколько тысяч человек, которые требовали сохранения не только сохранения выборов мэра, но и отставки губернатора Евгения Куйвашева. На митинге выступили приехавшие из Москвы Дмитрий Гудков и Леонид Волков и мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман, который был одним из инициаторов акции. Специальный корреспондент «Новой Газеты» Илья Азар побывал на митинге, а перед этим пообщался со сторонниками и противниками мэра Ройзмана.

«Я не занимаюсь политикой. Я просто пишу стихи и считаю, что сейчас поэт должен говорить правду и не оставаться в стороне от событий, происходящих вокруг. По крайней мере, моя миссия, наверное, в этом», — говорит мне екатеринбургский поэт Наум Блик. Мы стоим у здания ЗАГСа на площади Обороны. Через полчаса на ней должен начаться митинг против отмены выборов мэра Екатеринбурга. Блик достает из рюкзака свою последнюю книжку «Я — кот», подписывает ее: «На память о встрече. Мэр наш!» и отдает мне.

В Екатеринбурге Блик известен еще как рэпер Dry Ice из проекта EK-Playaz. «Раньше я новостями не интересовался, а первое мое более-менее политическое высказывание — это стихотворение «Журавлиная песня», написанное после известного полета с журавлями нашего известного лидера», — рассказывает Блик.

Тогда же, в 2012 году, он написал стихотворение «Дима Яковлев» про антисиротский закон, в котором есть, например, такие строчки:

«Да, дети — наше все!

Но только чьи-то за границей

Сдают зачеты, пьют вино,

Пока в земле лежит Магнитский».

«Многие поэты, мои коллеги по цеху, целенаправленно остаются в стороне, пишут про цветочки, про свои переживания и делают вид, что они не видят, что происходит вокруг. Они вроде как высоко летают и не касаются этой низкой политики, но за этим скрываются либо неумение что-то сказать, либо страх», — говорит Блик. Когда в 2016 году Екатеринбург восстал против строительства нового храма прямо на городском пруду, возмущенный Блик записал видеоролик, в котором в образе Никиты Михалкова прочитал () свое стихотворение «Человек пруда».

После акции «Обними пруд» поэт начал ходить на протестные митинги, например, в прошлом году был на антикоррупционной акции Навального. «Это единственный вменяемый оппозиционный политик, который что-то может противопоставить тотальной лжи, коррупции вот этой ужасной, который может объединить людей. Других, кроме него, нету», — говорит мне Блик. Пять минут назад с нами поздоровался оппозиционер Дмитрий Гудков, прилетевший на митинг из Москвы, но рэпер даже не обратил на него внимания.

«Я привык людям верить»

Интервью Дмитрия Гудкова Илье Азару

— А Ройзман? — спрашиваю я у Блика.

— Он все-таки политик регионального масштаба. Но я за него голосовал. Городу нужен мэр, с которым можно поздороваться на улице, который пишет стихи, поддерживает искусство, которого можно встретить в библиотеке, — отвечает рэпер. — Но с его позицией по наркотикам я, конечно, не согласен.

Ройзман за день до митинга в очередной раз выступил в поддержку 228-й статьи в эфире «Дождя». «Я считаю, что человек вправе любые вещества в себя запихивать, если это не влечет за собой никаких преступлений по отношению к другим людям. 228-ую статью, конечно, нужно отменить, а то уже сотрудникам «Мемориала» в Чечне наркотики подбрасывают, а потом «десять за хапку, семера мокруха», — цитирует Блик коллегу, рэпера Скриптонита.

Опознались!

Дело Оюба Титиева: чтобы посадить врага Кадырова, следователю пришлось оговорить себя

Площадь Обороны тем временем уже почти заполнилась людьми. На митинг 2 апреля Блик решил выйти в первую очередь «назло» губернатору Евгению Куйвашеву: «Во-первых, он приезжий, что раздражает, а во-вторых, он наводит здесь свои порядки. Рушит башни, отменяет выборы мэра. А что завтра? Он домой придет к нам и потребует ключи от квартиры?»

Взорвали не башню, а творчество

В Екатеринбурге эффективный менеджер выбрал динамит

— Про Куйвашева стихотворение еще не написали?

— Пока нет. Тут не от меня зависит. Если оно придет, то оно придет. После запрета на фильм «Смерть Сталина» я написал стишок, а мне друг сказал не тратить время на сиюминутные вещи. Но ведь когда Мандельштам написал: «Мы живем, под собою не чуя страны» — это ведь тоже сиюминутные на тот момент вещи были, — отвечает Блик.

На мой вопрос о том, не начались ли у него уже проблемы с выступлениями в клубах Екатеринбурга, Блик отшучивается: «Я же не такая звезда». Но за ограждения на сам митинг со мной почему-то не идет, говорит, что постоит чуть поодаль и понаблюдает.

Оборона выборов

Когда-то в Екатеринбурге был сильный и полновластный мэр (Аркадий Чернецкий), но с 2013 года глава Екатеринбурга хоть и избирается прямым голосованием, является по сути председателем городской думы, так как городскую администрацию возглавляет сити-менеджер. В конце марта губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев (у него давний личный конфликт с Ройзманом) решил окончательно покончить с независимостью мэра: сити-менеджера больше не будет, но главу города будут выбирать депутаты городской думы из тех, кого предложит специальная комиссия.

Ройзмана подвинули

Екатеринбург выступает против отмены выборов мэра

Митинг против отмены выборов мэра проходит не в самом удобном месте города (на площади Обороны в спальном районе) и не в самый удобный день (в понедельник). Один из организаторов акции, координатор штаба Навального в Екатеринбурге Виктор Бармин объясняет мне, что заявку на митинг организаторы подали оперативно, но власти между внесением законопроекта в областную думу и голосованием специально сделали минимальный просвет.

Один из инициаторов митинга, действующий мэр, известный по всей стране политик и общественный деятель Евгений Ройзман. За десять минут до начала акции он пробивается от сцены к входу на митинг. Сделать это непросто — каждый участник митинга просит мэра сделать общую фотографию, высказывает свои жалобы, предложения или просто благодарит главу города.

На Ройзмане красная куртка — такого же цвета и воздушные шарики, которые волонтеры штаба Навального раздают людям. На площади много молодежи, хотя есть люди всех возрастных категорий, в основном, интеллигенция и средний класс. Всего же митингующих на площади в этот день власти насчитали около 2 тысяч человек, организаторы до 10 тысяч человек, а значит истинная цифра где-то посередине. У многих в руках самодельные плакаты вроде «Лучшая погода — это свобода», «Думай головой, назначения долой» или «Нам нужен мэр, а не мэрионетка». Видно, что плакаты сделаны на скорую руку.

Фото: Донат Сорокин/ТАСС

Хотя митинг на площади посвящен выборам мэра Екатеринбурга как таковым, большинство пришедших поддерживают Ройзмана.

— Он ведь у вас ничего не решает, полномочий нет, — говорю я симпатичной немолодой паре, разработчику программного обеспечения Владимиру и учительнице Ирине. В руках у Владимира плакат «Куйвашев, езжай домой».

— Что значит ничего не решает? — вскидывается Ирина. — Мы были в Москве и знаем, как там мэр рулит. И мы вам не завидуем.

— Ройзман — единственный человек, находящийся в должности мэра в стране, который при этом имеет свое собственное мнение и поддерживает мнение горожан. Нам приятно, что наш мэр выражает наши интересы, — добавляет Владимир.

У памятника уральцам, ковавшим победу, на площади стоят молодые люди с плакатами «Снесли башню, оставьте выборы» и «Наш выбор, наше право» и охотно фотографируются.

— Ройзман нам подходит отлично, мы его любим, — объясняет мне Никита, студент второго курса факультета международных отношений УРФУ.

— Говорят, он особо ничего не делает.

— Ничего не делает? — эхом отзывается парень.

— Ну вот конкретно, что он сделал? — спрашиваю я.

— Я читал его биографию…

— Биографию его я знаю. Но что он сделал как мэр? — не отступаю я.

— Как мэр? — Никита крепко задумывается. — Во-первых, он не коррумпирован. Во-вторых, нам нравится, что он не ездит на дорогих машинах, не покупает себе супердорогие шмотки, что он близок к народу. На недавнем трауре по Кемерово мне удалось с ним пообщаться лично. Депутаты от «Единой России» так не делают.

— А что вы, как молодой человек, думаете о его позиции по наркотикам?

— Я отношусь к наркотикам нейтрально. Я бы легкие наркотики реализовал, но в нашей стране этого делать нельзя. Это как легализация оружия, это как часовая бомба, — отвечает Никита.

— Зайка, киса, ты не хочешь в тепло? — подскакивает к нему его девушка, которая стоять с плакатом устала.

— Я интервью даю, — строго отвечает он, хотя и сам заметно замерз.


Открывает митинг (неожиданно для многих присутствующих) муниципальный депутат из Москвы Юлия Галямина. «Выборы мэра — это основа местного самоуправления. Потрясающе, что столько людей готовы его защищать, ведь это может изменить страну», — говорит она, предлагает покричать «что-нибудь позитивное» и после паузы придумывает лозунг: «За народ»! Народ кричать про себя не хочет, ему больше нравится скандировать: «Ройзман» или для разнообразия: «Это наш город».

— Не подумайте, что мы вам тут гастролеров из Москвы позвали, но сейчас выступит Дмитрий Гудков, — шутит ведущий митинга, депутат Гордумы Дмитрий Головин, когда Галямина покидает сцену.

Гудков как опытный оратор выступает бодро: «Привет столице Урала! Я вижу здесь тысячи человек, но в действительности нас здесь полтора миллиона (население Екатеринбургаприм.ред. )! А против вас жалкая кучка холуев и назначенцев, которые хотят отобрать у вас выборы, потому что боятся вас».

— Что мы знаем про вашего мэра? Как он ведет прием граждан и что он вместе с вами бегает марафоны! А что мы знаем про вашего губернатора? — поставленным голосом обращается к присутствующим Гудков.

— Ничего! — кричат люди.

— Нет, мы знаем! Что он у вас украл выборы губернатора, не пустив на них Ройзмана. Что теперь хочет украсть выборы мэра! Но надо продолжать бороться, Екатеринбург будет выбирать, и Москва сегодня с вами! — заканчивает свое выступление Гудков.

— Бесполезно. Все уже, ничего не сделаешь, — тихо и грустно говорит мужчина в толпе, отворачивается от сцены, но с площади не уходит.

Первые четверо ораторов приехали в Екатеринбург из Москвы, хотя двое, соратник Навального Леонид Волков и режиссер фильма «Жить» Василий Сигарев, просто живут на два города.

Сигарев признается со сцены, что выступает на митинге первый раз и надеется больше этого не делать (может быть, и правильно). «Я думаю, мы наверняка не победим сегодня, но не каждое поражение навсегда, — говорит он, и над площадью повисает тяжелое молчание. — Надо запомнить депутатов, которые завтра примут этот закон, чтобы их никогда больше не было в заксобрании».

Уральский политолог Федор Крашенинников напоминает собравшимся, что для губернатора Куйвашева «избрание Ройзмана стало тяжелейшим ударом, который он не смог пережить». «Закон, скорее всего, примут, но я верю, что мы заставим их его отменить, и они еще будут стоять на коленях, как чиновники в Кемерово, и извиняться за то, что отбирают свободу. Мы будем собираться снова и снова, пока не вернем себе власть в нашем городе», — кричит он, и люди восторженно отзываются.

Самым задорным стало выступление депутата городской думы города Асбеста Натальи Крыловой. В этом городе недавно тоже отменили выборы мэра (вообще в Свердловской области мэра теперь будут выбирать только в Нижнем Тагиле). «Мы против уничтожения местного самоуправления! У нас хотят сделать территорию опережающего развития, но по сути это будет территория опережающего распила! Сегодня они нас лишают выборов мэра, а завтра они нас будут расстреливать. Они хотят как можно дольше сидеть в своих креслах как Тулеев и нас обворовывать!» — кричит Крылова.

Заканчивают свою речь она тем, что кроме нее со сцены прозвучало только в резолюции: «Куйвашева — в отставку! Наш губернатор — Ройзман!» Площадь в ответ начала скандировать ей: «Мо-ло-дец».

Сам Ройзман выступает последним — даже после того, как Крашенинников зачитал резолюцию митинга (с требованиями отставки губернатора Куйвашева и проведения выборов полновластного главы Екатеринбурга).

Фото: Донат Сорокин/ТАСС

— Екатеринбург на сегодняшний день один из лучших городов России и однозначно лучший миллионник. А по-моему мнению, так это вообще лучший город земли. Я правильно говорю? — Ройзман по ходу своего выступления все время обращается к людям.

— Дааааа, — ответила площадь.

— И вдруг ни с того ни с сего приезжий человек без образования, без кругозора хочет лишить нас прямых выборов мэра. Ну с чего вдруг? — Ройзман говорить в свойственной ему простоватой манере. — Хочешь ты рулить — иди рули областью, которая разваливается, которая вся в долгах. У Екатеринбурга нет даже долгов, мы действительно сильный мощный красивый город, и мы способны сами себе выбирать мэра. От этого права отказываться нельзя. Понятно?  

— Даааа.

— Согласны с тем, что я говорю?

— Даааа.

— Смотрите, этот митинг — это вопрос человеческого достоинства, вопрос сохранения лица Екатеринбурга в глазах всей страны и, конечно, в нашем собственном сердце. Мы способны сами решать судьбу. Я благодарен всем, что вы пришли сюда. Меня интересует эта ситуация не потому, что я в этой должности нахожусь, — повторяет Ройзман то, что уже не раз говорил. — Я считаю, что наши дети должны иметь право выбирать себе мэра, и тогда город будет процветать. Понятно?

— Ну а теперь слушайте, я расскажу стихотворение, которое я очень люблю, — заканчивает свой спич Ройзман и начинает читать свое же стихотворение:

«Пойдем работать облаками

И будем где-нибудь висеть.

А не возьмут, так бурлаками

Пойдем работать на Исеть.

Пойдем работать кулаками,

Развалим мы любой колхоз.

Или работать кулаками,

И мы утрем любому нос.

Так что давай, брат, кулаками.

Идет. Ударим по рукам.

А если нет, так батраками

Пойдем работать к кулакам».

После чего глава Екатеринбурга желает всем собравшимся удачи, здоровья, всего хорошего и уходит со сцены. Люди на площади снова скандируют его фамилию и отпускают в сумеречное, темно синее небо красные шары.


После завершения митинга многие остаются на площади пообщаться. Мэр Ройзман прямо тут ведет прием жителей, прилетевшие из столицы журналисты «Эха Москвы» Татьяна Фельгенгауэр и Александр Плющев фотографируются с екатеринбуржцами, а я разговариваю с бородатым конструктором Михаилом, у которого в руках плакат «Езжай паси оленей» (губернатор Куйвашев приехал из Тюмени) и Барминым из штаба Навального.

Фото: Донат Сорокин/ТАСС

К нам подходит омбудсмен Свердловской области Татьяна Мерзлякова и рассказывает, что общалась с Куйвашевым, который ей лично сказал, что обязательно вернет Екатеринбургу выборы сильного мэра, но чуть попозже.

— [Депутат заксобрания Вячеслав] Вегнер же внес законопроект о возврате сильного мэра (он был парламентским комитетом отклоненприм.ред. ), — вступает Бармин.

— Мы думаем об этом.

— Так надо не думать, принимайте!

— Будут дорабатывать и принимать. Я думаю, что у нас будет еще сильный мэр. Без этого Екатеринбургу нельзя. И мы еще покажем себя, — отвечает омбудсмен, которая, наверное, уже сама пожалела, что завела этот разговор.

— Вы Куйвашеву это сказали? — спрашиваю я.

— Да, и он сказал, что и сам так считает.

— Чего же он отменяет тогда выборы?

— Такие выборы, как сейчас, нам не нужны.

— То есть лучше никакие выборы?

— Вы можете меня критиковать, но я считаю, что такой мэр нам не нужен.

— То есть еще раз выходить надо? А можно в следующий раз летом? — спрашивает Михаил.

— И не один раз… — отвечает ему омбудсмен и обращается ко мне. — Я с 2011 года вообще не вылажу с митингов. Ребята у нас хорошие, и мы их слушаем. Вот обнимали они пруд, и не стали строить там храм. Мы много чего услышали и будем дальше слушать.

За выборы мэра и за Ройзмана

В день митинга я пообщался с тремя активными жителями Екатеринбурга, у которых кардинально различается мнение о выборах мэра и Евгении Ройзмане.

С Алексеем Мосиным мы встречаемся в скромном кафе «Скороед» неподалеку от Уральского федерального университета (УРФУ). Я заказываю блин с сыром, луком и яйцом, а Мосин — только картофельное пюре. Страстная неделя, он верующий человек.

Мосин — доктор исторических наук, читает в УРФУ два курса «Демидовы в истории и культуре России» и «Теория и практика генеалогии». Раньше он преподавал в Миссионерском институте, но в прошлом году ему пришлось оттуда уйти после восьми лет работы.

Дело в том, что Мосин выступил свидетелем защиты на громком процессе блогера Руслана Соколовского (после «ловли покемонов» в храме тот в 2017 году получил 3,5 года условно за оскорбление чувств верующих). «Мне чрезвычайно не понравились его передачи, это матерщина, и в некоторых случаях он оскорблял людей, но это не основание для уголовного преследования», — говорит Мосин.

День, когда он давал показания в суде над Соколовским, профессор называет «одним из самых важных дней в своей жизни». «Я тогда представил, что мы перед Христом, к которому привели блудницу, и мне предлагают бросить камень. Я не бросил», — вспоминает Мосин.

Алексей Мосин на заседании по делу Руслана Соколовского. Фото: Вова Жабриков/ТАСС

На следующий день ректор института объявила ему, что в таких случаях надо брать благословение у епископа Евгения (Кульберга), после чего Мосин написал заявление об уходе с открытой датой. «Я, что же, должен тогда брать благословение и чтобы например, с журналистом «Новой газеты» поговорить?» — несмотря на то, что уже прошло время, на глазах закипает седобородый профессор.

Ройзмана Мосин знает уже 20 лет. Он признается, что отношения у них за эти годы были разные, в том числе и непростые, но в последние годы, говорит профессор, его отношение к мэре поменялось к лучшему, и он во многих делах его поддерживает.

Мосин уверен, что у участников митинга разная мотивация, но большинству Ройзман нравится. «Он независимая фигура, человек с биографией, был депутатом Госдумы, он открыт для общения, например, он по пятницам целый день проводит приемы и, хотя есть мнение, что от этого прока мало, но те кому он помогал — а помог он многим — так уже не говорят. Он вменяем, он слушает, а это нехарактерно для нашей власти», — рассказывает Мосин.

Перечислять достоинства Ройзмана профессор может практически бесконечно: «Вот вице-губернатор Кемеровской области старался, но он привык с людьми по-другому разговаривать, а Ройзман такой же, как мы, к нему на пробежке можно подойти и поговорить, он меценат, он создал музей Невьянской иконы, несколько собраний подарил городу. Ему многие доверяют, и они идут на митинг, потому что он их позвал».

— Но что он реально сделал за пять лет?

— У него, действительно, очень мало полномочий, он не распоряжается бюджетом, не подписывает каких-то обязывающих документов, но он создает образ того, каким должен быть мэр. И мы можем сравнивать его с пустыми дутыми фигурами, которые ничего из себя не представляют, — отвечает Мосин.

Но все равно, по его мнению, главный смысл митинга не в Ройзмане, а в принципе: «Когда мы выбираем мэра, он подотчетен нам, он смотрит в нашу сторону, когда принимаются важные решения, по его открытости, информированности, умению разговаривать с людьми судят о нашем городе. Это важно. Назначенец же от нас никак не зависит, он смотрит не на нас, а только туда, откуда его назначили. Это огромная разница».

Мосин надеется, что после многотысячного митинга может последовать окрик из Москвы, и власти решат провести по вопросу о выборах мэра референдум. «Есть же альтернативный законопроект Вегнера о сильном мэре. Вот пусть горожане и выбирают между двумя вариантами. Думаю, власти даже могут на это пойти в расчете на то, что они все контролируют, и референдум даст им нужный результат. И, может, и не безосновательно они так думают», – рассуждает профессор.

Как историк Мосин считает, что Екатеринбург «особый город» (это же любит рассказывать и Ройзман), который создавался как центр управления горнорудной промышленности, а горный начальник подчинялся не губернатору, а непосредственно столице. «Тут было старообрядческое население, большой приток черносошного крестьянства и не было крепостного права. Все это определило присущее городу свободомыслие. Мы считаем наш город одним из самых свободомыслящих в России и готовы за свои права бороться!», — уверяет меня Мосин.

По его мнению, областные власти и губернатор Куйвашев к горожанам относятся «по-хамски, с абсолютным пренебрежением». «Мы для них не существуем, они о нас вспоминают и просят быть сознательными гражданами раз в несколько лет, когда надо, чтобы мы пришли и проголосовали», — говорит профессор.

Он, верующий человек, выступал против строительства Храма на воде и против сноса недостроенной 230-метровой екатеринбургской телебашни (ее взорвали в марте). «Дело не в том, что она кому-то очень нравилась. Но она — часть нашего ландшафта, и она была выкуплена на деньги налогоплательщиков, но тут вдруг ее, никого не спросив, решили снести», — говорит Мосин.

С тем же начальственным хамством, по словам Мосина, был внесен и закон об отмене выборов мэра. «Не прошло и недели после выборов президента, как Куйвашев вносит готовый законопроект в заксобрание. Нигде он никак не обсуждался, не было обмена мнениями. Наш город не хочет привыкать к хамству», — возмущается профессор.

За выборы мэра, против Ройзмана

«Задача-минимум сохранить хотя бы такие выборы. На них можно поднять дискуссию по проблемам города и это все равно символ, хоть какая-то демократическая процедура», — говорит заместитель главного редактора Znak.com Дмитрий Колезев. — «В 2013 году проигрыш «Единой России» Ройзману стал пинком для власти, это их держит в тонусе. Если теперь и таких выборов не будет, то мэрия совсем окуклится и перестанет реагировать на граждан».

Дмитрий Колезев. Twitter.com

Колезев считает, что Ройзман вряд ли оправдал ожидания его избирателей. «Он не делал вещей, которых от него ждали — не пытался вернуть выборы сильного мэра, не пинал городскую команду за коррупцию, а наоборот говорил, что в городе все в порядке и делать ничего не надо», — говорит журналист.

— Ну что-то он делал?

— Принимал горожан, встречался с послами и дипломатами, вел заседания городской думы, давал интервью федеральными и зарубежным журналистам. А, еще сделал хоспис, — отвечает Колезев совсем не с той благожелательной интонацией, с которой похожий список перечислил Мосин.

Замглавреда Znak.com называет Ройзмана «коммуникационным хабом», который отправлял жалующихся ему жителей к нужному чиновнику с полномочиями.

Если так, то мэр Екатеринбурга отличается от главы муниципального собрания любого московского района только статусом.

Перед встречей с Колезевым я долго пытался отмыть брюки от брызг грязи, на которую постоянно жалуются жители Екатеринбурга. «Проблема в чем? На все что, хоть как-то могло помешать администрации города, Ройзман закрывал глаза. Грязи у нас нет, все хорошо убирается, а в других городах еще хуже, с застройкой — все в порядке. Он старался уходить от конфликтных тем, при этом пытаясь сохранить образ народного мэра», — объясняет журналист.

В 2016 году Ройзман отсутствие конфликтов и трений с городской и областной администрацией называл в числе своих достижений на посту мэра. «Он бы не отказался еще пять лет поработать таким мэром. Это красиво, тебя любят журналисты, приглашают на тусовки, а ты ничего не делаешь — мне кажется, ему это нравится… Но когда он шел на выборы, то говорил, что вскроет всю коррупцию и расскажет о ней публично, всех поставит на уши и заставит работать, но ничего этого не произошло», — говорит журналист.

«Когда он пришел в администрацию, ничего не понимая в этой работе, то начал опираться на помощников и секретарей, которых контролировали Тунгусов и Якоб. На заседаниях гордумы он никаких принципиальных вопросов не поднимал, и власть, видя, что он спокойно интегрируется в команду, дали ему возможность, не заходя за флажки, вести приемы, делать раз в год городской марафон», — рассказывает Колезев. — Мэрия аккуратно сделала так, что он стал незаметен. В Госдуму он не пошел, в губернаторы не пустили, фонд «Город без наркотиков» у него отобрали, благотворительный фонд Ройзмана толком не взлетел, музей наивного искусства, куда он подарил свою коллекцию картин вроде бы открылся, но имя Ройзмана как-то стерлось из пресс-релизов».

По мнению Колезева (нужно учитывать, что у Ройзмана непростые отношения с владельцем издания Znak.com Аксаной Пановой), оппозиционность вернулась к мэру Екатеринбурга совсем недавно.

— Только когда его прижало с выборами, он вывел людей на митинг и снова стал народным мэром, — иронизирует Колезев.

— Если он не мешал, то зачем отменять выборы?

— Он не мешал городской администрации, но его не любят силовики и губернатор. Ну и общая тенденция по отказу от демократизации в стране.

— Можно было выдвинуть против него другого соперника.

— А кого? После поражения 2013 года это рискованно, и власти боятся опять обосраться.

То, что власти Ройзман опасаются стало понятно еще и потому, что в день митинга стало известно, что бывший депутат гордумы Екатеринбурга Олег Кинев дал показания о причастности Ройзмана к убийству пенсионерки Ольги Ледовских в 2014 году.

Против Ройзмана и против выборов мэра

Денис Носков баллотировался в мэры Екатеринбурга в 2013 году от ЛДПР и набрал тогда чуть более 1% голосов.

Бывший спецназовец, служил в Чечне, есть награды. Потом почти 10 лет в отделе по борьбе с организованной преступностью. Потом депутат заксобрания Свердловской области. В 2016 году Носков вышел из партии, обвинив ее в «сговоре» с «Единой России» и основал движение «Законопослушный гражданин», на эмблеме которого изображен бело-сине-красный кулак.

Денис Носков. ldpr-ural.ru

Носков широк в плечах и резок в суждениях. Он считает, что в Екатеринбург «на митинг приехали навальные, у которых нет задачи сделать Россию великой, а Екатеринбург процветающим, они только хотят использовать тему для разжигания майдана».

«Законопослушный гражданин», с гордостью рассказывает мне Носков, движение совсем другого типа. «Одно дело болтать языком, а другое — заниматься конкретикой, — говорит он и открывает на компьютере сайт своего движения, — Вот у нас раздел «Горожане против коррупции». Мы нашли коррупцию в детском спорте, в системе городских ДЮСШ уже прошли обыски, ждем результатов. По нарушениях по объектам культурного наследия тоже ждем реакции прокуратуры. Еще мы раскрываем коррупционную схему в электроэнергетике».

Носков считает, что митинг на площади Обороны никакого отношения к защите прав жителей Екатеринбурга не имеет, а просто городская власть хочет продолжать воровать. «Наш президент поставил задачу разобраться с теми, кто все эти годы воровал у людей. А на митинге требуют не выборы сохранить, а нашу коррупционную систему, налаженную за 20 лет в Екатеринбурге. Коррупционеры не хотят ничего менять, так они сопротивляются обновлению», — говорит Носков.

Городская команда, горячится лидер «Законопослушного гражданина», “прокоррумпировала все отрасли жизнедеятельности населения — перевозки, земельные отношения строительство, энергетику и товарный рынок». «Нелегальные киоски платят ежемесячно по 50 тысяч рублей, и в год это несколько миллиардов рублей. Мы уже обратились в следственные органы», — говорит Носков.

По словам бывшего депутата, мэр Ройзман — «часть коррупционной системы».

— У него никаких конкретных действий против коррупции за пять лет работы, никаких результатов, только слова. Пять лет глава Екатеринбурга ничего не делал.

— Так он ворует сам что ли? — спрашиваю я Носкова, но ответ следует на другой вопрос.

— Он говорит, что у его нет полномочий, но это не так! Он может по уставу прекратить контракт с сити-менеджером или иным работником из числа управленческого аппарата города. Почему он до сих пор не сделал этого? ФАС уже выносил Якобу (сити-менеджер Екатеринбургаприм.ред. ) предписание устранить нарушения по киоскам, но Ройзман все это игнорирует.

Взорванную телебашню, которую Мосин считает одним из вопиющих примеров хамства со стороны Куйвашева и областной власти, Носков называет «ярким примером обмана городскими властями населения». «Башня никому даром не нужна, но людей стали использовать в своих целях коррупционеры, уверяя, что она нужна. Хотя на ее месте возникнет ледовый дворец, а до этого под ней бомжи ночевали и людей насиловали. Минута славы этой башни – это ее падение, но если общество будоражить, то у любой идеи найдутся искренние сторонники», — убеждает меня Носков.

Он тут же начинает вываливать на меня классические тезисы из методички про пятую колонну, обновленные с учетом трагедии в Кемерово: «Так действует оппозиция, точнее предатели, которые получают приказы из-за границы, всякие эти навальные. Они поменяли тактику, поняли, что бесполезно ворошить майдан, но теперь у них тактика выжидания ЧП, как произошло в Кемерово, куда приехали представители организационного сектора и начали организовывать людей, возбужденных безобразием, действительно творящимся на местах».

— Чем мы отличаемся от ФБК? — сам себя спрашивает Носков и сам же отвечает. — Мы хотим процветающую Россию и хотим, чтобы экономика Екатеринбурга процветала. Для ФБК же борьба с коррупцией — это инструмент для прихода к власти или привода к власти тех, кто их финансирует. Людей вводят в заблуждение, что у Екатеринбурга забирают выборы. Никто не забирает! Хотят ситуацию оздоровить.

— Как же не забирают, когда забирают, — возражаю я.

— Их не забирают, потому что их нет! Это региональные и федеральные власти забирают у местных чиновников выборы и правильно делают. Вот Ройзман и кричит. Мы надеемся, что теперь будет порядок. Пусть за все в Свердловской области и Екатеринбурге отвечает Куйвашев. Пускай! Мы будем с него спрашивать? Путин назначил Куйвашева, а население пусть с него спрашивает.

— Но ведь спрашивать можно с того, кто выбран, а тот, кто назначен, отчитывается в другом месте.

— Это с Ройзмана никто спросить не может, потому что его выбрали 15% пришедших на выборы, из которых 90% бюджетников. Все местные выборы — это фикция, потому что власть сушит явку, убеждая людей, что все уже решено. Но уволить избранного мэра нельзя, даже если он ничего не делает. А назначенного, если он не справляется всегда можно в отставку отправить. Выйти на митинг, чтобы федеральный центр заметил и поставил человека, который будет работать.

На вопрос о том, что помешает «коррупционной городской власти» провести на пост мэра, выбираемого спецкомиссией, своего человека, Носков ответить не может. Вместо этого он говорит: «Задача федерального центра обновить всю систему, мы на это надеемся. Есть воля и установки президента, как сделать, но на местах происходит перевертывание. России деваться уже некуда, нужен рывок, или нас в затяжной войне задушат санкциями».

Право на выбор

Митинг против отмены выборов давно закончился, почти все его участники разошлись. Чуть в стороне, около большого сугроба стоит паренек с плакатом «Вы не оставили нам права выбора». На нем только легкая курточка, он дрожит и переминается с ноги на ногу от холода.

Алексей рассказывает мне, что специально ехал на митинг из другого города, но опоздал. В Нижнем Тагиле он работает барменом, туда он переехал из Екатеринбурга два месяца назад.

— Зачем вы тут стоите с плакатом, все же разошлись, никто не увидит, — говорю я парню.

Мимо строем проходят полицейские с дубинками, садятся в автобус без опознавательных знаков и уезжают.

— Даже если никто не увидит, я его все равно буду держать. Это наше конституционное право, как-никак. Мы с ним родились, мы с ним живем. Мы платим налоги, чтобы государство соблюдало наши права, содержим всю эту ораву. Но какой смысл, если у нас забирают наше последнее право выбора? Нужно просто ходить под правительством и более ничего, хотя у нас вроде как еще демократия?

— Завтра выборы отменят все равно, — этими словами я надеюсь сподвигнуть Алексея перейти куда-нибудь в тепло.

— Я настаиваю, чтобы нам оставили это право. А если отменят, то посмотрим, как отреагирует общественность. А то наша страна в последнее время только молчит и закрывает глаза, — отвечает бармен из Нижнего Тагила дрожащим голосом. Я сажусь в такси, а он по-прежнему стоит рядом с пустой площадью и держит в руках плакат.

P.S.

P.S. Утром 3 апреля депутаты Свердловского заксобрания 42 голосами против 4 приняли законопроект об отмене прямых выборов мэра в Екатеринбурге. Причем сразу в трех чтениях.

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#мэр #выборы #ройзман #екатеринбург

важно

7 часов назад

Российские фигуристы Синицина и Кацалапов стали чемпионами мира в танцах на льду

Slide 1 of 7

выпуск

№ 32 от 26 марта 2021

Slide 1 of 11
  • № 32 от 26 марта 2021
  • № 31 от 24 марта 2021
    № 31 от 24 марта 2021
  • № 30 от 22 марта 2021
    № 30 от 22 марта 2021
  • № 29 от 19 марта 2021
    № 29 от 19 марта 2021
  • № 28 от 17 марта 2021
    № 28 от 17 марта 2021
  • № 27 от 15 марта 2021
    № 27 от 15 марта 2021
  • № 26 от 12 марта 2021
    № 26 от 12 марта 2021
  • № 25 от 10 марта 2021
    № 25 от 10 марта 2021
  • № 24 от 5 марта 2021
    № 24 от 5 марта 2021
  • № 23 от 3 марта 2021
    № 23 от 3 марта 2021
  • В архив выпусков «Новой газеты»

Топ 6

1.
Расследования

Крым их Как поделили полуостров друзья Владимира Путина и местные чиновники. И чем этот «дележ» обернулся для обычных жителей

496869

2.
Сюжеты

«Заткните это животное!» В Находке структуры, которые были связаны с Ротенбергом, строят завод по производству метанола для Китая. Он нравится всем, кроме местных жителей

187003

3.
Колонка

Масочный режим для фуфловира Главу «Биотек» Шпигеля арестовали потому, что госструктуры не простили частникам конкуренции в ковид-пандемию. А губернатор пошел довеском

183628

4.
Сюжеты

«Умирать я буду одинокой» Пройти девяностые и штурмовать Грозный, биться на ринге и прыгать с парашютом. Ничто не сделает мужчину — мужчиной, если внутри него живет женщина

166625

5.
Репортажи

Миллиардер. Из Пензы Как выживает один из беднейших регионов России, где губернатор арестован за взятки. Репортаж «Новой»

151523

6.
Новости

«Я кричал от боли»: похищенные чеченские юноши подали заявление в СК по факту пыток со стороны силовиков в 2020–2021 годах

87632

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera