Комментарий · Общество

Да, я — свидетель

Объяснительная записка спецкора «Новой газеты» читателям по поводу выступления в суде по делу Никиты Белых

Этот материал вышел в № 4 от 17 января 2018
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 4 от 17 января 2018

14:49, 16 января 2018Андрей Сухотин, спецкор

10225

14:49, 16 января 2018Андрей Сухотин, спецкор

10225

Фото: Михаил Джапаридзе/TASS

В прошлую среду мне довелось побывать на заседании Пресненского суда Москвы по делу бывшего губернатора Никиты Белых: я был допрошен в качестве свидетеля защиты, хотя защищать в этой истории собирался только себя и газету.

Андрей Сухотин. Фото: Валерий Василевский

Поводом для вызова в суд стало ходатайство адвоката Никиты Белых Андрея Грохотова о приобщении к материалам дела моей публикации «Чтобы решить вопрос, нажмите решетку», в которой были изложены обстоятельства привлечения экс-губернатора к уголовной ответственности, ранее не исследовавшиеся судом.

Напомню, что по версии следствия, в июне 2016 года владелец Нововятского лыжного комбината (НЛК) немецкий предприниматель Юрий Зудхаймер (Судгаймер) обратился в ФСБ с заявлением о вымогательстве взятки Никитой Белых за «общее покровительство», а затем под контролем оперативников передал ему 150 тысяч евро. Далее с аналогичным заявлением о вымогательстве в ФСБ обратился уже находившийся под стражей предприниматель и экс-владелец НЛК Альберт Ларицкий — и в громком коррупционном деле появился новый преступный эпизод.

После приобщения статьи защита была предупреждена, что мой допрос будет возможен лишь в случае существенных противоречий с показаниями Судгаймера — моего источника и одного из героев статьи, чей рассказ раскрывал подробности резонансного дела. Решение выступить публично Судгаймер принял не сразу, долго оценивая возможные последствия.

В том, что они наступят, Судгаймер не сомневался: еще на предварительном следствии правоохранители убедили его не общаться с журналистами. Эти и другие инструкции он добросовестно исполнял, искренне рассчитывая на обещанное ими расследование обстоятельств хищения его средств — это беспокоило бизнесмена гораздо больше взяток…

Поводов для беспокойства было два. Первый — 40 млн долларов, которые он вложил в НЛК в период 2011—2013 годов и пропажу которых обнаружил после приобретения актива у Альберта Ларицкого. Второй — 10 млн долларов, которые у него обманом выманил Дионисий Золотов — ныне известный ВИП-сиделец, фигурант уголовных дел и звезда криминальной хроники, а в то время успешный «адвокат», рекомендованный Судгаймеру для сведения счетов с Ларицким.

Когда Судгаймер писал заявление в ФСБ на губернатора, оба его обидчика уже находились под стражей, но по другим преступным составам. Судгаймер же был уверен, что устранение Белых «развяжет» руки правоохранительным органам и позволит начать расследование «его эпизодов». Тем более что губернатора он четко ассоциировал с выявленными хищениями в НЛК, поскольку тот занял нейтральную позицию и не только не помог в привлечении Ларицкого к ответственности, но и настойчиво убеждал Судгаймера рассчитаться с банковскими кредитами (которые тоже оказались выведены).

Однако арест губернатора не оправдал ожиданий Судгаймера: пресса обвинила его в провокации и работе на ФСБ, а сами чекисты инициировали запросы в ряд европейских стран, где работают компании немецкого бизнесмена, с требованием проверить происхождение всех его денег.

— Вы не понимаете, ваши СМИ называют меня «взяткодателем», западные это переводят — и как я выгляжу?! Вы хоть понимаете, что в Германии обвинение в коррупции равносильно обвинению в педофилии?!

— негодовал Судгаймер во время нашего первого разговора.

Казалось, желание восстановить имидж и стало триггером нашего общения, с каждым разом переходящим во все более доверительную плоскость. Я интересовался природой конфликта с бывшим партнером Ларицким и губернатором Кировской области, он — основательно описывал всю историю их отношений, раскрывая подоплеку.

— Андрей, до сих пор в России я сталкивался только с обманом, предательством и воровством, но вам я доверяю. Вот не знаю даже — почему? — признался он как-то, анализируя феномен нашего взаимопонимания.

— В отличие от большинства ваших знакомых мне от вас ничего не надо, — предположил я в ответ.

Мы долго дискутировали на тему того, почему после ареста оппонентов его бизнес продолжают тщательно проверять, хотя ему-то никаких обвинений не предъявляли.

— Вот кировские налоговики направляют в Литву, Польшу, Германию и Швейцарию запросы по моим компаниям, это ведь месть за Никиту, разве нет? — спрашивал он, полагая, что опасность продолжает исходить из камер «Лефортово».

— А может, их руками это делают те, к кому вы в результате пойдете за помощью? — в свою очередь спрашивал я, и Судгаймер неохотно соглашался, сокрушаясь по поводу масштабов российской коррупции.

— Ко мне в Турции прокурор лично приезжал, когда я написал заявление о хищении денег на своем предприятии. «Как так, у нас иностранного инвестора обманывают!» — говорил мне. В итоге наказали бухгалтера, которая «химичила» с отчетностью… А у вас таких нет, всем лишь бы денег поиметь, — возмущался он.

— Есть, но вы попали в плохую компанию… — намекал я на его первого защитника Дионисия Золотова, в результате едва не отправившего самого Судгаймера в тюрьму.

— Дионисий — дьявол! — кричал в ответ Судгаймер, справедливо спрашивая, почему в России бороться за наказание преступника должен гражданин Германии.

В целом наше общение носило добрый, а порой даже приятельский характер. Вышедшая в октябре статья Судгаймеру понравилась, и он даже намеревался писать открытое письмо президенту России — публичность показалась ему сильным аргументом.

Договорились обсудить все после его прилета в Москву — накануне допроса в суде.

Судгаймер ожидал вопросов по поводу публикации, но не видел поводов для беспокойства: «Мне скрывать нечего. Буду говорить всю правду, и хрен они меня остановят. Я под их дудку танцевать не собираюсь», — жестко заявлял он напоследок.

28 декабря Судгаймер дал показания, которые полностью повторяли версию следствия и полностью дезавуировали сказанное им ранее в интервью газете.

«Это художественный вымысел. Напишут всякую херь, а потом ходи разбирайся», — подытожил свое выступление Судгаймер и отбыл в аэропорт.

Конечно, получить такую оценку своей работы от человека, еще недавно выражавшего благодарность «за честность и смелость», малоприятно. Но это можно стерпеть — иногда люди вынуждены лавировать под давлением разного рода обстоятельств. (А в том, что обстоятельства имели место, я не сомневался — перед выступлением в суде Судгаймер имел один серьезный разговор.) Гораздо хуже, что немецкий бизнесмен оказал услугу тем, кто в будущем мог бы привести его слова как железный аргумент — этой газете нельзя верить: дескать, даже ее источники признают, что та занимается вымыслами.

Так что симметричный ответ был неизбежен. Я позвонил адвокату Никиты Белых и попросил заявить меня для допроса — защищать свое имя и репутацию газеты следовало там же, где в наш адрес прозвучали эти наветы.

Допрос длился более пяти часов, и по его итогам некоторые слушатели признались, что впервые узнали в деталях, что именно в итоге привело к этому скандальному судебному процессу.

Далее — фрагменты допроса, но ссылаться буду не на материал моих коллег по газете, как и не стану основываться на том, что запомнил сам, — для абсолютной объективности приведу выдержки из онлайн-репортажа, сделанного журналистами «Медиазоны».

 

…Сухотин рассказывает, как в процессе написания статьи он «ушел корнями в историю взаимоотношений Судгаймера и Ларицкого». По словам журналиста, Зудхаймер рассказывал ему, что Ларицкий в начале девяностых был его помощником, а в начале нулевых Ларицкий, со слов Зудхаймера, вообще находился у него «на содержании». <…>

В какой-то момент Ларицкий рассказал Зудхаймеру, что в России у него есть «очень интересный инвестиционный проект» с поддержкой властей, и предложил купить в нем доли. Тот согласился, но настоял на «другом оформлении своего участия» — предоставлении займа. «Потом швейцарские правоохранители установят, что общий объем займов — около 40 миллионов долларов», — говорит Сухотин. Деньги перечислялись с офшоров Зудхаймера на офшоры Ларицкого. <…>

В начале 2013-го Ларицкий снова потребовал деньги, продолжает пересказывать слова Зудхаймера Сухотин. «Тогда Ларицкий сообщил ему, что оба предприятия находятся в предбанкротном состоянии и не способны обслуживать кредиты. Тогда произошел первый серьезный конфликт. Судгаймер — человек импульсивный, поэтому дословно с его слов разговор я приводить не буду», — говорит свидетель. <…>

Далее Зудхаймер в счет оплаты долгов приобрел контрольные пакеты этих предприятий <…> В конце концов Зудхаймер, получив НЛК, провел аудит <…>.

Бизнесмен стал разбираться, откуда появилась такая задолженность, и пришел к выводу, что основные средства НЛК выводились на счета российских и иностранных компаний по подложным документам. «Тогда уже между ним и Ларицким полностью прекратился диалог, их отношения готовились переходить в уголовно-процессуальную плоскость», замечает свидетель. <…>

Перед этим, продолжает Сухотин, Зудхаймер обратился к Никите Белых. «Важная вещь, которая сидит глубоко в Судгаймере: он не отделял Ларицкого от Никиты Белых. Он считал Ларицкого «номиналом» Никиты Юрьевича. Ларицкий всегда ссылался на поддержку Белых, он физически познакомил Судгаймера с Белых в период совершения сделки по приобретению НЛК и «Лесхоза». Со слов Судгаймера, Белых ему гарантировал всяческую и всестороннюю поддержку», — говорит Сухотин. <…>

Фото: Михаил Джапаридзе/TASS

Кроме того, еще будучи в Люцерне, Ларицкий звонил Белых по громкой связи и обсуждал с ним положение дел на предприятии: «Таким образом он продемонстрировал степень своей близости к губернатору». <…>

При этом у НЛК была просрочка по кредитам, и Белых, со слов Зудхаймера, попросил бизнесмена их выкупить, что Зудхаймер впоследствии и сделал. Кировская область в лице Белых поручалась по этим кредитам, в том числе недвижимостью — зданием филармонии и еще несколькими строениями. «Это как аргумент близкой связи Ларицкого и Белых приводил Судгаймер. В моем понимании, в нем была большая доля правды», — подчеркивает Сухотин. <…>

Не добившись поддержки губернатора, Зудхаймер стал обращаться в местные отделения правоохранительных органов. «Я видел заявления в региональное управление СК, он говорил, что аналогичные заявления направлялись в управление ФСБ и прокуратуру. Поскольку Судгаймер впервые столкнулся с подобной ситуацией, он не знал, как себя вести. Фактически человеком, который помогал ему в этих обращениях, был Андрей Якубук. <…>

Впоследствии были получены отказы в возбуждении уголовного дела в Кировской области. Тогда Якубук «стал искать возможности привлечения Ларицкого к ответственности в Москве». <…>

Таким образом Якубук познакомил Зудхаймера с оперативником УВД по ЗАО Москвы Алексеем Грунтовым. Тот представил им Дениса Тумаркина — главу группы компаний «Защита», «в прошлом адвоката». <…>

Сотрудничество Зудхаймера и Тумаркина «началось с совместного визита в УВД ЗАО». Там «за 15 минут» было возбуждено уголовное дело по факту хищения 10 млн долларов у Зудхаймера. Для возбуждения дела в постановление потребовалось внести «некорректную информацию о месте достижения соглашения между Ларицким и Судгаймером», говорит журналист. «Фактически был совершен подлог для необходимой подследственности», — резюмирует он. Об этом Зудхаймер узнал уже позже. <…>

Сразу после возбуждения дела Тумаркин встретился с Ларицким, рассказывает Сухотин, однако ему не удалось установить место встречи. На этой встрече, по словам Зудхаймера, Ларицкий и Тумаркин «договорились совместно привлечь к уголовной ответственности Судгаймера с целью получения крупных денежных сумм». <…>

Он говорит, что существует аудиозапись разговора Ларицкого и Тумаркина, ее нашли во время обыска у Тумаркина. Зудхаймер слушал запись и уверял Сухотина, что на ней Ларицкий и Тумаркин обсуждали вопрос взятия под стражу Зудхаймера и избиение Якубука. Для этого Ларицкий, «по рекомендации Тумаркина», подал заявление в главное управление МВД по Центральному федеральному округу. В нем говорилось, что Зудхаймер вымогал у Ларицкого 40 млн долларов. <…>

«Для меня, для человека, который понимает, как работают органы, это сразу было странно, потому что Ларицкому буквально сразу же выдали спецсредство, стилизованное под автомобильный брелок. Аудиозаписывающее.

И проинструктировали в части его поведения на встрече с Судгаймером», — говорит Сухотин. Затем Ларицкий сам позвонил Зудхаймеру, предложил встретиться и обсудить сложившуюся ситуацию. <…>

По результату непродолжительного диалога к столику, за которым находились Судгаймер, Ларицкий и Тумаркин, подошли несколько оперативных работников в сопровождении бойцов ОМОНа. Их доставили в ОВД по ЮАО. Якобы для задержания в порядке 91-й статьи УПК. Тумаркина отпустили почти сразу. Якубука и Судгаймера — только под утро. Тогда они встретились экстренно с Тумаркиным, который настаивал на их срочном отъезде из России и предоставил свой автомобиль. Они уехали в Белоруссию, а оттуда в Литву. <…>

Тумаркин позвонил Якубуку и сказал, что в отношении них возбуждено уголовное дело по признакам 163-й («Вымогательство»). Скоро они могут быть заочно привлечены в качестве обвиняемых и объявлены в международный розыск, но он «знает, как решить эту проблему», потому что уже контактировал с людьми [Владимира] Малиновского — замгенпрокурора. Я сейчас это рассказываю, если честно, сам в шоке… За 10 миллионов долларов. То есть я в шоке, что он (Зудхаймер. — МЗ ) заплатил. <…>

— Ну это вам известно по словам Зудхаймера? — спрашивает судья.

— Я видел платежные документы. <…>

Зудхаймер, по словам свидетеля, категорически не хотел платить, но Якубук считал, что это сделать нужно, хотя таких денег у него не было. В итоге Зудхаймер перечислил деньги под обещание Якубука вернуть их. Часть из них прошла через отделение Сбербанка в Туле. Сухотин говорит, что в итоге <…> было выведено около трех млрд рублей. «Львиная доля этих средств — работа Тумаркина», — отмечает Сухотин. <…> После этого Якубук решил выяснить отношения с Тумаркиным, и встреча их записывалась… <…>

Тумаркин стал угрожать ему (Якубуку. — МЗ ), давая понять, чтобы тот не рассчитывал на возврат перечисленных средств, — говорит журналист. — С этого момента Якубук стал перемещаться в сопровождении охраны — сначала два человека, потом пять. Угрозу воспринял реально. Якубук тогда стал, со слов Судгаймера, искать возможность привлечения к ответственности не только Ларицкого, но и Тумаркина. Так в 2014-м Якубук, а потом и Судгаймер познакомились с оперуполномоченным 3-й службы УСБ ФСБ Денисом Тарабакиным. <…>

Однако в 2014 году, продолжает Сухотин, сотрудник ФСБ Тарабакин направил рапорт руководителю подразделения об обнаружении признаков преступления в действиях главы группы «Защита» Тумаркина по признакам посредничества во взяточничестве. «Это не рассказ Судгаймера, это материалы нескольких уголовных дел в отношении Тумаркина. Уже Золотова — он сменил имя и фамилию, Дионисий Золотов стал», — говорит Сухотин и ссылается на рапорта, справки. <…>

Адвокат просит рассказать, когда возникла у Зудхаймера и Тарабакина тема Никиты Белых. <…>

— В 2015 году. Первоначально Белых не был раздражителем (для Зудхаймера.МЗ ) — он был увлечен Ларицким и Золотовым. Он (Зудхаймер.МЗ ), помимо прочего, пожаловался на действия Белых (или на бездействие) и обвинял его в покрывательстве Ларицкого. Он в принципе считал, что Белых связан с ситуацией на НЛК. Тогда Тарабакин посоветовал ему приобрести диктофон и записывать встречи с Белых. Судгаймер был убежден, что Белых не позволяет ему привлечь к ответственности Ларицкого. Это было его твердое убеждение. <…>

— В вашей статье упоминается, что в конце мая Юрий Судгаймер «долго петлял между зданиями в Колпачном переулке…» и дальше идет рассказ о том, что он общается с Ткачевым (тогда начальником 6-й службы УСБ ФСБ Иваном Ткачевым.МЗ ). Что говорил Зудхаймер по этому поводу?

— Конец мая 2016 года. Тогда его визит к Ткачеву состоялся, он приводил мне полностью их разговор. Его пригласил Тарабакин. Тарабакин сообщил, что руководитель 6-й службы Ткачев хочет с ним познакомиться. <…>. Но он не писал заявление, просто это была встреча немецкого инвестора и руководителя 6-й службы УСБ ФСБ. Я спрашивал, поскольку он записывал разговоры с Белых, передавал ли он эти записи Тарабакину? Его (Тарабакина. — МЗ ) Белых до определенного момента вообще не интересовал. <…>

Ткачев спросил, действительно ли у вас проблемы с губернатором.

Судгаймер сказал между слов, что Белых требует у него 200 тысяч кэша. Ткачев недоуменно спросил: «Вы думаете, он их возьмет?» На вопрос Ткачева он ответил так: «Пальцы оторвет!» &lt;…&gt;

По словам журналиста, после окончания следствия о Зудхаймере «все забыли» — тот жаловался, что полгода ходил в Следственный комитет, как на работу. «Он рассчитывал, что будет возбуждено дело по факту хищения. Ему сказали, что разберемся потом, а сейчас надо железно довести этот состав», — говорит Сухотин. <…>

По его словам, в Швейцарии по заявлению Зудхаймера возбуждены три дела, Ларицкого допрашивали очень много раз. <…>

Фото: Михаил Джапаридзе/TASS

Теперь вопросы свидетелю задает Никита Белых:

— Он связывал бездействие правоохранительных и надзорных органов — МВД, СК прокуратуры, ФСБ Кировской области — с моими действиями или указаниями?

— Поймите цепочку: у него похищаются средства, похищаются средства Сбербанка, полученные благодаря вам… В его понимании вы были старшим партнером, можно сказать, в НЛК и «Лесхозе». Я его логику понимал. Он (Ларицкий.—  МЗ ) похитил все средства, и вы могли сами пойти к председателю Следственного комитета. Но вы этого не сделали. <…>

Слово берет прокурор Дятлова:

— Правильно я поняла, что основной тезис Зудхаймера: требование денег губернатором это ничто по значению с хищением?

— Да!

По словам журналиста, Зудхаймер действительно думал, что это «такса», а Белых подобное требование объяснил тем, что «все предприятия платят».

Сухотин также упоминает, что Зудхаймер возил эти деньги из Казахстана, так как достать такую сумму наличными в Европе трудно.

— Зудхаймер интересовался, на что должны быть потрачены эти деньги?

— Он не пояснял, для чего, это стандартная плата.

— За то, что он в Кирове?

— За то, что он бизнесмен. Он был уверен, что все платят. Он меня уверял: «Андрей, это (Белых. — МЗ ) очень богатый человек, Hilton и «Вятка Банк» это его активы. У него доля в гостиничном бизнесе за рубежом».

Я спросил, откуда у него эта информация. Он ответил, что это информация о движении денежных средств за рубежом. Я спросил, зачем вам это? Он ответил: «Когда меня злят — я становлюсь щедрым».

— Это фраза в духе Юрия Александровича, — замечает Дятлова. Прокурор Тарасова кивает. <…>

Зудхаймер также думал, что налоговая служба Кировской области действовала в пользу Белых, когда в декабре 2015 года у НЛК и «Лесхоза» неожиданно выявили нарушения, говорит Сухотин. <…>

Сухотин говорит, что он может подтвердить все даты из своей статьи. 28 февраля 2017 года — подача жалобы на действия сотрудников ФСБ, копия которой есть у журналиста, первые аудиозаписи из дела Белых — в начале 2015 года. Прокурор Дятлова спорит, что первая аудиозапись датируется декабрем 2015 года — это разговор в Братиславе.

— Почему вы считаете, что не было записей, которые не рассекречены? — спрашивает Сухотин.

— Я не знаю.

Дятлова интересуется, какое образование у Сухотина. У него юридическое.

— Когда-нибудь работали в органах? ФСБ, МВД?

— Нет.

Прокурор Светлана Тарасова удивляется, что у Сухотина очень глубокие познания в области силовиков.

— То есть это ваша журналистская специфика? — уточняет Дятлова.

— Ну, это моя тема, — говорит Сухотин.

— Вы знакомы с материалами дела в отношении Белых?

— Знаком, с разными. Допросы Якубука, Судгаймера, запись разговоров встречи Якубука с Белых в ресторане, общая встреча в «Кофемании»… <…> Предварительное следствие окончено, я тайну следствия не разглашаю. <…>

«Мы будем ждать ваших журналистских расследований!» — на прощание говорит ему прокурор Дятлова. Сухотин благодарит стороны и говорит, что скоро напишет о том, как «ваша честь станет председателем Кунцевского суда».

…Я благодарен судье Татьяне Васюченко за то, что выслушала, и прокурорам Дятловой и Тарасовой — за уважительное отношение к свидетелю, а не стремление всеми средствами удержать свидетеля в рамках обвинительного заключения. Никите Белых хочется пожелать здоровья и справедливого приговора, а всем сопереживающим ему — терпения.

Господам же офицерам, посчитавшим, что устами их свидетеля и нашего героя можно дискредитировать газету, стоит пожелать лучше готовить «оперативные эксперименты» и не скрывать свое участие в них.

Мы никого ни в чем не обвиняем — мы просто рассказываем истории.

Делаем честную журналистику
вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.
#никита белых

важно

8 часов назад

Российские фигуристы Синицина и Кацалапов стали чемпионами мира в танцах на льду

Slide 1 of 7

выпуск

№ 32 от 26 марта 2021

Slide 1 of 11
  • № 32 от 26 марта 2021
  • № 31 от 24 марта 2021
    № 31 от 24 марта 2021
  • № 30 от 22 марта 2021
    № 30 от 22 марта 2021
  • № 29 от 19 марта 2021
    № 29 от 19 марта 2021
  • № 28 от 17 марта 2021
    № 28 от 17 марта 2021
  • № 27 от 15 марта 2021
    № 27 от 15 марта 2021
  • № 26 от 12 марта 2021
    № 26 от 12 марта 2021
  • № 25 от 10 марта 2021
    № 25 от 10 марта 2021
  • № 24 от 5 марта 2021
    № 24 от 5 марта 2021
  • № 23 от 3 марта 2021
    № 23 от 3 марта 2021
  • В архив выпусков «Новой газеты»

Топ 6

1.
Расследования

Крым их Как поделили полуостров друзья Владимира Путина и местные чиновники. И чем этот «дележ» обернулся для обычных жителей

496911

2.
Сюжеты

«Заткните это животное!» В Находке структуры, которые были связаны с Ротенбергом, строят завод по производству метанола для Китая. Он нравится всем, кроме местных жителей

187161

3.
Колонка

Масочный режим для фуфловира Главу «Биотек» Шпигеля арестовали потому, что госструктуры не простили частникам конкуренции в ковид-пандемию. А губернатор пошел довеском

183649

4.
Сюжеты

«Умирать я буду одинокой» Пройти девяностые и штурмовать Грозный, биться на ринге и прыгать с парашютом. Ничто не сделает мужчину — мужчиной, если внутри него живет женщина

166636

5.
Репортажи

Миллиардер. Из Пензы Как выживает один из беднейших регионов России, где губернатор арестован за взятки. Репортаж «Новой»

157290

6.
Новости

«Я кричал от боли»: похищенные чеченские юноши подали заявление в СК по факту пыток со стороны силовиков в 2020–2021 годах

87649

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera