Сюжеты · Общество

Горячие Пески

Горячие Пески. Здесь одичали кошки, собаки, люди. Из следов нормальной жизни — только пожары. И пожарные

Этот материал вышел в № 127 от 12 ноября 2014
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 127 от 12 ноября 2014

23:41, 11 ноября 2014Павел Каныгин, спецкор

48865

23:41, 11 ноября 2014Павел Каныгин, спецкор

48865

Фото: «Новая газета»

Здесь одичали кошки, собаки, люди. Из следов нормальной жизни — только пожары. И пожарные

Не удалось отобразить 667

Тяжелая техника начала активно стягиваться к Донецку и Макеевке с конца прошлой недели. Грузовики с пушками открыто едут на Донецк со стороны Снежного, где российская граница. Тем же путем оттуда небольшими партиями движутся и танки — по пять—семь штук в день. На глаза наблюдателям ОБСЕ во вторник попалась колонна из семи «Градов» под Макеевкой. Никто даже не стал их маскировать.

В самом Донецке теперь уже не надо сильно искать людей в офицерской форме ВДВ России. В фирменных гимнастерках поверх тельняшек, погонах и синих беретах со значками ВДВ молодые мужчины ужинают вечерами в ресторанах. Правда, на вопросы все равно не отвечают. Не отвечают даже, откуда у них российская военная униформа и значки. Молчат. Не хотят, наверное, выдавать секретный военторг.

Бои и обстрелы на севере Донецка теперь тоже идут непрерывно — и так начиная с прошлого понедельника, когда ДНР объявила выборы состоявшимися. С тех пор к аэропорту добавилась еще одна горячая точка, чуть западнее — поселок Пески.

В ближайшей к Пескам и аэропорту пожарной части части мужики курят у распахнутых ворот и отсчитывают разрывы снарядов. Летит сначала откуда-то из города, из Макеевки — взрывается в Песках. Затем почти сразу летит в ответ, прямо над нами — и взрывы слышны где-то поблизости.

— Ложится в районе ж/д, — говорит высокий пожарный с шапкой набекрень.

— Ну все, сейчас повеселимся, — отвечает молодой пожарный.

— Сплюнь ты, дубина!

— Тьфу, блин!

Через полчаса пожарный расчет выезжает в сторону железнодорожного вокзала. Вызов в частный сектор в Октябрьском районе, снаряд попал в частный дом.

Многие дома разрушены или побиты. В кварталах, примыкающих к аэропорту, уже почти никто не живет, если не считать брошенных хозяевами животных: грязные собаки лежат вдоль улиц, на заборах — кошки. И совсем нет людей, разбиты магазины, выбиты витрины.

— Кошки жратву себе найдут, а вот с собаками надо осторожнее, — говорит Юра, полноватый пожарный в засаленной куртке.

— Ни фига, — отвечает рыжеволосый Саша. — Это собакам теперь надо быть осторожнее.

Снарядом задело один из домов — пробило крышу. На чердаке уже полыхает. Пожарные начинают разматывать рукав. Огонь сбивают почти сразу. После беглого осмотра — в доме никого. Надо быстро назад. В сторону Песков снова и снова летит что-то, слышны разрывы.

— А кто вас вызывает? — спрашиваю. — Где эти люди?

— Глаза всегда есть, — говорит Саша. — Люди остались, конечно, но это какие-то единицы. Много стариков, которых тоже бросили, как этих собак. У кого-то совсем уже привет от обстрелов, — Саша постучал пальцем по голове. — Сидят в подвалах, погребах, не высовываются. Боятся других живых.

— Раньше выходили, спасибо говорили. Сейчас просто тихо наблюдают за нами, — говорит Юра.

— А зачем вообще тогда тушить? Смысл какой рисковать, если нет уже почти людей?

— Ну как зачем? — задумался Юра.

— Когда-то же все кончится. Куда люди вернутся тогда? — сказал Саша. — Они и так не нужны никому.

— Да и мы кому нужны, — подытожил Юра.

— Ты знаешь, что Украина нас всех уволила, кто не стал переводиться в Мариуполь? — спросил Саша. — Просто уволила с 1 ноября, и все!

— Почему не стали переводиться?

— Ты смеешься? У пожарного зарплата 2200 гривен. А жить там где, в Мариуполе? Они же не дают жилье, ничего не дают. Живи как хочешь! У кого там родственники с жильем, те — да, уехали подальше отсюда, а остальных Украина просто кинула.

— Просто как жить и платить полторы тысячи за съемную квартиру?

Из разбитого окна в коттедже на другой стороне улицы на нас смотрело морщинистое женское лицо. Но, встретив мой взгляд, женщина тут же скрылась за шторкой.

 

Весь следующий день в пожарке тихо, вызовов нет, хотя снаружи слышны выстрелы. Мужики смотрят телевизор. Кто-то играет в нарды. Кто-то ушел подремать в комнату отдыха. Кто-то уже поспал и идет играть в нарды.

— О, Николаич! Здорово, укроп! — сказал Саша.

— Да иди ты, — улыбнулся Николаич.

— Николаич у нас реальный укроп! — сказал Саша. — Живет в Укропии, в Константиновке, на работу ездит сюда, в Дэнээрию!

— Да ты затрахал уже, Сань!

— Да ты не стесняйся! Спасибо говори. У тебя там банки работают, в кино сходить можно.

— Только укропы одни, — сказал Николаич.

— А че они тебе?

— Да ниче. Стремно просто. Хотя вроде не трогают

После обеда мужики садятся на кухне играть в покер. Входной депозит — 15 гривен. На выигрыш покупают продукты.

— А Бендера где? Он шо, не играет? Бендера! Иди сюда, гад такой!

— Ты че ругаешься, здесь я, — отозвался из ангара молодой пожарный лет 23.

— Бендера у нас переводится в Кировоград, поедет в Бендерию!

— Да родственники ж там, — сказал молодой пожарный, будто оправдываясь.

— И шо они там у тебя говорят, родственники твои?

— Да шо, шо! Не знают они там правды! Говорят, здесь у нас русская армия воюет, бандиты, беспредел, народ, мол, как зомби.

— Да они там сами как зомби! Их там всех против нас загипнотизировали.

— Ну так мы играем или как? По 15, как обычно, с каждого?

Раздают на семерых. Играют несколько часов. В шесть начинают готовить ужин. Кто-то чистит картошку, кто-то разделывает курицу.

— Вот ты скажи, Москва нас поддерживает? — спрашивают меня пожарные. — Чтоб у нас мир был, чтоб перестали стрелять, может Москва так сделать?

— Да какой мир? Украина нас замочит, если мы не будем сопротивляться.

— А дэнээры, ты думаешь, шо, лучше? Тоже молодцы! Поставили артиллерию прямо в городе, в жилых районах! — сказал начальник смены Борис.

— Скорее бы уже кончилось.

— Да кончится, а потом все равно непонятно что. Кому мы теперь подчиняемся? Укропия от нас отказалась, эти в ДНР — молчат. Только обещают, что примут всех в это новое МЧС ДНР. Может, и лучше станет.

— Да все то же самое будет, мужики, только без денег! — сказал Саша. — Вот те же люди в управлении у нас сидят, сам видел. 270 человек — инспекторы, офицеры, психологи — аж семь штук! На черта?

— Я их один раз видел. Когда авиакатастрофа была Анапа—Петербург, помнишь? Мы лопатами останки собирали день и ночь. Когда закончили, находит нас этот психолог, собирает всех и говорит: «Возьмитесь все за руки. Скажите, мерещатся ли вам черные круги?» Ну мы тогда пошли, водки выжрали, и все.

 

Сергей ужинает отдельно ото всех. За отдельным столом со своей семьей — женой и дочерью. Их дом в Октябрьском районе разрушен снарядом. Семья теперь живет в части.

— Как раньше жили? Даже говорить смешно уже, как это давно все было, — говорит Сергей. — Ну вот кошек с деревьев доставали.

— Как в Америке, по лестнице?

— Да какой, на фиг, по лестнице? Из рукава струей под жопу, — и снизу ловим!

 

Начальника части Андрея Семченко — невысокого мужчину 50 лет — я встретил в другой день, вечером. В Донецке (несмотря ни на что) отмечали День милиции. На пожарной «Газели» Семченко привез на работу Сергей. Мы прошли в кабинет.

— Есть такие пожарные части, командиры которых бежали в трудный для Донецка час, — говорил он. — Калининский район, Кировский… А мы остались на месте! Нас убивают, нам не платят, а мы работаем. Видите на шкафу кусок рельса? Это тут на трамвайные пути упал снаряд и отбросил кусок мне сюда под окно. Я на него теперь смотрю и молюсь.

— Вы не будете переводить часть подальше от фронта?

— А кто останется здесь работать? Мы же не можем бросить людей. Потому что люди и так брошены тут. Там в Киеве понимают, что здесь творится? Они с этой войной людей убивают здесь, а в Киеве тишь да гладь! Я бы хотел, чтобы они хоть на один день почувствовали, что такое война.

— Почему вы вините только Киев?

— А кого? Они всю жизнь ненавидели наш Донбасс, хотя мы были трудяги, а они там ездили по Польшам! — горячился Семченко. — У меня в школу к дочке прилетела мина 1 октября, дочка чудом не пострадала. А ведь не дай бог! Я бы тогда взял бы с собой взрывчатку и, клянусь… Если им не жалко моих детей, тогда мне не жалко их!

— Ну что, домой поедем? — заглянул в кабинет водитель Сергей.

 

Поздно вечером пожарные закрывают боксы и уходят в комнату отдыха, где работает телевизор. Идут новости НТВ, в комнату набиваются спасатели. Телевизор делают погромче.

Вечер проходит спокойно. А ночью округу снова начинают накрывать снаряды.

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

важно

5 часов назад

Ученые обнаружили более 150 погибших краснокнижных тюленей на побережье Каспийского моря

Slide 1 of 6

выпуск

№ 47 от 30 апреля 2021

Slide 1 of 11
  • № 47 от 30 апреля 2021

Топ 6

1.
Репортажи

Интернат В закрытых психоневрологических заведениях сегодня живут 177 тысяч россиян. Большинство из них там и умрут. Елена Костюченко и Юрий Козырев провели несколько недель в ПНИ

440240

2.
Комментарий

Есть вещи пострашнее SWIFT Евросоюз угрожает отказаться от российской нефти и газа — и на этот раз вполне серьезно. Объясняет Максим Авербух

373534

3.
Интервью

Девочка, которая потеряла Конституцию 11 мая студентке МГУ Ольге Мисик выносят приговор за «осквернение будки» Генпрокуратуры

251065

4.
Репортажи

«Считаю вас всех предателями и оккупантами» Алексей Навальный проиграл суд по делу о клевете на ветерана и выступил с еще одним последним словом

195679

5.
Расследования

Чайки по именам ЛСДУЗ и ЙФЯУ9 Чем занимаются зашифрованные для Росреестра сыновья Юрия Чайки

158459

6.
Комментарий

Патриарх обличал не ту тиранию Как оппозиция на Пасху решила, что глава РПЦ вдруг перешел в ее стан

149933

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera