Пролог

Жил Мутич. Это псевдоним такой. А на самом деле Простоухов Аристарх Егорович. Всемирно известный художник-монументалист. При царском режиме творил мозаики в божьих храмах и императорских дворцах, при советской власти – то же и там же. Но уже в музеях и дворцах культуры рабочих и крестьян. В первую годовщину октябрьского переворота посетило его вдохновение свыше. По заказу наркомата путей сообщения в опустевшем (после скалывания им же сотворённого мозаичного святого Пафнутия) проёме на стене бывшего одноимённого храма, а теперь Дворца культуры железнодорожников он выложил мозаику «Девица Свобода».

1-я серия

«Девица» никого не оставила равнодушной. Откликнулся даже Александр Блок. В первом номере журнала «Красная Пальмира» за 1919 год он посвятил ей стихи:

О, Дева, иду за тобой –

И страшно ль идти за тобой

Влюблённому в душу твою,

Влюблённому в тело твоё?

В редакционном комментарии говорилось, что и поэма «Двенадцать» тоже навеяна потрясением при знакомстве поэта с революционной мозаикой Мутича. Правда, Блок прислал опровержение, утверждая, что стихи действительно его, но ни в какой журнал он их не посылал. И никакого отношения они не имеют ни к «Девице Свободе» гражданина Мутича, которую он и в глаза не видел, ни к его собственной поэме «Двенадцать», ибо написано четверостишье «Деве–Революции» более двенадцати лет назад. И в оригинале вместо «твою», «твоё» на самом деле было «свою» и «своё».

Журнал опровержения Блока не опубликовал, так как прекратился на первом номере. Оригинал письма не сохранился. О нём вообще стало известно совсем недавно, после выхода второго, посмертного (исправленного и дополненного) издания воспоминаний редактора «Красной Пальмиры» Генриха Забубённого-Задунайского «Былое и нечто». В первом издании 1925 года дотошные блоковеды этого эпизода не обнаружили.

2-я серия

Когда пришло двадцатилетие Великой Октябрьской социалистической революции, за Мутичем пришли. Но сразу не взяли. А привели в бывший храм святого Пафнутия и вежливо попросили исправить идеологические ошибки. Мутич было заартачился: «Девица безупречна! Тут ни убавить, ни прибавить». Искусствовед в штатском, но полувоенном френче вежливо возразил: «Аристарх Егорович, дорогой! Ну зачем так горячиться? Партия знает все болевые точки женщины, и всегда найдёт, на какую нажать в перевоспитательных целях. И что убавить, если надо, найдёт». Он вынул из кармана темно-синий смальтовый кубик, приложил к ярко-желтому кубику в мозаике и мягко, вкрадчиво спросил: «Не кажется ли Вам, Аистарх Егорович, что этот синий куда выразительнее, чем этот жёлтый? Не кажется? Разве? Ну-ну… Подумайте хорошенько… Подумали? Теперь кажется? Вы гений, Аристарх Егорович! Так что, с Вашего позволения, заменим этот жёлтый на этот синий? Тем более ассоциации всякие, знаете ли -- жёлтая пресса, жёлтый дом… А заодно и этот коричневый синим заменим. Любимый цвет Адольфа Гитлера, знаете ли».

И так, с его же согласия, кубик за кубиком, все разноцветные мозаинки были заменены другими – густого синего цвета, который почему-то даже после прихода нацистов к власти в Германии у нас по-прежнему назывался берлинской лазурью. И получилось то, что искусствоведы тут же окрестили «Синим квадратом».

3-я серия

Несмотря на многочисленные доносы как на «Квадрат», так и на его «автора», сверху до поры до времени смотрели на это безобразие сквозь пальцы – мировая знаменитость всё-таки. Но лишь до того момента, когда в одной из британских газет появилось скандальное эссе «Синий квадрат» или русский абстракционист Мутич против Сталина». Тут же в одной из советских газет появилась редакционная статья «Сумбур вместо живописи». И отправился Мутич далеко-далеко. И сгинул неведомо в каких краях.

4-я серия

Потом уже, когда его вернули во все энциклопедии и объявили гением, следопыты бывших пионерских, а ныне скаутских отрядов вместе с приданными им батальонами бывших суворовцев, а ныне кадетов с огромным воодушевлением по всей стране искали его могилу и эскизы к «Девице Свободе». Могилу нашли. Одну на Чукотке, в Тундре Академии. Другую в бывшем КазЛАГе, что рядом с Карагандой. Третью на Соловках. А четвёртую где-то на Дальнем Востоке, рядом с легендарным озером Хасан. Высококвалифицированные криминалисты подтвердили генетическую идентичность останков во всех четырёх захоронениях.

Но эскизы обнаружить так и не удалось.

5-я серия

Приближалась девяносто шестая годовщина октябрьского переворота, а значит и 95-летие «Девицы Свободы». С праздничным днём переворота к этому времени уже разобрались: поначалу переименовали в День примирения и согласия, к чему одноразовый электорат по имени народ тут же присовокупил два существительных и один союз: День примирения и согласия Волка и Овцы. А потом и вовсе его отменили, полагая, что именно День примирения и согласия вносит раздор и смуту в единое и неделимое гражданское общество на Руси.

Вместо него подумали сначала о Ледовом побоище. Но -- нетактично по отношению к ныне дружественной Германии. Псы-рыцари и всё такое прочее… Переключились было на Куликовскую победу. Но оказалось, что и с той, и с другой стороны там были теперешние россияне -- как русские, так и татары. Дело смутное. Может, Полтавская битва? Но ведь у братской Украины гетман Мазепа нынче в национальных героях…

Так что остановились в конце концов на Дне иконы Казанской Божьей Матери. Есть в ней что-то этакое, нас всех объединяющее -- и православных, и правоверных мусульман, а, может быть даже, и католиков вместе с иудеями. И Казанская вроде. И Богоматерь притом.

6-я серия

С «Девицей Свободой» всё оказалось сложнее. Её призрак бродил по России и бередил неустойчивые души, порождая в них несбыточные надежды и четвёртый после «Кто виноват?», «Что делать?» и «Пить или не пить?» заклятый вопрос отечественного бытия: «Какая она, Свобода?» И тогда в прошлом ученик Мутича, а ныне президент ВАВХ -- Высшей Академии Всяческих Художеств – Сан Саныч Сидоров-Нижегородский решил провести виртуальную акцию. Предложил своим студентам вообразить «Девицу Свободу» и перенести на холсты плоды своего воображения.

Чего только ему не навоображали! Добрая половина просто скопировала Соньку Золотую Авторучку, известную в округе фотомодель и дорогостоящую валютную путану, почти задарма позировавшую студентам из святой любви к чистому искусству. Писали её в основном в виде француженки из города Нью-Йорка. Только одежды на ней не было никакой, и в поднятой над миром руке держала она не факел грядущей Сочинской Олимпиады, а призывную, самосветящуюся долларовую бумажку. Наиболее дальновидные вместо доллара рисовали набирающий вес евро.

Другая половина будущих гениев полагала, что тайна «Свободы» закопана в «Синем квадрате». И на свет божий было выдано множество «Квадратов» всех цветов радуги: красных, бело-сине-красных, бело-жёлто-чёрных, зелёных, жёлто-голубых, сине-чёрно-белых, бордово-бело-бордовых, жёлто-зелёно-красных…

У Стася Вуйковича из Львова даже пророчески прорезался цитрусово-померанчевый квадрат с созвездием Евросоюза посредине. На что Тарас Молибога из Донецка (в прошлом Сталино, а ещё в более отдалённом прошлом – Юзовки) тут же ответил «Сине-белым квадратом».

Были и работы нетрадиционной (впрочем, ныне очень даже традиционной) ориентации. Юля Лопухова, подписывающая свои опусы: «Жасмин», изобразила «Розовый квадрат», упертая в том, что Свободу непременно надо видеть в розовом свете. А Серёжа Голопупов, чемпион Москвы по поднятию двухпудовой гири, сочувствовавший ЛДПР (партийная кличка -- Серж Развяжи-Пупок), напротив, своим «Голубым квадратом» давал понять, что ни в какой Девице Свободе он лично не нуждается.

И тут Ксюша Мяукина объявила, что создаёт новое общественное движение «Идущие вместе». На вопрос: «С кем вместе?» легкомысленно отвечала : «С Сан Санычем!» Тут же, как грибы после дождя, стали появляться «Бегущие вместе», «Стоящие вместе», «Сидящие вместе». Запахло политикой. А Сан Саныч этого страсть как не любил. И когда дело дошло до «Лежащих вместе», быстро спустил свою затею на тормозах.

7-я серия

И вдруг в одной из британских газет появилось сообщение: разорившийся американский миллиардер, пожелавший остаться неизвестным, выставляет на аукцион Сотби эскиз великого русского художника Мутича к утраченной ныне его знаменитой мозаике «Девица Свобода». Но инкогнито заломил такую сумму, что Эрмитаж, Британский музей, Лувр, Прадо потоптались вокруг да и отпали. Эскиз купил двадцатилетний российский олигарх, владелец заводов, газет, пароходов Джек Люмпен-Пролетарский и подарил очередной своей пассии Ляле Кебаб. Та пообещала, если будет настроение, подарить «Девицу» Третьяковке, а в случае переезда на местожительство в Штаты – Метрополитену.

На днях Лялю Кебаб пристрелил в её элитном особняке на Рублёвке неопознанный киллер. Тут же была объявлена операция «Перехват». По телевидению показали смутную запись камеры наблюдения и составленный по горячим следам фоторобот убийцы. Дело взяли под личный контроль президент страны и её генпрокурор. В России это означает: дело гиблое. Висяк.

Все ценности убитой остались на месте. Исчез только эскиз Мутича. У нас его мало кто видел. Но кто видел, говорит, что там изображено прекрасное лицо славянской национальности с синими-синими, цвета берлинской лазури, глазами.

8-я серия

А «Синий квадрат» по-прежнему пребывает в бывшем Дворце культуры железнодорожников, ныне храме Святого Пафнутия, включённом по сему случаю в Список Мирового Наследия. Чем настоятель храма Отец Фёдор весьма доволен. Недоволен он богохульными дискуссиями, которые вызывает лицезрение этого «Квадрата» не только в СМИ, но и в стенах самого храма.

Недавно успешный художник-буквалист Гавриил Зазеркальный при помощи ненормативной лексики, гулко резонировавшей под сводами храма, громогласно доказывал, что никакое это не искусство, а фирменный обман народа: «Я лично могу изготовить трафарет и по нему нарисовать хоть тысячу таких «квадратов». Только я лично не сделаю этого никогда!»

Но -- сделал. Когда подарил городу собрание своих шедевров, а город подарил ему участок дорогостоящей земли в центре вместе с расположенным на нём историческим памятником, жилым домом XVI века -- для возведения здания основанной им Частной Академии Подлинного Искусства (ЧАПИ) на месте этого самого жилого дома. Жители представили власти неопровержимые свидетельства того, что тут в разное время жили или, по крайней мере, ночевали у друзей и любовниц Малюта Скуратов, Пётр Алексеевич Великий, Александр Николаевич Радищев, Александр Сергеевич Пушкин, граф Лев Николаевич Толстой и народный герой Василий Иванович Чапаев, вместе взятые. Власть безмолвствовала. Тогда жильцы объявили голодовку. Но её пришлось прекратить, поскольку власть, опять же, безмолвствовала, а во дворе нехорошего дома под прикрытием танка… извиняюсь, бульдозера появились строите…, извиняюсь, погромщики в оранжевых касках.

Обессиленные голодовкой жильцы сдержать их натиск не смогли, и по линии фронта, подступившего к самым окнам, вырос забор. К нему дюжие молодые люди, охраняемые другими дюжими молодым людьми в камуфляже, в масках, с пистолетами Макарова и с автоматами Калашникова, приложили трафарет, мазанули кистью, и на заборе появился синий квадрат. Когда он подсох, приложили другой трафарет, мазанули ещё раз, и появилась белая надпись: «Неприкосновенная частная собственность. Прикоснёшься – пожалеешь!». Трафарет для синего квадрата Гавриил Зазеркальный выпилил самолично. Лобзиком.

9-я серия

Зазеркальному ехидно оппонировал только что вернувшийся из эмиграции третьей волны продвинутый и креативный Игнатий Ашотович Вегетарьянц. Да, конечно, всякий там образованец может нарисовать «Синий квадрат» по выпиленному лобзиком трафарету. Но чтобы на самом деле проникнуть в тайну этой вершины мирового авангарда, надо глубоко погрузиться в философское миросозерцание гениев русского космизма начала ХХ века. И это такая же абсолютная трансцендентная истина, как и то, что без погружения в философию Платона и Аристотеля Венера Милосская – всего лишь красивая древнегреческая баба, да ещё и с отбитыми руками.

10-я серия

На Вегетарьянца тут же набросился публичный политик Янус Двухполуобротный, во всех тусовках, на всех площадях громко, скандально, непримиримо обличавший антинародный режим, но в парламенте почему-то всегда однозначно голосовавший за любое решение партии власти и родного антисоветского правительства: «Во всём виноват Чубайс. «Синий квадрат» – это ночное небо над Россией, на котором он отключил все звёзды за неуплату, а Луну скукожил до наноразмеров». Вообще-то Двухполуоборотный был из крепкой крестьянской семьи, сосланной во время коллективизации за Урал, но недавно купил по случаю Пропавшую Грамоту, подтверждающую его родословную от пробабки Рюрика, и заказал себе прикольный фамильный герб.

Эпилог

Паломничество москвичей и гостей столицы к «Синему квадрату» продолжается по сей день. И по сей день продолжаются около него доходящие до драк споры. Что начинает серьёзно беспокоить отцов православной церкви. Недавно они подняли вопрос о неуместности в храме смущающего паству греховного изображения и о замене его первоначально находившейся здесь мозаичной иконой Святого Пафнутия.

Светские власти пошли навстречу церковным (не согласившись, правда, с идеей просто сколоть мировой шедевр – его бережно демонтируют и передадут скорее всего в Третьяковку, но, может быть, и в Музей изобразительных искусств имени Пушкина). В связи с этим эскизы Мутича к мозаике Святого Пафнутия были объявлены во всероссийский розыск.

Уже формировался сборный поисковый отряд из скаутов, кадетов и возвращённых Сергеем Шойгу из сердюковской опалы суворовцев. Но тут вдруг в интернете, на сайте одной из британских газет, появилось сообщение, что лицо афро-американской национальности, пожелавшее остаться неизвестным, выставляет на аукцион Сотби считавшийся навсегда утраченным акварельный эскиз мозаичной иконы Святого Пафнутия кисти классика мирового авангарда Аристарха Мутича…

Ну что ж, загадку «Чёрного квадрата»,

Загаданную гением когда-то,

В кануны революций мировых,

Оставим для потомков. Пусть у них

Шевелится душа от той загадки.

А в нашем веке с этим всё в порядке:

Мы знаем, сколько стоит тот квадрат –

И с нас довольно. И по ýши рад

Тот олигарх, что за него заплатит,

Чтоб на Рублёвке над его кроватью

Висел он неизвестно для чего –

Зато такого нет ни у кого!

Бог с ним! Я не завидую ему

Ни на копейку. Знаешь почему?

Квадрата Синего мне ведом код.

В нём ключ от тех заоблачных высот,

Что не подвластны диктатуре денег.

Он – бескорыстья вечный современник.

И золота Вселенной, может быть,

Всего

не хватит, чтоб его купить.

И потому – за совесть, не за страх –

Бесплатна синева небес в веках.

И – как душа, и вечна, и права –

Да здравствует, да будет синева!