Сюжеты

Мандрапапупа*. Они приходят по пятницам...

Доктор Лиза собирает в своем подвале особенных пациентов. С каждым приходит его личная трагедия

Фото: «Новая газета»

Этот материал вышел в № 95 от 28 августа 2013
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Каждую пятницу здесь кушают 25 психически больных. Мы заказываем им кейтеринг, это с американского, это когда из ресторана я заказываю дорогую еду, и все мои сумасшедшие... для них это праздник... Целый стол — мясо, котлеты, салаты, пироги... Они не бездомные, они домные, они все домные. Это ужин. Они наряжаются, в шляпах. У меня уличные музыканты приходят.

*Мандрапапупа — душевнобольной.

* Фотографии опубликованы с любезного согласия героев, некоторые имена изменены. Все фото: Анна АРТЕМЬЕВА — «Новая»

Действующие лица:

Доктор Лиза (Елизавета Петровна Глинка), исполнительный директор Фонда «Справедливая помощь»

Наташа, поэт

Нина Александровна, мать погибшего в Чечне офицера

Алексей, актер

Люба, певица

И другие двадцать участников действа

Место действия:

Подвал на Новокузнецкой (помещение Фонда)

Время действия:

Пятница, август 2013 года

Причина действия:

Каждую пятницу Доктор Лиза устраивает благотворительный ужин для 25 мандрапапупов.

Доктор Лиза: Каждую пятницу здесь кушают 25 психически больных. Мы заказываем им кейтеринг, это с американского, это когда из ресторана я заказываю дорогую еду, и все мои сумасшедшие… для них это праздник… Целый стол — мясо, котлеты, салаты, пироги… Они не бездомные, они домные, они все домные. Это ужин. Они наряжаются, в шляпах. У меня уличные музыканты приходят.

— А кто подает блюда?

— Я подаю, все подаем. Я как официантка: «Кушайте». Между особо конфликтными я сажусь, чтобы они не ссорились. Приходят и юродивые, и всякие. Они поедят, и потом они сами для себя устраивают концерт. Поют старые песни, танцуют, читают стихи, плачут, рассказывают свои истории… Это несчастные люди.

 — А почему именно еду ты для них заказываешь?

— А это то, чего у них нет. Они не могут, они бедные. Они говорят: собирались раньше гости, а сейчас и покормить нечем…

«Ищу человека, который захотел бы реализовать мою голову»

Наташа: Первый бокал я поднимаю за сам Фонд. А в честь его дня рождения прозвучит следующая ода:

…Вернет кому-то он жилище,

Накормит досыта гостей.

Ты в нем не бедный и не нищий,

А человек среди людей… (Аплодисменты.)

А теперь в нашей программе традиционные загадки. Вы готовы? На какой вокзал Фонд поставляет одежду?

Из зала: На Курский.

Наташа: Правильно. Каким горячим напитком команда Фонда чаще всего угощает пассажиров Павелецкого вокзала?

Из зала: Чаем?!

Доктор Лиза: Какао.

Наташа: Любимое парнокопытное животное доктора Лизы?

Из зала: Ослик.

Наташа: Правильно, молодец.

Доктор Лиза: Наташа, ты у нас такая плодотворная, умница, правда? А какой-то плохой человек, мне передали, сказал, что у нее плохие стихи. А я говорю: «Это зависть».

(История Наташи: Это все от мозга. У меня эпилепсия, у меня травмы были головы, но это не помешало мне сделать себя. Я здесь помогаю в Фонде у Лизы, у меня инвалидность. Я пришла в Фонд Доктора Лизы в слабом состоянии, я была не уверена в себе. Здесь я увидела коллектив, который неравнодушен ко мне, стал поддерживать меня, душевно так. Я была не пристроена в этом обществе. А сейчас я пристроена. Я здесь нужна. Доктору Лизе нужна и команде Фонда. Я разбираю вещи здесь в будни, бутерброды по средам мы готовим на вокзал, убираюсь и участвую вот в этих пятничных мероприятиях. Это мое, я пробиваюсь творчески. Здесь я хорошо выгляжу и стала еще лучше писать.

Пишу я с 10 лет. Стихи. Но у меня по 12 пунктам идет: и сценарии, и пародии, и пять томов фэнтези со стихами, рисунками, философскими изречениями. Но эти тома не изданы. Я издала за свои деньги только книгу стихов. 3 экземпляра — 1700 рублей. Я продавала антиквариат и букинистику от прабабушки, чтобы издать.

Я работала, но из-за отсутствия высшего образования я работала в обслуживающем персонале. Уборщицей. В банке. Мне объяснили, что я не смогу учиться в университете, и я поняла это сама. И сейчас такой своеобразный коллектив в университете, я даже в Литературном не смогла бы учиться. Больное общество, равнодушное, наплевательски относящееся к окружающим людям, уже лет десять так, а я человек по натуре очень ранимый.

 Я села за книги, и несмотря на то, что у меня была очень слабая память, фактически ее отсутствие, я стала потихоньку читать — философия, психология, медицина (от судебной медицины, извините, работы с трупами, до психиатрии, неврологии). Я ведь в самом начале хотела быть врачом, причем патологоанатомом, психиатром, ну различных таких нестандартных профессий. Потому что я человек нестандартный. Моя нестандартность в мышлении, в обращении с людьми, неравнодушном, который хочет вникнуть в боль, в переживания, вложить свою душу.

Я не замужем пока. Я ищу человека, который захотел бы реализовать мою голову. Вот с ним будет связана моя жизнь. Деньги заработать на моей голове. На том творческом даре, который мне дан. Голова у меня хорошая.

Почему сама не зарабатываю деньги на своей голове? А потому что с улицы сейчас никуда не пойдешь, меня шесть раз кидали, начиная от сценариев в «Ералаш», куда я отдала 25 сценариев, и до текстов песен, это уже вообще все поют. Я не знаю, где их поют, может, в ресторанах… Я собираюсь дальше на прозу ставить. Это, скорее всего, будет фэнтези, это сейчас очень реализовано, со стихами, вклиненными туда, рисунками, философскими изречениями как своими собственными, так и философов. Но все достаточно доходчиво, для интеллигенции среднего уровня, в основном женщин. Но там есть и боевые сцены, боевые диалоги, там реально очень разносторонний материал. Ну, у меня колоссальная начитанность просто. Настольная книга у меня Омар Хайям «Рубайат», а так классика — это Лесков, Мольер, Бальзак, Стендаль, Гойя…

Одеваюсь я здесь. Я просто со вкусом подбираю прямо в тон. Смотрю иногда «Модный приговор». Серебро на мне — это ломбард подмосковный, я покупаю, там очень дешево. Просто надо выглядеть в некоторых местах. Например, я хожу в Дом актера, в Дом литераторов.

А живу я на пенсию инвалидную — 8 тысяч 500 рублей. Моя прабабушка польская дворянка была.)

 

«А когда ко мне вернется Березовский?»

Люба: А можно я в шляпке спою?

Доктор Лиза: Конечно. Знаменитые шляпки, мы без них не можем. Это же ваш образ.

Люба: Я растоплю кусочки льда

В сердце своем горячем.

Будем любить тебя всегда,

Мы не можем иначе. (Аплодис­менты.)

Наташа: Люблю я вечность?.. Люблю сегодня и сейчас, люблю... (Аплодисменты.)

Голос: А меня здесь нету. Я надела шапку-невидимку, меня вообще здесь вы не видите, ладно? Меня здесь нету.

Доктор Лиза: А можно мне такую же вторую шапку, я тоже себе надену.

Голос: Меня здесь нет. Вы поняли? Я боюсь, что мне дадут опекуна.

Доктор Лиза: Опекуном твоим никто не будет.

Голос: Я боюсь, что у меня отберут квартиру… Елизавета Петровна, вы скажите, какие у вас проблемы самые-самые непробивные? Может быть, я как-то кому-то что-то… Я решу эти проблемы, чтобы мэрия у вас не отбирала этот подвал.

Наташа: Джаз…       

Играет джаз, играет старый джаз,

Играет в парке для двоих, для нас…

Доктор Лиза: Наташа, ну не волнуйся, моя золотая, все хорошо.

Наташа: Сейчас попробую. Я просто не подготовилась, я не знала, что вы меня попросите.

Голос: А когда ко мне вернется Березовский?

Доктор Лиза: Березовский вернется к тебе.

Голос: Я так думаю, что его отравили, так же как Литвиненко. Вы там читали?

Доктор Лиза: Читала.

Алексей: Фонд…

Обездоленным, несчастным дал надежду, приютил,

Ведь недавно я, бездомный, избегал всего и вся.

Но в какой-то миг я понял, что так дальше жить нельзя.

И теперь, вздохнув свободно, не боюсь и не стыжусь,

Глядя прямо, благородно, за свои права борюсь.

Доктор Лиза: Браво! Наконец-то вышел из подполья. Три года… Девочки, я же его похоронила, знаете, три года искала! Ну конечно, пропал без вести. Умничка, Алешенька. Всех боялся, три года не было.

(История Алексея: У меня же отобрали квартиру в Кунцево, на Рублевке. В июне месяце мне понадобилось взять выписку из домовой книги. Я хоть и не жил в квартире, но я был уверен, что юридически она моя. Потому что это кооперативная квартира, и я после смерти родителей единственный наследник. Когда я взял выписку из домовой книги, и в графе, где указывается прописка, вдруг я читаю, что я выписан по собственному заявлению в связи с переездом в США, и указан конкретный адрес: штат Калифорния, город Лос-Анджелес и т.д., улица, дом, квартира. Я и подумал, что я могу сам наломать дров. И я вспомнил, что есть такой фонд «Справедливая помощь», где есть юрист. И сейчас ключевой вопрос: ввязываюсь я в эту тяжбу или нет? Это связано с риском, потому что нынешнему владельцу, который даже не подозревает, что там какой-то истец может вдруг выплыть, ему проще этого истца просто грохнуть.

Я занимаюсь своей профессией. Пару-тройку раз я снимался, периодически меня еще по телевизору показывают. Я снимался в сериале «След», или, скажем, «Окончательный вердикт». Время от времени, при большом везении, попадаешь и в большое кино. Допустим, у Тодоровского-сына, у Валерия Петровича, я снялся, фильм «Оттепель», это про 60–70-е годы, с очень хорошими актерами. Но поскольку там у меня практически эпизод, то и гонорар соответствующий. Время от времени снимаюсь, все-таки какие-то деньги я имею. Но чтобы снять жилье, на это денег нет, конечно.

Я довольно долго мыкался по знакомым, по друзьям. Ситуация была безвыходная, и я обратился в Москве департамент соцзащиты, там есть сеть социальных гостиниц для лиц, потерявших жилье. С тобой заключается соглашение, но это соглашение не бессрочное, оно заключается на месяц. Через месяц администрация может соглашение твое пролонгировать. Я там живу сейчас третий месяц. И я так подозреваю очень сильно, что третий месяц будет для меня последним.

А здесь пятницы… Это какая-то отдушина, где ты можешь хоть немножко отойти душой и почувствовать человеческое тепло. Тепло сотрудников, волонтеров, даже тех, кто сюда приходит. Потому что живя в этой соцгостинице, видишь немножко другой контингент, там другие люди, очень многие с поломанными совсем судьбами.)

 

«У меня за диваном лежат оставшиеся косточки моего сына в коробочке из-под обуви»

Наташа: Куда течет река желаний

На лодке вечности в края,

Где нет…

Ну вот я не подготовила.

Доктор Лиза: Ничего, Наташа.

Наташа: И нет страданий, душой там воскресаю я…

Но вот глаза я открываю

Средь орхидей и черных гор,

Я в поцелуях искупаю, тебя,

Любимый, мон амор.

Извините, я не готовила.

Реплика: Хорошо, замечательно.

Голос: Талант у нас пропадает в подвале. Ты должна быть там, наверху.

Нина Александровна: Да, наверху.

 

(История Нины Александровны: Один сыночек. Скучаю. Сын погиб в 2000 году во второй чеченской войне. Но я не верю, что он погиб. Я трижды была в Чечне после гибели сына, в Урус-Мартановском районе. Как погиб? При очень странных обстоятельствах. Он был начальник блокпоста. Якобы был пожар, сгорел он один, и никто другой не получил даже царапины.

Мне отдали тело сына через год, насильственным путем, у меня есть все документы. Хотя я была в 124-й лаборатории, и когда я ознакомилась с экспертизой, я была не согласна, потому что написано, что «не исключена возможность», что останки эти принадлежат сыну. И одновременно пишут, что он без вести пропавший.

Гроб привезли цинковый. Но меня успокоили друзья и приятели: «Не волнуйся, гроб вскроем». Вскрыли гроб и все запечатлели на камеру. В гробу оказалась солдатская роба полевая, шлепки пляжные (у меня есть фотокарточка большая) и ничего более. При соседях все я просматривала. И еще были 600 граммов мелких костей, трудно там даже определить, кости чьи. Я половину захоронила, а половина у меня. У сына была служебная квартира. Сына нет. Мне негде жить. У меня нет квартиры. Там, где я сейчас живу, в приюте «Комитета за гражданские права», у меня за диваном лежат оставшиеся косточки моего сына в коробочке из-под обуви. Почему не захоронила? Я думаю, если доживу, найду я человека, который определит, кому они принадлежат. Косточки все промытые. Они настолько спаленные… сказали, что при температуре 700 градусов погиб. Как кремированные кости. Так и написали. В 2001-м, 14 декабря, на мой день рождения мне передали эти косточки. 12 лет я их храню. Я не верю экспертизе. А самой сделать экспертизу мне дорого. Это не мой сын. Мой сын прошел 15 «горячих точек», стреляный воробей.

Все, что отличало моего сына, — честность. Я его неправильно воспитала. Он был начальником блокпоста, а ведь через блокпост проходит и груз, и проходят те, кто покидает Чечню… Когда предпоследний раз сын приехал весь взбудораженный, рассказывал такой случай, что проходил чеченец через блокпост, чтобы в Россию пройти. Говорит: «Старикашка, еле-еле ноги передвигаются, но очень крепко держал полиэтиленовый мешок на груди». А я и говорю: «Дедуся, надо посмотреть, это так положено по инструкции». И говорит: «Когда я открыл этот пакет, там было столько золота…» И он всегда говорил: «Мам, твое золото это не то». Я ему говорю: «Забирай, дедуся, сверток. Ты самый счастливый человек». Я вначале не поняла. Говорю: «Дима, о каком счастье ты говоришь?» Он посмотрел на меня, вздохнул и говорит, что если бы на блокпосту был другой офицер, не было бы деда.

Я думаю, моего сына продали. В рабство продали чеченцам.)

 

«Такие люди — соль земли»

Наташа: А кто рисовал эти портреты Доктора Лизы?

Голос: Вот художник сидит, вот мужчина. Да, это он художник. Молодец.

Наташа: Это по памяти?

Художник: А я по фотографии. Это образ…

Наташа: Очень любила одного человека, но потом разочаровалась. Но посвятила ему оду такого характера. Эпиграф:

Мой белый парусник вдали,

Гвоздика красная в бутоне,

Звезда в заре на небосклоне,

Такие люди — соль земли…

Доктор Лиза: Помогайте мне, зажигаем свечи, ставим на стол…

Люба: Голосочком таким тоненьким-тоненьким. Конец такой изобразим, собрался уезжать… Импровизация. Показываем, скачет на коне…

Миленький ты мой, возьми меня с собой,

Да в том краю далеком буду тебе своёй,

В том краю далеком буду тебе своёй.

Алексей: Мы сейчас всю историю разыграем.

Милая моя, да взял бы я тебя,

А там, в краю далеком,

Своё у меня и так своя.

А там, в краю далеком, есть у меня своя…

(История Любы: Я оказалась здесь полтора года тому назад. У меня была проблема серьезная. Супруг у меня умер, а квартиру у супруга аферисты отобрали, подделали завещание. Я стала петь сюда приходить по пятницам. Сына привела своего. Два раза он здесь выступал. У меня сын актер, певец, работает в соцзащите. Я закончила консерваторию. Сын у меня закончил музыкальную академию. Мы музыканты. Сейчас я на пенсии. С одеждой мне здесь помогают. Я люблю все яркое. Я очень благодарна, очень довольна помощью.

Говорят, что я на улице пою? На улице, на улице, на улице на улице, на улице… Так, на улице. А это когда праздники двора бывают в Москве, приглашают меня выступать. Да, мы с сыном выступаем на площадках города Москвы. Мы выезжаем с ним, по санаториям выступаем.

Я выступаю безвозмездно. Меня приглашают на благотворительные концерты, я выезжаю. Почему деньги не беру за концерты? А нам и не дают денег никогда. Даже не угощают в санаториях. Иногда и спасибо не говорят. Но не обидно. Потому что мы пользуемся успехом у больных, у зрителей.)

Доктор Лиза: Ну все, мои хорошие, вы все молодцы, не прощаюсь, до следующей пятницы…

 

Когда верстался номер

Подвал на улице Пятницкой, где сейчас расположен фонд «Справедливая помощь», правительством Москвы передан организации в безвозмездное пользование сроком на 10 лет. Поздравляем доктора Лизу и ее подопечных.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera