Сюжеты · Культура

Канатка над «Вечным покоем»

Плёсский заповедник могут лишить статуса «памятник природы»?

Этот материал вышел в № 45 от 24 апреля 2013
Читать номер

Этот материал вышел в
№ 45 от 24 апреля 2013

21:58, 23 апреля 2013Лариса Малюкова, обозреватель «Новой»

2584

21:58, 23 апреля 2013Лариса Малюкова, обозреватель «Новой»

2584

Фото: «Новая газета»

Совещание в администрации Президента РФ, посвященное проблемам и перспективам развития туризма в малых исторических городах России на примере города Плёс Ивановской области увенчалось двумя пресс-релизами. В них разное видение перспектив «заповедника под открытым небом», древнего города, упомянутого в Новгородской летописи, прославленного именитыми дачниками Левитаном и Шаляпиным, описанного Чеховым, восхищавшего Репина и Васильева. Первый релиз распространен пресс-службой правительства Ивановской области, второй — Обществом друзей Плёса, которое возглавляет предприниматель Алексей Шевцов. «Новая» встретилась с ним, чтобы понять природу  разрастающегося конфликта.

Агитплакат из газеты «Плёсский вестник»

— В каком состоянии культурно-исторический заповедник «Плёс»?

— В хорошем, хотя и наблюдается общая для нашей страны проблема: хотим сделать лучше, не совсем понимая,  как.

— Я слышала, в Плёс пришли федеральные деньги?

Восстанавливать старинные плёсские дома я начал 13 лет назад, еще до всех госпрограмм. В 2005-м написал письмо губернатору Михаилу Александровичу Меню, он заинтересовался, общими усилиями продолжили возрождать город. В 2008-м губернатору удалось привлечь к Плёсу внимание Дмитрия Анатольевича Медведева, который с тех пор часто у нас бывает. Затем пришли федеральные деньги по Программе развития внутреннего и въездного туризма.

— Говорят, Медведев там поместье построил?

— Он отреставрировал старинную усадьбу Миловка. С его именем связан проект создания Левитановского концертного зала-трансформера с прекрасной акустикой. Там мы с Алексеем Гориболем проводим музыкальный Левитановский фестиваль, там проходит часть программы кинофестиваля имени Тарковского. Раньше оба фестиваля проходили в Дачном театре имени Шаляпина — бывшем разрушенном кинозале, который я отремонтировал.

— У Плёса статус исторического поселения федерального значения. Есть ли угроза, что в рвении к «более лучшей» модернизации потеряем еще одну святыню, вдохновившую Левитана на создание русского «пейзажа-настроения»?

— Сначала заявка Ивановской области на участие в федеральной «Программе развития…» основывалась на моей концепции, решавшей вопрос,  как развить левитановский Плёс аккуратно, чтобы красоту не погубить. Предлагалось в самом Плёсе  в соответствии в его статусом заповедника ничего не строить — лишь сохранять. Туристический развлекательный терминал возводить в восьми километрах. Там село Утес, усадьба друзей Шаляпина, где он гостил, но в советское время она сгинула. Мы предлагали вокруг Плёса сохранить незастроенными поля, леса. Концепция вроде бы скромная, но дорогая…  Для нашей страны задача «сохранить обширные незастроенные пространства» — практически не решаема. А ведь вначале все было прекрасно. Концепцию одобрили. В Шанхае на всемирной выставке проект «Республика Плёс» вошел в библиотеку лучших. Но деньги поступили, и возник соблазн…

— Деньги «рачительно» освоить…

— …А земли попридержать. Заявлялся-то туристический кластер на многие тысячи га, чтобы места хватило всем категориям туристов, чтобы в левитановском Плёсе соблюдался заповедный режим, сохранялись пейзажи, луга, леса,  а туристическая-пляжная жизнь гудела-плясала на расстоянии. Все это подменили идеей уплотнить туристический кластер в сотни раз, сконцентрировав его в историческом центре города. При этом интересы застройщиков упаковали в популистскую обертку: «На Плёс, на его центр, набережную имеют право все». Право и на дискотеки, пляжи, шум, стройку.

— Какова длина набережной?

— Ее заповедная часть всего полтора-два километра. Общая площадь города со спальным районом равна площади Центрального парка Нью-Йорка: три с небольшим квадратных километра. Когда область отказалась от первоначальной концепции туристического кластера, федеральным деньгам стали искать применение на этом пятачке. Пошла череда фантазийных проектов.

— Остап Бендер обещал васюковцам мраморные лестницы и малахитовые шахматные столики. Государство-«сеятель» разбрасывает ассигнации…

— И возникает идея протянуть канатную дорогу через весь Плёс с запада на восток через видовые точки, чтобы туристы, имеющие 15 минут на осмотр города, «все обозрели». Начала набирать обороты идея о Плёсе как горнолыжном курорте.

— А не от Медведева ли, любителя покататься на лыжах в Красной Поляне, идет инициатива?

— Коварство ситуации в том, что, чтобы ни происходило в Плёсе, все приписывается Дмитрию Анатольевичу. Хотя он сразу высказался против канатной дороги. Понятно же: делать из Плёса Недокуршевель — значит надругаться над городом. Выдвигать на первый план его третьесортность как горнолыжного центра. Опоры канатной дороги скомпрометируют наши скромные холмы над Волгой с перепадами в 40 метров. Однако этот нелепейший план начал было реализовываться. Стали размечать участки под опоры. Но Плёс — город, где русская провинция мистически соединяется со столицей.

— Достучались до кремлевских небес?

— Общественность написала письмо тогдашнему министру культуры Авдееву.  К письму прилагалась газета «Плёсский вестник» с репродукцией левитановского «Над вечным покоем», в который «бережно» вписали канатную дорогу австрийской фирмы «Доппельмайр». Вид, оскорбительный для любого русского, независимо от чина и звания.  Случилось чудо: министр энергично выступил против. Вслед осмеянной «канатке» родился проект «выпрямления» старинной Торговой площади. Она у нас под уклоном: ниспадает к Волге. А для «мероприятий» и шествий нужна горизонтальная площадь.

— Слушайте, это уже цитата из горинского «Мюнхгаузена»: «Гвардию построить на центральной площади. Форма одежды — летняя, парадная. Синие мундиры с золотой оторочкой. Рукав вшивной. Талия на 10 см ниже, чем в мирное время».

— И методы действий схожи: как выпрямить площадь? Подпорная стенка? Почему нет, хотя она закроет старые торговые ряды. Террасами? А что,  если выдвинуть в Волгу «плато» площадью 40 на 250 метров. Это потянет на сотни миллионов рублей… Но наша героическая газетка с тиражом 900 экземпляров напечатала на первой полосе, как будет выглядеть бетонная заплатка с Соборной горы. От проекта  вроде бы отказались.

— А что решили с исторической набережной, с купеческими особняками?

— Набережную будут третий раз за последние годы перестилать. Два раза покрывали асфальтом, потом керамической плиткой. Теперь объявлено, что будет камень… Который, естественно, поглотит столько средств, сколько нужно. В интервью «Русскому репортеру» губернатор Михаил Мень неожиданно заметил, что на набережной слишком много жилья. Традиционно плёсяне, как и мещанин Солодовников, у которого гостил Левитан, здесь жили и живут. Но жилые дома не сияют огнями. Нередко в них нет воды и канализации, как, например, в шести—восьмиквартирных домах, расположенных в парадной точке города между музеем Левитана и музеем пейзажа. Люди носят воду на второй этаж ведрами. Требуются небольшие средства, чтобы канализационные септики сделать, подвести воду. Вместо этого губернатор предлагает жилье с набережной законодательно убрать, и по всей ее длине разместить гостиницы, рестораны, бары. Решительно перечеркнув образ города, создать «новый Плёс».

— Что же такое Генплан, который спровоцировал «кремлевские слушания»?

— Это попытка кулуарно удовлетворить запросы земельно-строительного лобби. Общественность изумлена скоростным созданием Генплана. Предыдущие проекты — многотомные труды с обоснованиями — разрабатывались московскими или питерскими научными институтами если не годами, то месяцами,  и в контакте с Минкультом. А тут строительная фирма, не имеющая опыта работы, за месяц варганит некую карту, которая немедленно публикуется. Быстренько назначаются слушания, карту «утверждают».

— Может, все дело в высокой стоимости земли?

— В центре города сотка может стоить и миллион. В окрестностях города право аренды гектара сельхозземель оценивается в 250 тысяч и выше.

— Что более всего вас огорчает в этом Генплане?

— Под флагом развития туризма в Плёсе делается попытка растоптать его статус исторического поселения. Генплан игнорирует необходимость сохранности Плёса. Под предлогом туристических удобств разрушают заповедник.

— Вот это странно. В Плёс едут не на аттракционы — за уникальной левитановской атмосферой, непостижимым очарованием, растворенным в пейзажах, и вписанной в них «тихой» архитектурой. Действительно ли руководство области сняло статус памятников природы с знаменитой «Березовой рощи», с горы Левитана?

— Благими намерениями вымощена дорога сами знаете куда. Начинают думать о туризме — и по запросам инвесторов ничтоже сумняшеся снимают ограничения, призванные защищать культурное достояние. Эти памятники природы входят в состав Плёсского музея-заповедника федерального значения. Гора Левитана, на которой находится церковь «Над вечным покоем», — символ и смысловой центр музея-заповедника. Но у нас как думают: «В замусоренной «Березовой роще» маловато деревьев? Надо ее расчистить и… застроить спортивными объектами». На прошлом Левитановском фестивале в защиту рощи выступили актеры и музыканты во главе с Ингеборгой Дапкунайте. Меценат Борис Тетерев оплатил воссоздание Левитановской рощи, уже посажено много берез взамен погибших. Инвесторы пока отступили.

— А что с дачей Шаляпина?

— Дело в том, что вся территория вокруг Плёса была зоной охраняемого ландшафта. Это означает «сохранение и воссоздание флоры и фауны». Но в районе Порошино, где дача Шаляпина, началось строительство резиденции одного бизнесмена.

— Наши бизнесмены — большие охотники располагаться по соседству с Шаляпиным, Лермонтовым, Пушкиным, а также Юсуповыми, Голицыными, Одоевскими.

— Больше всего не повезло горе Левитана. Как говорят современные художники, на ней был произведен евроремонт. Там было древнее кладбище, сейчас на этом месте стройные ряды фиктивных могил. Вместо крестов почему-то поморские столбики, что особенно возмутило местных краеведов.

— Не знаю, как в Плёсе, но вижу повсеместно: из подлинного, скромного создается блескучий монументальный фальшак. Вместо реставраций памятников архитектуры их сносят, создают муляжи. В релизе правительства области по итогам совещания на Старой площади сказано, что первый замгенерального прокурора Буксман зачитывал список ваших грехов. Что же вы там натворили?

— Едва начав высказываться против Генплана, я получил десятки грозных бумаг из разных инстанций. На совещании Буксман говорил о трех объектах. Первый – руинированный дом с проваленной крышей, который мы приобрели и в контакте с архитектором начали его восстановление. В заключении экспертов написано, что качество строительных работ отличное, пропорции не искажены: «Не составит труда довести до конца восстановление». Мы действительно в свое время восстанавливали ветхие дома, не всегда успевая оформить все разрешительные бумаги. Теперь через суд нас обязали к августу 2014 года завершить ремонт, который мы и так ведем. Второй пункт нарушений: домик напротив музея Левитана. Он восстановлен образцово, со всеми наличниками, водостоками, рамами. Но на заднем фасаде проверяющие обнаружили спутниковую тарелку, о чем тоже поставили в известность замгенпрокурора. Третий момент. В центре города в целях упорядочения уличной торговли мы по согласованию с губернатором строили некапитальные лавки без фундамента. В конце прошлого года нам резко затормозили оформление всех участков. Пять маленьких лавочек, два погонных метра каждая, нам так и не согласовали. Хорошо, снесем. Во всех трех случаях речь идет о микроскопических зацепках.

— К сентябрю, как записано в пресс-релизе, должен быть готов новый Генплан?

— Сентябрь назван потому, что в Ростуризме будут распределяться федеральные средства на новый год. Но я против того, чтобы Плёсу ставились «скоростные обязательства», если они повредят качеству работ.

— Кто борется за сохранение, кто входит в Общество друзей Плёса?

— К примеру, на заседании в администрации президента выступала почетный гражданин города Закаменная Екатерина Николаевна, автор нескольких книг, летописец Плёса. Она 10 лет служила директором музея-заповедника. У нас состоит Наседкина Ольга Викторовна, многолетний, до недавнего времени, директор дома-музея Левитана. Наш лучший архитектор Светлана Александровна Зырянова. У нас в уставе написано: «Мы за ответственный туризм, за сохранение левитановского Плёса». Я, кстати, надеюсь, что губернатор Михаил Александрович все-таки прислушается к нам, и мы наладим взаимодействие. Мы для него даже зарезервировали красивый номер членской карты.

— Напоследок провокационный вопрос. Ваши оппоненты непременно говорят: конечно, богатей Алексей Шевцов, владелец причала,  скупивший дома в Плёсе, лично заинтересован, чтобы никто другой сюда не вторгался.

— Знаете, частный финансовый интерес слабо связан с охраной пейзажа. Во имя наживы мне следовало бы, наверное, добиваться превращения Плёса в Рублевку — поменьше думать о музее-заповеднике. Что касается монополии на причал-дебаркадер… Семь лет назад костромичи забрали из Плёса свой дебаркадер, поскольку содержание причала в Плёсе убыточно. Тогда я срочно купил и поставил причал, который принимает с тех пор туристические теплоходы. Получилась не монополия, а повинность. Такая же монополия у меня и на единственный в Плёсе общественный туалет, который я построил на свои средства. Никто не торопится строить в Плёсе новые туалеты или ставить новые дебаркадеры. Особенно на свои собственные деньги, без бюджетной подпитки. Для меня Плёс — проект на всю жизнь. В молодости я был специалистом по ценным бумагам, потом промышленником, с 2000-го занимаюсь Плёсом и в нем живу. Стараюсь его беречь. По большому счету, сохранять хрупкие связи с прошлым твоей страны, исчезающим на глазах, — значит воплощать в жизнь мечту о будущем. Мечта всегда дороже любых финансовых показателей.

 

P.S. _ На том же совещании в администрации президента костромской губернатор Сергей Ситников представил свой кластер. В свое время Костромская область ушла от оформления охранных зон на своем берегу. Богатый, в стиле «русского фэнтези» кластер костромичан пестрел гипотетическими коттеджными поселками, развлекательными объектами. На вопрос: «А как же охранные зоны, видовые коридоры напротив плёсских усадеб?» — ответили: никаких ограничений и обременений у левого берега нет. Так что спешите в Плёс. А то приедете спустя время, выйдете на Соборную гору,  и перед вами откроется волжская панорама… с колесом обозрения на костромском берегу._

 

Точка зрения

Губернатор Ивановской области Михаил МЕНЬ:


— За те семь лет, на протяжении которых мы развиваем Плёс, в исторической части города практически не было построено ни одного здания. За исключением, может быть, одного объекта на пустыре. Ни у кого нет сомнений — и дискуссия тут бессмысленна, — что центр города должен быть сохранен в первозданном виде, за который и любят город-заповедник.

Но, с другой стороны, мы понимаем, что ежегодно увеличивается число туристов, посещающих Плёс, и инфраструктура города с этим потоком не справляется. Поэтому есть ряд объектов за пределами исторической части города, которые и берут на себя нагрузку по встрече большого количества гостей.

К примеру, горнолыжный центр в Миловке, расположенный по соседству с Плёсом и который не ущемляет историческую идентичность города. При этом дает возможность жить Плёсу зимой: сюда приезжает много молодежи. А с другой стороны Плёса создан качественный муниципальный пляж, привлекающий жителей из Ивановской области, из других регионов.

Еще одна важная позиция. Сегодня в самом Плёсе — устаревшая для жизни городская инфраструктура. В связи с чем при поддержке госпрограммы развития внутреннего и въездного туризма мы ведем работу по канализованию Плёса, по созданию новой системы водо- и электроснабжения, по приведению в порядок дорог.

Компания «Шохонский лес», которая входит в группу компаний бывшего мэра города Алексея Шевцова, взяла на себя серьезные обязательства, подтвержденные гарантийным письмом, о том, что они будут инвестировать более 5 миллиардов рублей в соответствующие объекты туризма. В этой целевой программе четко прописаны условия государственно-частного партнерства: на рубль, который дает федеральная власть, инвестор обязан вложить не менее двух-трех рублей. Компания «Шохонский лес» не справилась с этой задачей. Я не склонен в этом никого обвинять. Но за два года не было вложено ни одного рубля, не были сделаны даже проектные работы. Я понимаю обиду Шевцова, но жизнь есть жизнь. И жесткие требования, которые диктует Федеральная целевая программа, должны выполняться. А недостатка в потенциальных инвесторах мы не испытываем.

Действительно, активно обсуждались разновидность и облик причала в Плёсе: в виде дебаркадера или причальной стенки. В силу стечения обстоятельств единственный причал в городе принадлежит Шевцову, и вокруг этого в Плёсе идет активная дискуссия.

Что касается канатной дороги. Эту идею предложил глава администрации района. И она не была поддержана. Но мы обязаны все предложения, которые исходят от муниципальных властей и вероятных инвесторов, — рассматривать.

Поверьте, за семь лет работы я не дал ни одного повода усомниться в том, что исторической части города может быть нанесен какой бы то ни было ущерб.

Делаем честную журналистику вместе с вами

Каждый день мы рассказываем вам о происходящем в России и мире. Наши журналисты не боятся добывать правду, чтобы показывать ее вам.

В стране, где власти постоянно хотят что-то запретить, в том числе - запретить говорить правду, должны быть издания, которые продолжают заниматься настоящей журналистикой.

Ваша поддержка поможет нам, «Новой газете», и дальше быть таким изданием. Сделайте свой вклад в независимость журналистики в России прямо сейчас.

важно

час назад

Что произошло за день 26 мая. Коротко

Slide 1 of 8
Опрос

Отдаст ли Лукашенко Романа Протасевича под нажимом международных санкций?

Отвечают читатели «Новой газеты»

важно

день назад

«Как меня убивали». Презентация книги журналистки Веры Челищевой о юристе ЮКОСа Василии Алексаняне в Петербурге

выпуск

№ 56 от 26 мая 2021

Slide 1 of 11
  • № 56 от 26 мая 2021

Топ 6

1.
Комментарий

Шойгу призвал тайгу 70 лет назад солдаты пожгли у них скиты и монастыри, сегодня старообрядцы-беспоповцы учат военную элиту государства. Как это устроено

277653

2.
Сюжеты

Два термоса с кипятком 13 лет без воды, света и канализации в московской квартире прожила пожилая женщина, исправно оплачивая коммунальные услуги

273682

3.
Комментарий

Как белорусские спецслужбы выследили Романа Протасевича Рассказывает спецкор отдела расследований «Новой» Денис Коротков

237262

4.
Интервью

«Какая твоя фамилия, сволочь?‎» Авиаэксперт Вадим Лукашевич о «воздушных пиратах», захвативших самолет с экс-главредом NEXTA Романом Протасевичем

147219

5.
Сюжеты

«Мы все в шоке» Кто такая Софья Сапега, девушка задержанного экс-главреда Nexta, и что говорят о ее задержании ее друзья

141812

6.
Колонка

Потомственные думцы Депутаты проголосовали за законопроект, который закроет ход в политику всем, кто требует смены власти

140653

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera