Недавно Сергей Капков, теперь министр культуры Москвы, сказал в интервью «Новой газете»: «Москвичам нужна рэп-музыка? Будем делать фестиваль рэп-музыки, обустраивать Тушинский заброшенный аэродром».

«Наконец-то! — внутренне воскликнула я. — Вот и «мелких» заметили!»

Это они сейчас маленькие, многие из них еще даже не голосуют, но ведь и за них тоже никто не голосует. На них просто не обращают внимания, потому что рэперы, как известно, — социально неопасная категория.

Нельзя сказать, что обществу и даже государству наплевать на подростков. Кое-что делается: например, есть в Москве такой замечательный центр «Самбо-70», где учатся и вообще проводят целый день сотни пацанов. Спорт замечательно оттягивает «трудных подростков» от улицы.

Но давно уже существует и другая «трудная» колонна. Их не интересуют ни самбо, ни дзюдо, ни мотогонки. Но они и не мажоры, стать экономистами или юристами (а впоследствии управленцами) не мечтают. Им больше по душе хип-хоп-культура. Что им делать дальше, после школы, с их музыкой, которую мы, взрослые, и за музыку-то не держим? Идти в дворники? Так не возьмут: таджики выгоднее. Поэтому нового поколения дворников и сторожей, пишущих стихи, музыку или картины, не предвидится.

Часто «мелкие» сбиваются в небольшие стайки, чтобы, дружно раскурив косячок, воспарить над бесперспективным завтра. В подвале, в квартире друга, на чердаке, часто — на крыше…

Нельзя сказать, что родители разучились любить своих детей. Они, конечно, любят, но много пашут, чтобы вырастить, чтобы принести в зубах дорогому балбесу дорогой компьютер: сиди дома — не балуй! Где ж им, родителям, найти сил еще и на ежевечерние разговоры, неформальное внимание?

Единственное, на что мы способны, — пытаемся восстановить прежние советские институты работы с подростками. Когда я говорю, что рэперы — «неопасная категория», то имею в виду — пока неопасная. Нельзя забывать, что если «трудные подростки» без нашего пристального внимания могут стать уголовниками, то мирные, но униженные невниманием рэперы — наркоманами. И где же они будут брать бабло на травку?.. Значит, тоже могут попасть за решетку?

…Примерно год назад несколько известных рэперов открыли по личной инициативе хип-хоп-мастерскую. Правда, на деньги самих же учеников, вернее — их родителей.

Отзанимавшись год, ребята решили устроить отчетную вечеринку — попробовать себя на сцене, показать своим родным и друзьям, чему они, собственно, научились. Договорились с клубом, расположенным на чердаке в самом центре Москвы (не буду его называть: дело не в особенностях конкретного заведения, а в закономерности). Все же некоторые клубы иногда предоставляют свои площадки любителям «кача», считая, что честный неприхотливый рэп лучше фальшивой или как бы изысканной попсы.

Мне стало интересно, и я пошла, ведь там «качал» и мой юный родственник…

Всё началось около восьми вечера. Не успел диджей подойти к вертушке, как девочка-менеджер сообщила, что сегодня в клубе будет неожиданно много гостей и хорошо бы управиться с вечеринкой побыстрее. Оказывается, клуб упустил из виду, что завтра — праздник.

Действительно, в зал входили все новые и новые посетители, рассаживались за длинными банкетными столами. Это были в основном банковские служащие. При галстуках.

Рэперы — люди не гордые, кучковались у стойки бара и возле сцены. Я слышала, как самые наивные из них ликовали: «Во здорово! Пусть банкиры нас услышат! Может, захотят поддержать нашу мастерскую!»

«Вряд ли, — подумала я. — Этим «банкирам» лет по 30—35, мелковаты. Иначе бы выбрали не чердак, а что-то покруче. А с другой стороны, они сами еще недавно на досках катались. А вдруг?»

Чек, опытный рэпер, вышел на сцену, немного рассказал про мастерскую и обратился к «чужому» залу: «Вы, должно быть, не ожидали увидеть здесь нас, рэперов, детей улиц. Мы тоже не ожидали встречи с вами. Но раз уж так вышло, давайте будем предельно доброжелательны друг к другу. Многие из пацанов — вообще впервые выйдут на сцену, самым «мелким» — по 14—15 лет. И даже если вы вообще не воспринимаете рэп-культуру, потерпите ради наших ребят. Им это важно».

В клубе были и совсем молодые посетители. Многие хлопали в ритм и даже подпевали: «Никогда не лги» и «Нет войне!»

Через 20 минут девочка-менеджер прибежала с перепуганным лицом: «Пожалуйста, ребята, прекратите концерт. Не потому, что плохо, а потому, что вон тот большой стол, — она указала на «банкиров», — отказывается оплатить счет, если вы будете продолжать. Можете считать меня предателем или кем угодно, но, пожалуйста…»

Рэперы — известные пацифисты. Они качают права исключительно своими ритмами и текстами, а не хамством и кулаками. Они не стали доказывать, что тоже имеют право: и афиша была, и деньги они собрали на диджея и оператора (запечатлеть свой первый концерт)…

Подавленные, униженные, девчонки и пацаны, накинув на макушки свои смешные капюшоны, молча спускались с чердака на землю. Куда они пошли? В пустой подвал? На пустую крышу?

…Расстроенная, я не решилась вступиться за ребят, боясь унизить их и без того ущемленное чувство собственного достоинства. Я завела мотор, включила радио и чуть не заплакала от смеха. Знаете, о чем там, по радио, рассуждали взрослые умные люди? О том, что наша страна занимает ведущее место по количеству подростковых суицидов… что детям не хватает нашей любви и внимания… что они чувствуют себя очень и очень одинокими… что… И действительно, с такого чердака легче всего подняться на крышу, ну а с крыши — куда?