Напомним, спецкор «Новой» 12 декабря 2011 года обратился в СК РФ с заявлением о возбуждении уголовного дела по четырем статьям УК РФ в отношении Константина Рыкова. В публикации «Кажется, проклюнулся «русский Брейвик». Фамилия его — Рыков» («Новая», 13.12.2011) Муртазин объяснил свои мотивы: «В заявлении я написал, что «10 декабря 2011 года в отношении меня было совершено уголовно наказуемое деяние в виде угрозы убийством (ст. 119 УК РФ). Кроме того, в этот же день лицом, совершившим преступление в отношении меня, были совершены и другие уголовно наказуемые деяния, а именно: экстремизм (ст. 280 УК РФ), разжигание социальной розни (ст. 282 УК РФ) и незаконное хранение боеприпасов (ст. 222 УК РФ)».

Именно так я расцениваю твитты депутата Государственной думы России от партии «Единая Россия» Константина Рыкова:

«Хочу завтра умереть за Россию».

«Посчитал патроны. Три магазина. Заберу с собой человек 30 либералов. Слава России».

«Интересно, что будут делать завтра либералы, когда мы выйдем на улицу с оружием. Куда они смогут убежать».

Я не настаиваю на том, чтобы Рыков получил реальный срок. Я настаиваю на том, чтобы его словам была дана правовая оценка. И жду этой оценки не от блогосферы, не от читателей «Новой», а именно от руководителя Следственного комитета России», — писал Муртазин.

12 января Муртазин получил письмо из Следственного комитета России, из которого узнал, что руководство СК РФ уклонилось от рассмотрения его заявления, переправив обращение в московское управление.

Между тем сроки, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом России для рассмотрения заявлений о преступлении, давно истекли.

Соб. инф.