Сюжеты

«Дело Макарова» лишь «щепка» в большой игре за большие бюджетные деньги»

Ольга Костина ответила на публикацию в «Новой газете»

Этот материал вышел в № 130 от 21 ноября 2011
ЧитатьЧитать номер
Общество

 

Ольга Костина ответила на публикацию в «Новой газете»

 

Главному редактору «Новой газеты» Д.А. Муратову

Уважаемый Дмитрий Андреевич!

На основании Закона РФ «О средствах массовой информации» и в ответ на публикацию в «Новой газете» от 5 ноября 2011 года «Новый поворот в «деле Макарова» прошу разместить в Вашем издании данное письмо.

Обсуждая тему борьбы с педофилией, автор публикации Ирек Муртазин допустил несколько принципиальных ошибок, на которые я обращаю Ваше внимание.

1. Экспертиза сотрудника Центра психолого-медико-социального сопровождения «ОЗОН» Л.А. Соколовой не является ключевым доказательством обвинения, что подтверждается приговором, вынесенным Таганским районным судом города Москвы. То же самое подтвердила сама Т.И. Макарова 28 сентября 2011 года на заседании Комиссии Общественной палаты Российской Федерации по общественному контролю за деятельностью и реформированием правоохранительных органов и судебно-правовой системы. Заседания комиссий ОП РФ стенографируются, аудиозаписи архивируются.

2. Центр психолого-медико-социального сопровождения «ОЗОН» не патронируется МПОО «Сопротивление». Центр является Государственным образовательным учреждением. ГОУ ЦПМСС «ОЗОН» учрежден от имени города Москвы и по поручению правительства Москвы департаментом образования. В настоящее время в отношении «ОЗОНа» идут проверки по линии департамента образования и прокуратуры. И только результаты проверок могут быть основанием для продолжения деятельности центра или его закрытия. Считаю необходимым инициировать подобные проверки в отношении других экспертов, в частности, из ГНЦ ССП им. В.П. Сербского, а также генетиков, проводивших исследования по «делу Макарова».

3. МПОО «Сопротивление» является одним из операторов грантов президента РФ по поддержке некоммерческих неправительственных организаций, участвующих в развитии институтов гражданского общества. В функции оператора входят задачи по техническому проведению процедуры конкурса, приему заявок и документов. Все заявки оцениваются независимыми экспертами, которые представляют свои заключения конкурсной комиссии. Победители конкурса определяются голосованием членов конкурсной комиссии. Существуют цивилизованные способы оспаривания результатов конкурса — обращения в суд и правоохранительные органы. Проведенные в отношении нас проверки в 2010 и 2011 гг. не выявили нарушений. Мы, как грантооператоры, также направляем в суды материалы по злоупотреблениям грантополучателей и участвуем в процессах.

Мы разделяем точку зрения общественности и СМИ, что возбуждение дел о сексуальном насилии против детей зачастую может являться средством для сведения личных счетов и оказания воздействия на следствие и суд. Мы, как и вы, уверены, что «дело Макарова» лишь «щепка» в большой игре за большие бюджетные деньги. Однако это касается уже не президентской грантовой программы, а создания Российского национального мониторингового центра помощи пропавшим и пострадавшим детям. И здесь обращает на себя внимание суетливая активность аппарата уполномоченного при президенте Российской Федерации по правам ребенка, в особенности помощника омбудсмена А.П. Астахова и начальника отдела по обеспечению деятельности уполномоченного О.В. Пристанской. В ход идут любые методы: от подмены документов, представляемых руководству страны, до организации лживых доносов. Разумеется, всё вышесказанное я готова подтвердить документально. Борьба усилилась в последние месяцы на фоне дел Макарова и Тапия. В ходе расследований стало очевидно, что в настоящий момент ни одно государственное ведомство, включая Институт Сербского и центр «ОЗОН», не в состоянии провести качественную психологическую экспертизу потерпевших, отсутствуют комплексные профильные методики, существует масса вопросов к порядку проведения генетических исследований, нет ответственности для экспертов за недостоверные заключения. Привлечение в эту сферу широкого спектра профессиональных организаций для выработки алгоритма действий и оказания профильных услуг представляется единственным выходом из положения.

Эту точку зрения мы будем отстаивать, несмотря на противодействие и кампании в СМИ.

С уважением, председатель правления МПОО «Сопротивление», член ОП РФ
Ольга КОСТИНА

 

Письмо из редакции

Ирек Муртазин, спец. корр. «Новой»: «Принципиальных ошибок» я так и не обнаружил

 

Уважаемая Ольга Николаевна!

С интересом прочитал Ваше «открытое письмо».

Спасибо Вам за «оценочное суждение» о том, что «…возбуждение дел о сексуальном насилии против детей зачастую может являться средством для сведения личных счетов и оказания воздействия на следствие и суд. Мы, как и вы, уверены, что «дело Макарова» лишь «щепка» в большой игре за большие бюджетные деньги».

А вот что касается «принципиальных ошибок», то я их так и не обнаружил.

Вы не считаете, что экспертное заключение сотрудника центра «ОЗОН» Лейлы Соколовой стало ключевым доказательством в «деле Макарова». А вот я не сомневаюсь, что именно «документ», подготовленный Соколовой, стал первоосновой обвинительного приговора. Потому что это «экспертное заключение» — чуть ли не единственное процессуально закрепленное прямое «доказательство» виновности Макарова. Все остальные «доказательства» — косвенные. При этом суд проигнорировал такие же косвенные доказательства, но уже в пользу Макарова, записав в приговоре, что они «не опровергают фактических данных, установленных судом, которые свидетельствуют о виновности Макарова». А ключевое «фактическое данное» — это, повторюсь, экспертное заключение Соколовой. Исключи это «доказательство» из материалов дела, от дела ничего не останется. Потому что придется исключать и другие косвенные доказательства виновности Макарова. А это приведет к тому, что рассыплется весь обвинительный приговор.

Вы пишете, что не патронируете «ОЗОН», но в то же время подчеркиваете, что «Сопротивление» является одним из операторов грантов президента РФ». Между тем «ОЗОН» не скрывает, что работает в том числе и на гранты. Те самые, которые распределяет «Сопротивление»? Или это какие-то другие гранты? Об этом в Вашем письме ни слова. Поэтому у меня есть основания полагать, что «ОЗОНу» перепадали бюджетные деньги, которые попадали на счет центра именно после того, как Вы лично или другие сотрудники МПОО «Сопротивление» подписывали заключение комиссии по распределению грантов президента России.

Отдельное и огромное спасибо Вам, Ольга Николаевна, за то, что Вы не побоялись публично заявить о том, что «в настоящий момент ни одно государственное ведомство… не в состоянии провести качественную психологическую экспертизу потерпевших». Эти слова дорого стоят. Если профессионал в сфере защиты прав потерпевших сомневается в профессионализме и качестве экспертиз по «педофильским делам», значит, действительно тяжелая ситуация с «экспертной составляющей». И действительно надо что-то делать. Чтобы борьба с настоящими педофилами не вылилась в кампанию фабрикации уголовных дел против «щепок», подвернувшихся под руку.

С уважением,
Ирек МУРТАЗИН

Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera