В предыдущей статье о превратностях судьбы Сергея Пугачева мы обещали рассказать о том, каким образом и при чьей помощи ему удалось в 1990-х годах создать свое главное детище — Международный промышленный банк. В 1995 году Пугачев стал вхож, хотя вначале лишь с черного хода, в большую «семью» президента Бориса Ельцина. А двери в Кремль ему открыли два персонажа: Павел Бородин и Беджет Паколли.

«Семейный» завхоз

Обратимся в первую очередь к личности Павла Бородина, более известного под кличками Пал Палыч, Кремлевский, или Семейный, завхоз. В ноябре 1993 года Борис Ельцин назначил его управляющим делами президента. В советское время Бородин трудился в геологических структурах, а затем пошел по партийно-государственной линии, последовательно возглавляя различные горисполкомы в Якутской АССР. Именно в Якутске его впервые и приметил будущий первый президент России, а тогда председатель Верховного совета РСФСР Борис Ельцин, посетивший сибирский город с инспекционной поездкой в декабре 1990 года.

Пал Палыч оказался, что называется, на своем месте. Для начала он подмял под управление делами президента все хозяйственные и обеспечивающие органы власти структуры. Затем оформил на федеральный счет сотни зданий, расположенных в центрах Москвы и Петербурга. Про бесчисленные гостиницы, базы отдыха, санатории, медцентры, правительственные резиденции и госдачи и говорить не приходится. Приняв в 1993 году кремлевское хозяйство полунищим, Бородин довел его годовой оборот к 1999 году, по ряду оценок, до $3 млрд. Больше тогда давал только «Газпром».

Неудивительно, что именно Павлу Бородину Борис Ельцин и поручил масштабную реконструкцию Большого Кремлевского дворца. Сделать это в середине 1990-х было непросто. Федеральный бюджет сводился с безумным дефицитом. Дырку кое-как затыкали с помощью пирамиды ГКО и траншей МВФ. Однако Бородин всё сделал за 2—3 года и на таком уровне, что Гельмут Коль как раз незадолго до дефолта 1998 года, увидев труды кремлевского завхоза, с завистью воскликнул: «И этой стране мы зачем-то помогаем!»

Затем Бородину поручили оснастить президентский борт Ил-96 соответствующими рангу первого пассажира удобствами. Делалось это в Швейцарии.

Албанский президент

На всё это были нужны по тем временам запредельные деньги. Понадобились специальные люди, которым можно было доверить масштабные работы фактически в кредит, но с соответствующей платой в виде переплат за очередные госзаказы. Наверное, такая колода у Бородина, как у крепкого хозяйственника, была довольно толстой. Но особый интерес представляют два человека: Сергей Пугачев и швейцарский бизнесмен албанского происхождения Беджет Паколли (сейчас принято писать Бехджет Пацолли), который в феврале этого года парламентом не признанного Россией государства Косово был избран президентом страны. Правда, через полтора месяца он был вынужден покинуть свой пост из-за процедурных нарушений при избрании.

В 1986 году семья Беджета Паколли из Албании переехала в Швейцарию, и Беджет, основав экспортно-импортную фирму, стал поставлять в СССР дефицитные товары народного потребления и стройматериалы. Торговые пути довели его до Якутска, где он познакомился с Бородиным. В 1994 году управделами Кремля привлек строительную компанию Паколли Mabetex к реставрации Большого дворца (хотя Паколли никогда не был реставратором). Одновременно к этому важному делу был пристроен и Межпромбанк. Надо же было где-то перекредитовываться.

Но зря расписанные сусальным золотом кремлевские помещения демонстрировали иностранным гостям. На Западе поползли нехорошие слухи. Они дошли до генерального прокурора Альпийской конфедерации Карлы дель Понте. Она заподозрила Паколли и Бородина в создании преступного сообщества и отмыве преступных доходов. По ее мнению, Паколли давал взятки Бородину, чтобы получать от него всё больше выгодных госзаказов. Немного позднее, когда она уже работала в Гаагском международном суде, дель Понте на Давосском форуме задавалась вопросом: «А из чего же построили новый Кремль? Неужели из золота и платины?» Бородин на это отвечал: «У Карлы дель Понте нет ничего, кроме понтов».

Впрочем, от Бородина так просто швейцарцы не отстали. Была организована международная операция по его выманиванию из России и аресту. В марте 2002 года Бородина признали виновным в отмывании «грязных» денег. И он отделался штрафом 300 тысяч франков. Избежал реального наказания и Беджет Паколли. Но осадок все же остался.

И вот с такими людьми пришлось сотрудничать Сергею Пугачеву. В 1999 году Пугачев спонсировал предвыборную кампанию Бородина в московские мэры. По разным данным, пришлось потратить $6 млн. Серьезная сумма по тем временам. Но набрать Бородину удалось всего лишь 6,12% голосов. По миллиону за каждый процент.

Зачем это всё было нужно Пугачеву? Для начала — пробиться в ближний круг президента Ельцина. И в какой-то мере ему это удалось.

«Семейный» кошелек

Беджет Паколли признался: «Дирек-тор банка Сергей Пугачев, для которого мы выполняли некоторые работы, в 1995 году обратился ко мне с просьбой, не могу ли я покрыть своими гарантиями карточки, которые он хочет эмитировать для некоторых своих клиентов… Никаких имен не упоминалось, и Пугачев не сказал, что речь идет о членах семьи президента. Я узнал об этом, лишь когда получил документы из банка».

Получается, что члены семьи президента Бориса Ельцина (вероятно, речь идет о его дочерях Елене и Татьяне, а может быть, и жене Наине) получили кредитные карточки Межпромбанка. И даже, может быть, ими и воспользовались. А взамен Пугачев получил особые финансовые условия, полностью восполнившие его вероятные имиджевые потери.

Давайте разберемся. В 1990-е нынешней системы казначейства не существовало. Бал правили так называемые уполномоченные банки правительства. Самые успешные среди них — МЕНАТЕП, Онэксим, Альфа, СБС-Агро, Инкомбанк, «Российский кредит», Мост-банк — перебрасывали со счета на счет практически все бюджетные средства. Их владельцев в марте 1996 года назвали «семибанкирщиной» по аналогии с семибоярщиной в Смутное время. По признанию Бориса Березовского Financial Times, в 1996 году эти структуры контролировали 50% российской экономики. В любом случае Павлу Бородину было явно невыгодно обращаться к тогдашним олигархам, обеспечившим в конечном итоге перевыборы президента Ельцина в 1996 году. Он был бы тогда на вторых, если не на третьих ролях. А вот рвущийся вверх и не имевший тогда политических пристрастий, кроме чисто православных, Пугачев мог бы помочь. Хотя бы потому, что Пугачева в 1990-е в банковскую элиту не допускали.

Но допущенные к бюджету банки явно не справлялись с объемом всех банковских переводов. На этом и сыграли Бородин, Паколли и Пугачев. За кредитную помощь в деле реставрации Кремля Межпромбанк стал уполномоченным банком управления делами президента по северному завозу и авансированию золотодобывающей промышленности. Кроме того, банк Пугачева прорвался и в Министерство внешнеэкономических связей, став ответственным за экспорт стратегически важных сырьевых материалов. Следующий шаг — перевод в Межпромбанк счетов алмазного монополиста «Алросы». Для этого Пугачев, правда, уже в ноябре-декабре 2001 года, попытался повлиять на выборы в Якутии. Вместо тогдашнего президента Михаила Николаева Пугачев продвигал на пост главы республики уроженца Якутии, заместителя генерального прокурора РФ Василия Колмогорова. Высказывались предположения, что в случае избрания Василия Колмогорова Сергей Пугачев не только получит контроль над крупными финансовыми потоками «Алросы», но и будет назначен представителем Якутии в Совете Федерации, а «Алросу» возглавит председатель правления Межпромбанка Сергей Веремеенко.

Не получилось. 12 декабря 2001 года Михаил Николаев отказался от участия в выборах, но под давлением администрации президента Путина снял свою кандидатуру и Василий Колмогоров. А новым президентом Якутии стал президент «Алросы» Вячеслав Штыров, делегировавший в Совет Федерации не Пугачева, а Николаева.

Продолжение следует.

Константин Левин