Был такой момент, когда мне лично ситуация казалась совершенно беспросветной. Волонтеры из Ингушетии говорили о том, что благотворительные фонды Москвы дискриминируют больных людей сразу по целому ряду факторов. Не детский возраст, «не перспективный диагноз», не московский адрес прописки, не титульная национальность (каждый из этих параметров мог, по их словам, оказаться поводом для отказа в помощи человеку в беде). Инвалид 1-й группы Ваха Бузуртанов не проходил ни одного из перечисленных барьеров: 29 лет, диагноз «компрессионный перелом позвонков шейного отдела», прописан в селе Сурхахи (в 20 минутах езды от Назрани), по национальности — ингуш. Не поверив волонтерам, я сама стала обзванивать фонды и убедилась в том, что факт фильтрации очевиден. По крайней мере один из «наци-благотворителей» озвучил мне это без эвфемизмов, к которым прибегали остальные: «Нашим спонсорам не понравится, если мы станем помогать ингушу». (Подробности — в публикации «Благотворительность. Пункт пятый…»,«Новая газета», № 55.)

— День, когда вышел номер «Новой газеты» с публикацией обо мне, я не забуду никогда, — говорит Ваха, — я как будто с войны вернулся… Люди шли и шли ко мне в палату — разных возрастов, национальностей, явно разного достатка. Женщина по имени Люба сразу же отдала мне 7 тысяч рублей, мужчина, не назвавшись, отдал 3, бабушка, которая сказала, что работает в другой больнице гардеробщицей, принесла горячие сосиски и целую пачку бахил… Но не в том даже дело, кто и что приносил, а в том, что люди со мной разговаривали, обнимали, говорили: «Мы знаем точно, что ты поднимешься!»

Напомню: острота ситуации заключалась в том, что Ваху со дня на день могли выписать из московской городской клинической больницы № 19. Прежде волонтерам удавалось собирать необходимые суммы на его лечение — на занятия ЛФК, на массаж, просто на жизнь. На этот раз не получалось ничего. Если сложить деньги, которые получают сам Ваха и его мама-пенсионерка, получается 6 тысяч 200 рублей в месяц. Если бы было что продать, они бы продали, но они уже продали все: имущество, а позже дом — шел пятый год со дня автокатастрофы, превратившей 24-летнего молодого специалиста с новеньким дипломом инженера и кучей талантливых проектов в голове в обездвиженного, беспомощного, абсолютно зависящего от мамы инвалида. С того дня он выдержал семь тяжелых операций и тысячи болезненных процедур. И не сдался.

Ваха все время занимался — до изнеможения. Руки подчинились на третий год усилий — не так, конечно, как до катастрофы, но все-таки стали послушны. Ноги, в конце концов, — тоже, и случилось это по-настоящему как раз за несколько дней до нашей публикации о Вахе. В больнице он сделал первые шаги — сначала два, потом четыре, рекорд — двенадцать. Конечно, без тутора, специального технического устройства, к которому крепятся ноги, и без брусьев он пока не может встать… И выписка из больницы на тот момент обнулила бы все его достижения и усилия: без лечебной физкультуры у человека с таким диагнозом стремительно развивается обратный процесс, происходит атрофия конечностей, снова наступает неподвижность.

Наши читатели продержали Ваху в больнице три месяца! Тем временем фонд «Созидание» (о работе фонда и его замечательных руководительницах Елене Смирновой и Ирине Манохиной «Новая» рассказывала в публикациях «Полеты Муравья» от 10 марта 2005-го и 5 марта 2007 года) подарил Вахе немецкую коляску фирмы МЕYRА.

— Прежняя коляска такая тяжелая была, мои руки это все на себе выдержали, — говорила мне мать Вахи Мовлатхан Аушева. — Чтобы в лифт посадить или из здания на солнышко летом вывезти, и он, и я столько сил тратили… Я уж не хочу вспоминать про вокзалы… А теперь Ваха только жмет на какую-то кнопку и носится по больнице — повороты, задний ход… Все сам! Это как автомобиль здоровому подарили… Спасибо добрым людям…

К ноябрю ситуация снова осложнилась: руководство больницы предложило инвалиду и его маме взять тайм-аут. Конечно же они понимали и прежде, что до бесконечности такая ситуация продолжаться не может, и писали всем, кто мог бы помочь. Вот последнее письмо Вахи, оно адресовано уже новому президенту Ингушетии господину Евкурову:

«Уважаемый Юнус-Бек Баматгиреевич!

…Для моего лечения продано все нажитое имущество и дом. Нет смысла перечислять все мои диагнозы, больницы, в которых из 5 лет болезни я провел почти 4 года. И не только из-за здоровья, но и еще потому, что тяжело жить в чужом доме, тяжело стеснять людей, тяжело чувствовать себя обузой. Все эти кочевания по больницам и городам очень ощутимы для нашего с мамой бюджета. Но в Ингушетии, как известно, нет абсолютно никаких условий реабилитации инвалидов. Если бы у меня было собственное жилье, я смог бы оборудовать для себя комнату, установить в ней тренажер и необходимые специальные приспособления.

Все эти годы мы продолжаем стучаться во все инстанции, начиная с республиканских и заканчивая федеральными, но нас не слышат. Нас слышат только добрые люди и откликаются каждый в меру своих возможностей, но нельзя жить так, можно только выживать… Именно благодаря поддержке неравнодушных людей — читателей «Новой газеты» мне пока удается бороться со своей болезнью. Но всю жизнь это продолжаться не может. Поэтому убедительно прошу Вас помочь мне с решением очень важного и больного для меня жилищного вопроса…»

«Новая газета» присоединяется к этой просьбе: господин президент, помогите человеку в беде, ваши предшественники этого, к сожалению, так и не сделали…

Наши читатели и в ноябре не бросили Ваху, он сейчас находится в «Мекке для инвалидов» — украинском городе Саки. Там целебные грязи Сакского озера, высокий профессионализм врачей, там ему очень хорошо. Мне пришло письмо по электронной почте от девушки-волонтера, которая помогает этой маленькой семье:

«…Ваха попросил меня рассказать вам о новостях. Они с мамой благополучно доехали до г. Саки, устроились там, Ваха в санатории, а мама на квартире. Так дешевле.

Хочу сказать, что поездка состоялась благодаря помощи постоянной читательницы «Новой». Ее зовут Люба, она как откликнулась на их беду после Вашей публикации, так и ходит к ним до сих пор. На санаторий не хватало, но Люба принесла Вахе с мамой 14 или 15 тысяч рублей, и вопрос решился. Я их провожала на Курском, честно сказать, даже на себе ощутила, какое это великое благо — новая коляска! Вы не поверите! Мы не унижались перед носильщиками, Мовлатхан не пришлось тащить Ваху самой, при этом одновременно неся сумки. Мы спокойно взяли сумки и пошли…

Боже, подумалось мне, глядя на них, как мало надо для счастья таким несчастным!

Огромное спасибо!»

Срок путевки Вахи истекает в декабре…

Банковские реквизиты

Номер счета мамы Вахи Бузуртанова

Доп. офис № 7982/01682 Тверского отделения № 7982 Сбербанка России ОАО г. Москвар/с 3030 1810 7380 0600 3804в Сбербанке России ОАОк/с 3010 1810 4000 0000 0225;в ОПЕРУ Московского ГТУ Банка РоссииБИК 0445 25225 ИНН 7707 0838 93ОКПО 0275 1791 КПП 7750 03011л/с 40817 810 838 0437 39544

Аушевой Мовлатхан Шабазгиреевне