Треть года минула с тех мгновений, как восьмибалльное землетрясение безжалостно, в мгновение ока превратило в кошмар существование миллионов людей, унесло десятки тысяч жизней в китайской провинции Сычуань, а также в ряде уездов провинций Ганьсу, Шаньси, Юньань и Чунцин. Недели страшных информационных сообщений - уже достояние истории. Наступает час анализа, уроков на будущее.
Российские СМИ как-то жесткосердно-скупо сообщали об этой трагедии Китая. А она, эта истинная, огромная всенародная драма высветила мировому сообществу не только нынешние мобилизационные возможности КНР, силу духа китайцев - они по сути своей стоики, но и показала, насколько современный Китай изменился по сравнению со временами «великого кормчего». Это совсем другая страна.
Число погибших и раненых в провинции Сычуань, которая граничит с Тибетом, по площади равна Греции и Исландии вместе взятым, а по численности населения равна Канаде, слава богу, уже не увеличивается. Вот сухая официальная итоговая статистика, дающая представление о людской драме, которая, даже если вспомнить, что нынче в «Поднебесной» 1,3 млрд жителей, представляется ужасной. Это стихийное бедствие унесло 69 226 жизней, нанесло ранения и увечья 374 643 человек, пропавшими без вести числятся 17 923 души. В больницы было доставлено 96 544 пациентов, пострадавших от разгула стихии. Огромны материальные потери жертв землетрясения. Властям пришлось эвакуировать из зоны бедствия около 1,5 млн жителей провинции, 4,5 млн оказались бездомными, без документов, без средств, без работы, без родных и близких.
…Ван Цзинь, крепкий, с низким громким голосом 38-летний замдиректора единственного крематория сильно пострадавшего от стихии провинциального города Дуцзянянь, не может удержать слез, когда вспоминает первые дни после начальных и самых разрушительных подземных толчков. «Я был на грани потери рассудка,- рассказывает Ван, - когда перед дверьми крематория выстроилась длинная очередь родителей, прильнувших к маленьким искалеченным телам своих погибших детей». Он сидит за столом в конторке крематория, расколотой пополам широкой трещиной. Из открытого во двор окна тянет сладковато-пряным запахом цветущих гардений.«В те дни, - продолжает Ван, - двор был наполнен трупным запахом, больше всего было детских тел».Электричества и воды в городе уже не было. Перед кремацией родителям выдавали пластиковые бутылки с питьевой водой, которые привезли спасатели, что бы они могли обмыть лица трупиков. «Я видел, как молодая мать с остекленевшим взглядом, - совсем тихо говорит Ван, - намочив в воде рукав кофты оттирала от запекшей крови личико своей маленькой девочки и что-то не переставая ей шептала…».«Всю ночь после землетрясения в коридоре и траурном зале крематория люди стояли с трупиками детей на руках ожидая своей очереди так тесно, что мы с трудом пробирались к помещению, где горели наши шесть печей» - продолжает свой печальный рассказ Ван. Он и двадцать работников крематория не покидали его в течение недели, они работали, сменяя друг друга, сутками напролет сжигая более ста трупов в день, в основном детских. (В Ченду, столице провинции Сычуань, почти не пострадавшем от землетрясения, девять крематориев также работали в авральном режиме.) Бывало и так, что обезумевшие от горя люди набрасывались на сослуживцев Ванна с кулаками и проклятиями.В траурном зале частного крематория Ванна установили четыре стенда с фотографиями лиц погибших - родственники приходят, чтобы опознать их. Не опознанные тела сжигаются через 24 часа - в избежание возникновения эпидемии. У всех погибших, там, где это возможно, отбирается биологический материал для банка ДНК, с тем, чтобы позже провести идентификацию неопознанных трупов.Женщина по имени Гу вот уж пятый раз за день приходит к фотографии 11-летнего племянника: «Он был таким славным мальчиком, теперь его пепел хранится здесь, пока не обустроят кладбище для погибших детей, учившихся с ним в школе Дуцзянянь…»Надо сказать, что особо острую боль у китайцев вызвал тот факт, что самыми многочисленными жертвами землетрясения, разверзшего в Сычуане земную твердь, оказались школьники: оно произошло в самый разгар учебного дня - 12 мая в 14 часов 28 минут пополудни. Из 598 школ полностью или частично было разрушено 187. Прочность школьных зданий оказалась ниже всякой критики, в том числе из-за недобросовестности и коррумпированности строителей и местных чиновников. Сотни родителей школьников начальной школы Фусинь № 2 уездного города Мяньчжу, подвергшегося катастрофическим разрушениям, уже 25 мая провели шествие среди развалин с фотографиями погибших детей и плакатами, требующими от властей разобраться с прочностью построенных в провинции школ. Специально созданные комиссии инспектируют обломки школьных стен, по каждой школе принимается о решение о конструктивных причинах их разрушения. После случившегося, центральные власти решили обследовать все школьные здания в стране, приняты новые строительные нормы, касающиеся их сейсмостойкости.Среди героев трагических дней Сычуаня, ставшими известными на всю страну - несколько ребят и учителей. Ли Яну, жителю уездного городка Бэйчуань, с которым землетрясение обошлось особенно сурово, 16 лет, и среди учеников своей средней школы он был популярен как лучший танцор в стиле «хип-хоп». Теперь этот десятиклассник известен всем китайцам как спаситель нескольких своих однокашников. На снимке, обошедшем все главные китайские газеты, Ли с капельницей в руке стоит на обломке школьной стены, придавившем его одноклассника Ляо Бо, к которому и тянется трубка с лекарственным раствором. И хотя ему, как героической личности, поднятой СМИ в пропагандистских целях на национальные высоты (как это делалось в у нас в советские времена), постоянно звонят из разных изданий, сам он испытывает глубокое чувство вины: «Если бы я вернулся в школу немного раньше, - наивно сетует Ли,- может быть мой двоюродный брат и многие другие ребята из школы были бы живы».Дело в том, что в момент землетрясения он выступал, как один из двух посланцев школы, на окружном смотре художественной самодеятельности в большом зале на другом конце города. Зал рухнул, но Ли удалось выбраться из-под обломков и он кинулся к стенам родной школы, где и увидел столь страшную картин, что «не поверил своим глазам»: все корпуса превратились в руины, под их развалинами лежали его друзья - живые и мертвые, ото всюду из под бетонных камней раздавались стоны и крики о помощи.Ли попытался определить, в каком месте лежат обломки его класса, находившегося на пятом этаже. Он ходил среди этого хаоса и кричал: «Ребята, это я, Ли Ян, отзовитесь, я пришел вас спасать!». Он искал и нашел: «Я приподнял довольно большой обломок стены и увидел, что под ним лежат трое моих окровавленных одноклассников. Я не мог понять, живы ли они или мертвы».В первые часы после удара стихии только чудом спасшиеся учителя и школьники вели спасательные работы. На следующее утро Ли обнаружил паренька по имени Ляо Бо, которому кусок стены придавил ногу. Доктора поставили ему капельницу и попросили Ли держать флакон с раствором до тех пор, пока не придут спасатели. Ли, игравший с Ляо в школьной баскетбольной команде, все это время пока не подоспели бойцы НОАК, приговаривал, успокаивая товарища: «Ты в порядке, ты выдержишь. Мы еще поиграем в баскет». А потом он нашел еще и девчонку изнывающую от жажды, оказавшуюся в каменном мешке. Он принес ей воды. Она выжила.В этой школе погибло более 1100 ребят. У Ли из 69 одноклассников не стало 49-ти, в том числе и его двоюродного брата. «Мое сердце обливается кровью» - сказал на прощание Ли……Чзан Хуйбин, 29-летний учитель физики средней школы Хунбай в уезде Шифан лежал вместе с десятью школьниками возле развалин своей школы. Они как бы наблюдали за тем, как его жена с четырехлетней дочкой и другими учениками потеряно бродили среди развалин, пытаясь обрести себя вновь.Рассказывает Тан Чзан, оставшийся в живых ученик Чзана: «Было жарко и я даже задремал на уроке учителя Чзана. Я проснулся от того, что кто-то дергал меня за плечо. Я открыл глаза и увидел учителя. И тут грохнуло. Стены класса заходили ходуном. Учитель заорал на весь класс:- Без паники! Все на выход! Быстро!Он встал в дверях, пытаясь изо всех сил удержать уже прогинавшуюся дверную коробку. В дверях я увидел в последний раз его спокойное лицо. Он держал дверной косяк до тех пор, пока из класса не выбежал последний ученик. В туже секунду стены и потолок рухнули». Жена Чзана Сюань Ли вместе с дочкой в эти роковые минуты была в школьном общежитии и успела при первых толчках выскочить на улицу.Сюань подошла к телу мужа. Дочка спросила, почему папа лежит под дождем. Мать ответила, что он уходит в рай.
- А кто его туда позвал? Он не любит меня больше? - Он очень тебя любит. Он всех любил. Его позвали ангелы.- Он весь мокрый. Давай прикроем его, ему ведь холодно… А вот другая, исключительная история. Через минуту и 36 секунд после первого страшного подземного толчка, от которого вздрогнула земля Сычуани, 2200 учеников и 100 учителей средней школы Саньцзао в уезде Аньсянь были вне стен школьного здания. Не один из них не пострадал. Их спас директор школы Е Чжипин. При том, что в эти минуты он находился в соседнем городке Мяньян. После первых ударов стихии он поспешил к своей школе. Ее здание, в котором было восемь классных комнат, развалилось. А дети от 11 до 15 лет, окруженные учителями, стояли на школьном плацу. Целы и невредимы.Секрет прост. Директор Е - единственный во всей провинции, который, приняв бразды правления в 1997 году, усилил и укрепил школьное здание, и оно выдержало первый удар стихии, позволив без потерь эвакуировать школьников. Во-вторых, с 2005 года он «железной рукой» каждый семестр проводил внезапные учебные эвакуации.
Он оказался очень дальновидным и ответственным человеком, этот школьный директор Е Чжипин. Более прозорливым, чем само государство. Спустя четыре дня после землетрясения видный китайский геофизик, член экспертного комитета по Сычуаньскому землетрясению Государственного Совета КНР Тен Цзивэнь публично признал, что Китай остро нуждается в государственной системе раннего предупреждения природных бедствий, в том числе системы прогнозирования землетрясений. По его словам, в следующие 15 лет следует ожидать серии повторяющихся землетрясений силой в 7 и более баллов по шкале Рихтера, а в ближайшие несколько лет последует череда землетрясений силой 7,8 баллов и выше.Кстати сказать, 3 сентября землетрясение силой 6,1 балла вновь «тряхнула» словно Богом наказанные провинции Сычуань и Юньань. Погибли 38 человек. Приблизительно 1600 уездов в 18 провинциях и автономных районах страны расположены в гористой местности. В 1400 из этих уездов выявлены 2300 мест скрытой опасности геологического бедствия, угрожающей 35 млн жителей.Дело в том, что территория Китая как бы зажата между двумя сейсмоактивными поясами земной коры. И только сейчас было объявлено о том, что соответствующее ведомство приступило к разработке проекта директивных документов, касающихся прогнозирования и предотвращения последствий природных бедствий. Между тем, сегодня в стране действует всего 1253 стационарных и около 30 автоматических сейсмостанций, расположенных в труднодоступных районах. Понятно, что столь скудно оснащенная сеть сейсмостанций не может обеспечить достойного прогнозирования землетрясений. (Есть о чем озаботиться, в этой связи, и России - мощная национальная сеть сейсмостанций, работавшая в советские времена, практически уже не существует, как и специализированные научные центры, занимавшиеся прогнозированием разгула подземной стихии. Недавнее страшное землетрясение на Сахалине тому свидетельство).И еще одно немаловажное упущение китайских властей: более 60% опрошенных в Сычуани посетовали на то, что в этой провинции, расположенной в сейсмоопасной зоне, им никогда не предоставлялась информация о том, как вести себя, как спасаться, что делать в случае землетрясения.Хорошо, что у нынешнего КНР (четвертая экономика мира!) достаточно ресурсов, чтобы в кратчайшие сроки приступить к ликвидации последствий этого сильнейшего землетрясения. Государственный Фонд помощи пострадавшим превысил 67,5 млрд юаней (или более $9,86 млрд), включая 60,08 млрд юаней, выделенных из центрального бюджета и 7,4 млрд из бюджетов провинций. Показательно, что объем добровольных пожертвований от частных учреждений и лиц со всей страны и из-за рубежа (явление новое для Китая) - деньги и предметы первой необходимости - не уступает государственным ассигнованиям и достиг 59,4 млрд юаней.Спустя две недели после главных толчков землетрясения в пострадавшую провинцию власти доставили 4,82 млн одеял, 14,1млн предметов одежды, 1,7 млн т топлива 2,29 млн т угля. Это много, и это обнадежило людей. Специальные отряды по оказанию помощи уже возвели временные дома для 3 млн бездомных т.е. для двух третей жителей провинции, оставшихся без крова. В первые недели после несчастья в провинции возобновили работу 4624 крупных государственных предприятия. Сейчас около 200 тысяч человек получили работу в других провинциях и более 800 тысяч трудоустроены по месту жительства. Землетрясение вывело из строя 53 289 км дорог, из которых 52 131 км восстановлено настолько, что ими можно хоть как-то пользоваться.Конечно, надо понимать, что, несмотря на все эти бравурные сводки, вполне, впрочем, отражающие реальные факты, несмотря на улыбающиеся лица на газетных снимках и в телевизионных кадрах, всю эту лихую беду ох как еще мучительно и долго разводить! К слову сказать, по официальным оценкам, на ликвидацию всех последствий землетрясения уйдет не менее восьми-десяти лет. Надо еще и иметь в виду, что провинция Сычуань вообще одна из самых бедных, ее еще не затронул мощный процесс «китайского экономического чуда», превращающий страну в мирового ремесленника, мирового производителя товаров. По подсчетам аналитиков германского «Дойче банк» в ближайшие три года на ликвидацию последствий этого разрушительного землетрясения на Юго-Западе Китая потребуется около 72,5 млрд долларов, что составляет 2% ВВП и 5% капиталовложений в основные фонды страны. Так что здесь еще «пахать и пахать»…Гористый округ Пину - один из самых глухих и малонаселенных в провинции Сычуань, он в 300 км от эпицентра землетрясения, но, тем не менее, оказался в зоне бедствия. Из его 25 городков четыре полностью стерты с лица земли, разрушенные стены остальных, как говорят местные жители, пока еще стоят среди обломков. Местные власти и даже офицеры и бойцы воинских подразделений, с трудом добравшись сюда, пребывали в растерянности и беспокойстве. Волонтеров не было. Работы шли медленно и тяжело из-за разрушенных дорог и ливней. Если в городах Мяньян и Дэян, расположенных ближе к столице провинции, уже были созданы приличные запасы строительных материалов и предметов первой необходимости, то здесь перекинули по воздуху всего около сотни палаток. 168 тысяч местных жителей перетерпели самые страшные подземные толчки. Довольно сильные повторялись и позже - раз по пять на день. Более пяти тысяч человек погибли или пропали без вести. Когда люди собирались в самодельные палатки чтобы поесть, они обращались я друг к другу с такой невеселой шуткой: «Пожалуйста, поешьте как следует, как-будто бы в последний раз»…И в самом Китае и за ее рубежами с беспокойством узнали о том, что землетрясение нанесло урон знаменитым и столь любимым пандам, каждая особь которых на особом национальном счету. Хотя погибло всего несколько зверей, но в заповедных местах его обитания оползни и камнепады изменили среду обитания, уничтожили запасы бамбука, которыми они питаются. Сейчас принимаются самые активные меры для их подкормки, восстановления естественных и нормальных условий жизни и размножения панд. Недавно одна из них счастливо разродилась…В те первые драматические недели мне пришлось разговаривать со многими китайцами - официальными лицами разного властного уровня и людьми «с улицы» на юге страны и в Шанхае. Ни одна из этих бесед не начиналась иначе, как со слов о постигшем страну стихийном бедствии. Суть реакции: «Да, это национальная трагедия, она не оставила равнодушными никого, но всем миром мы преодолеем боль утрат, восстановим нормальную жизнь в этой провинции. Это несчастье национального масштаба не помешает нам провести самую лучшую Олимпиаду». И, в самом деле, ничто не помешало!О том, насколько далеко страна ушла в своем социально-политическом развитии от эпохи правления «великого кормчего», говорит такое сравнение. В июле 1976 года, уже на излете десятилетия «культурной революции», катастрофическое землетрясение силой в 7,8 балла уничтожила промышленный город Таншань, расположенный в 150 км к востоку от Пекина. В панике была вся страна - почти 400 млн напуганных до смерти граждан покинули свои жилища, чтобы найти временный приют в более безопасных, как они полагали, местах. (В наши дни в стране, и даже в самой провинции Сычуань разгул подземной стихии не вызвал всеобщей паники!). А тогда повсеместно были развешены лозунги типа «Оказывая помощь пострадавшим, разоблачим происки Дэна». Имелся в виду будущий лидер страны и автор реформ, преобразивших Китай, Дэн Сяопин. Хотя в 1973 году он официально был уже реабилитирован, но по-прежнему находился под огнем критики политических противников.Лозунги и плакаты той поры напоминали обывателю, что главная цель китайского народа - революционная классовая борьба. В китайских СМИ почти не сообщалось о спасательных работах, о вызволенных из-под обломков людях, зато рассказывалось о том, как среди развалин Таншаня жители собирались на митинги, разоблачавшие Дэна. Ю Пей, 54-летний научный сотрудник Китайской Академии общественных наук, вспоминает, что страну буквально захлестнули самые мрачные слухи, люди были напуганы, потрясены происшедшим. А партийная пропагандистская машина трубила лишь о необходимости героическими усилиями восстановить в Таншане производство стали и цемента, добычу угля, а тема спасения и реабилитации людей не затрагивалась. Между тем это землетрясение унесло 240 тысяч жизней, но о смертельной дани, собранной стихией, китайцы узнали лишь три года спустя, когда к власти пришел Дэн Сяопин.Традиционные китайские нравственные ценности испокон веков предписывают человеку, в случае необходимости, жертвовать собой на благо коллектива и нации. Но в те годы, когда произошло Таншанское землетрясение, правившая ультра-революционная коммунистическая власть интересы индивидуума, человеческие ценности полностью отрицала во имя классовой борьбы. Впрочем, нам такая постановка вопроса хорошо известна из нашей собственной недавней истории.И вот, 32 года спустя, после значительно более сильного землетрясения в провинции Сычуань с эпицентром в гористой местности у города Вэньчуань, сами китайцы вместе с мировой общественностью убедились в том, как обновленное китайское общество именно в эти трагические дни проявило себя в акциях, которые следует сопровождать прилагательным «впервые». Буквально в течение нескольких минут после первых страшных подземных толчков власти информировали страну о несчастье. Лидер страны Ху Дзинь-тао обратился к нации с заявлением, в котором спасение людей было названо высшим приоритетом государства, которое готово принять все необходимые меры и выделить соответствующие ресурсы.За месяц, минувший после трагедии, две сотни военных и гражданских самолетов и вертолетов совершили почти семь тысяч вылетов в зону бедствия, доставляя бригады спасателей, воинские части, технику, строительные материалы, продовольствие. Со всей страны в Сычуань приехало более 10 миллионов добровольных спасателей-волонтеров (волонтер - тоже фигура новая в китайской общественной жизни) - их поток создал на многих магистралях «пробки». В городах Китая выстроились очереди в пункты по приему донорской крови. Частные промышленные и строительные компании направили сотни грузовых автомобилей, армаду дорожной и строительной техники. Десятки тысяч китайских семей решили усыновить сычуаньских сирот. Ху Цзиньтау посещает в юго-восточной провинции Чжецзянь предприятия, где шьют палатки и обращается с просьбой ускорить их выпуск. В зону бед-ствия было поставлено 1,58 млн палаток!Власти впервые с благодарностью приняли зарубежную помощь - спасателей из России, Кореи, Сингапура и даже из Японии, к которой многие китайцы до сих пор настроены враждебно. (Китайские власти вели долгие переговоры с японской стороной, о том, может ли приземлиться на территории Поднебесной с грузом помощи военный самолет с опознавательными знаками Страны восходящего солнца. В конце концов, восторжествовал китайский прагматизм).
Нация, не побоимся советской лексики, в едином порыве озаботилась горем и страданиями, неотложными нуждами жителей довольно глухой провинции. Этому в немалой степени, по признанию моих собеседников, поспособствовала беспрецедентная открытость китайских властей: в стране был объявлен трехдневный национальный траур (впервые в истории Китая по случаю гибели рядовых граждан), с первых же часов трагедии китайские газеты начинают публиковать репортажи с места события, центральный национальный телеканал CCTV буквально через 10 минут после первых толчков день за днем почти в круглосуточном режиме ведет прямые передачи, порой жесткие, натуралистичные, из зоны бедствия, отслеживая действия властей на местах и в столице, армейских подразделений, отрядов спасателей, рассказывают от самоотверженности волонтеров и местных жителей, о судьбах простых людей, потерявших родных и близких, кров, а порой и свою «малую родину», но не опустивших от горя руки, а активно помогавших спасателям… Могу засвидетельствовать: «картинка» китайских и зарубежные электронных СМИ давала полное представление о тех поистине страшных, апокалипсических днях.В то же время надо иметь в виду, что вся эта информационная доступность к трагическим и героическим событиям в провинции Сычуань имела и одну специфическую пропагандистскую подоплеку. В Пекине, как представляется, решили использовать ситуацию, вызвавшую во всем мире чувства симпатии и сопереживания с народом Китая, для того, чтобы в преддверии пекинской Олимпиады переключить внимание мировой общественности с драматической обстановки в Тибете, которая остается не менее острой, чем в предыдущие месяцы…Сычуаньская трагедия для нынешнего Китая явилась моментом истины. И мир увидел, что китайцы прошли это тяжелейшее моральное и материальное испытание с честью. Страна сумела в считанные часы отмобилизоваться, сохраняя полный порядок, единство, стабильность. Без зловещих слухов, спекуляций на страхе, без паники. Нельзя не согласиться с мнением профессора-общестоведа Янь Шуханя: благодаря фундаментальным изменениям, внесенным в течение последних тридцати лет в концепцию руководства страной компартией Китая, реакция китайского общества на Сычуаньское землетрясение была совершенно иной, чем после Таншаньского. А практическое использование КПК стратегического принципа «на первом месте должен быть человек», выработанный по инициативе Ху Цзиньтау в 2004 году для того чтобы создать в стране гражданское общество, начинает давать свои плоды.
И еще одно. Пожалуй, если бы не информация о том, что сотни тысяч членов компартии разного ранга без всякой помпы приняли непосредственное участие в спасательных и восстановительных работах, а также появление в кадрах телевидения партийных чинов разного ранга, то можно было бы и не заметить, что руководящей - единственной! - политической силой в этой стране по-прежнему является коммунистическая партия, которая вполне прагматично и умело проводит нужные ей пропагандистские кампании. Впрочем, в обычные, не столь драматичные, дни партийная работа руководством ведется удивительно незаметно, ненавязчиво.…Большинство людей (88%), переживших землетрясение в Сычуане, как свидетельствует проведенный в этой провинции спустя месяц после трагедии социологический опрос (669 взрослых и 220 детей и подростков), были уверены в том, что сумеют в течение нескольких лет вновь воссоздать для себя нормальные, привычные условия жизни. (И это при том, что большинство из них лишились всего, многие - родных и близких!). Опрошенные выразили уверенность в эффективности усилий центрального правительства по ликвидации последствий землетрясения, однако признали, что не очень удовлетворены деятельностью местных властей. 46% опрошенных ожидали, что сумеют вернуться к нормальной жизни уже через погода. Столь оптимистичные личные прогнозы - бесспорная заслуга властей, социально-экономическая политика которых, как представляется, способствует выработке у населения уверенности в завтрашнем дне.Больше всего людей сейчас волнуют повторные толчки, как и опасность инфекционных заболеваний. В первую очередь, по их мнению, власти должны обеспечить общественную безопасность, своевременно раздать обещанные правительством субсидии на восстановление жилищ, домашнего хозяйства, восстановить школы и предприятия, предоставляющие рабочие места, строго контролировать расходование средств, выделенных на восстановление.
…В самые драматические дни вся страна с замиранием сердца следила за тем, как сотни солдат и офицеров инженерных войск НАОК в ручную и с помощью 40 экскаваторов день и ночь рыли канал, чтобы отвести воды - 130 млн м2! - большого озера, образовавшегося в день землетрясения в труднодоступном горном районе зоны бедствия. Они работали наперегонки с природой - уровень воды в озере поднимался порой на два метра в сутки - в зависимости от притока воды из рек и продолжительности проливных дождей, обрушившихся на регион. Ниже озера, на пути возможного прорыва его вод, были эвакуировано 160 тысяч жителей из 33 населенных пунктов, уже пострадавших от землетрясения. Успели. Канал был прорыт до того, как уровень воды достиг критической отметки прорыва…Важное с общественной точки обстоятельство: высшая власть страны заявила в первые же дни трагедии о том, что распределение государственных средств, выделенных на ликвидацию последствий землетрясения, а также собранных от добровольных пожертвований будет абсолютно прозрачно, а каждый случай коррупции - оперативно караться вплоть до расстрела. Увы, случаи коррупции, воровства, нецелевого использования средств уже выявлены, виновные арестованы. И здесь уместно сказать о том, что китайцы иначе относятся к коррупционерам, чем россияне. Пойманному за руку мздоимцу и его семье будут пенять этот грех в течение жизни нескольких последующих поколений. А это - пострашней тюрьмы.По словам вице-премьера Госсовета КНР Хуэй Ляньюя сейчас работы по ликвидации последствий землетрясения вступили в новую стадию. Теперь упор делается на обустройство постоянного жилья для пострадавших, профилактику возможных эпидемий, на ускоренное восстановление всех объектов инфраструктуры, сельскохозяйственных и промышленных объектов. Развернуты работы, призыванные противостоять рискам возможных новых стихийных бедствий.Несколько слов о том, как китайцы оценили работу российских спасателей, которые прибыли в Сычуань из-за рубежа одними из первых. Туда же приехала группа наших врачей, работавших в другой провинции на острове Хайнань. В Генконсульстве РФ в Шанхае мне перевели комментарии по этому поводу китайских СМИ.В целом проведенная МЧС РФ крупномасштабная спасательная операция по ликвидации последствий этого столь разрушительного землетрясения и участие наших спасателе в восстановлении разрушенных объектов получили высокую оценку в китайских газетах. Простые китайцы отметили оперативность, эффективность и профессионализм в действиях российских спасателей. В шанхайской газете «Дунфанцзао бао» была помещена специальная статья, посвященная работе российских медиков. Бригада врачей из РФ «каждый день была способна проводить лечение и реабилитировать до 300 человек». Высоко оценена деятельность наших психологов, которые, «несмотря на незнание китайского языка», общались с детьми «демонстрируя красочные альбомы, совместно с ними лепили смешных фигур из пластилина».По мнению китайских экспертов, российские военные самолеты, в том числе и тяжелая спецтехника в полной мере продемонстрировали «свою мощь и жизнеспособность». Сообщается, что «…в рамках сотрудничества по линии ШОС планируется создать российско-китайский центр по чрезвычайным ситуациям». Прорабатывается проект по обмену опытом и обучению китайских специалистов по российским технологиям, в том числе по линии МЧС, которое многими здесь называется «самым популярным ведомством России».Китайцы подчеркивают, что российские спасатели отнеслись к трагедии китайского народа «по-человечески», а в действиях России китайский народ увидел «демонстрацию подлинной дружбы и искреннего сострадания». По информации, полученной в Шанхайской Академии общественных наук, правительство КНР приняло решение о создании музея жертвам землетрясения в провинции. Сычуань, в котором планируется посвятить отдельный зал российским спасателям из МЧС «внесшим весомый вклад и проявившим героизм при ликвидации разрушительных последствий землетрясения»….Чзан Цзяньпин, автор суровой книги о Таншаньском землетрясении, назвал ее кратко и выразительно - «Разлом». Речь шла не только о геологии. Сычуаньское землетрясение - то же своеобразный геолого-полический разлом между ближней историей и сегодняшним днем. По одну его сторону остался маоистский Китай, созданный и предельно жестко, фанатично, по-сталински управлявшийся «великим кормчим», по другую - современный Китай, стремительно набирающий экономическую мощь, обладающий огромным людским и, главное, созидающим потенциалом. Который, кстати сказать, растет и благодаря вкладу национальной бизнес-элиты, которая, как и бюрократия, в том числе и партийная, настроена куда как более патриотично, чем, скажем, российская.